Выборы на нашем избирательном участке сельского поселения Горское Московской области начались в 8.20, потому что забыли на пакетах с бюллетенями (досрочное голосование) поставить печати. И хотя в течение дня много было сказано о том, что все члены избирательной комиссии основательно осведомлены о всех существующих правилах, по председателю комиссии Ирине Павленко этого было незаметно. Впрочем, не она была главным действующим лицом. Своеобразным надсмотрщиком (негласным, конечно) стал заместитель главы поселения Александр Ким.

Выборы проходили в довольно тесном вестибюле школы. Всего четыре кабины. Избиратель брал бюллетень и шел к кабине. Как правило, она была занята. И тогда он делал свои отметки то на столе дежурного при входе, то уходил в пространство коридора, отделенного от участка ширмой. Вот там-то за ширмой одна из наблюдателей (Лидия Дубик) обнаружила представителя от «Единой России», что-то втолковывавшего избирателю с бюллетенем.

В 14.00 чрезвычайное происшествие. Два молодых интеллигентных человека представились фотокорами общественного движения «Крестьянский фронт». Ездили в села, фотографировали. Участковый Сергей Чегодайкин вызвал корреспондентов на крыльцо школы. Пригласил (?) Александра Кима и кандидата в депутаты Льва Шаталова. Участковый заявил, что удостоверения у корреспондентов фальшивые. Александр Ким известил молодых людей, что ситуация на выборах накалена, существует противоборство, поэтому лучше всего им покинуть участок.

— Это что? Давление на СМИ? — спросили молодые люди.

— Давление — это когда я надену на вас наручники и что-нибудь подкину в карман, — ответил участковый.

14.30. Поездка с урнами в село Знаменское — к старикам и больным.

В одном из домов любопытный избиратель решил выяснить, кого представляет «Единая Россия». Наблюдатель объясняет: «Это наш врач», «А этот человек организовал»… Тут вступаю я: «Разве это не агитация?» Со мной соглашаются. Приносят извинения.

В семье Дитченко муж и жена и в прошлый раз голосовали, руководствуясь собственными предпочтениями, и на этот раз проявляют самостоятельность. В незнакомых именах трудно разобраться…

— Ну, и кто такой Васильев? — спрашивает Наталия Ивановна.

— А откуда я знаю, — отвечает Дмитрий Харитонович.

Алла Блинова — пенсионерка. Учительница русского языка и литературы. Любимый поэт  — Некрасов. Не просто любит, а обожает Толстого.

— Где здесь «Единая Россия»? — спрашивает. Находит. Ставит галочки.

Так вот, «Единая Россия» уже воспринимается как единственная партия в стране. Единственность определена не народной любовью, а полным отсутствием в информационном пространстве каких-либо других сил. По инерции некоторые избиратели хотят проголосовать за КПРФ, но ее на этот раз в списках не оказалось. Нет и графы «Против всех» — любимой графы многих избирателей. Графы этой нет, но чувства, вызванные этой графой, остались. Произошла любопытная трансформация.

Мария Васильевна — учительница математики — энергичным жестом ставит галочки за кандидатов «Единой России», сопровождая каждую галочку такими словами: «Все врут. Все врут. Обещают и врут… Сколько ни голосуй, ничего не изменится». Так что судить о поддержке власти по показателям выборов — опасная иллюзия. Наш народ ставит галочку и в случае абсолютного несогласия и даже пренебрежения к власти.

…Я уже пожалела, что приехала на выборы. Их предсказуемость, их исход понятен с самого начала. Как безыскусно сказала в конце секретарь избирательной комиссии Валентина Филипповна: «Вот и победил наш кандидат». Так что «наши» и «не наши» — это и есть идеология «Единой России».

…Участок закрыли в 20.00. Урны открыли в 22.00. Наблюдатели тоже были поделены на «наших» и не «наших». Я принадлежала к «не нашим». Когда раздавалось замечание по процедуре из стана «не наших», «наши» кричали: «Не мешайте работе комиссии». Чтение бюллетеней длилось до четырех часов утра. Член комиссии оглашала данные бюллетеней, которых никто из нас не видел. Надо было бы, наверное, подойти к столу, посмотреть… Но картина уже складывалась настолько ясно, что двигаться с места смысла не было.

Дело в том, что многое было предрешено до выборов. Я не буду рассказывать о всех попытках ущемления «несогласных» кандидатов. Достаточно сказать, что право на открытие счета в банке одной из кандидатов Тамаре Семеновой предоставили 27 сентября в 16 часов 20 мин, а дата подачи подписных листов определена 29 августа. За все время предвыборной агитации Семеновой и ее команде ни разу не было предоставлено место для собрания в доме культуры.

— А где собирались? — спрашиваю я Романа Иванова, которому нет и сорока лет.

— Да на улице, где же еще…

Он служил в 49-й Гвардейской Ракетной дивизии в моем родном Новосибирске. Самовыдвиженец. Он ушел, не дождавшись подсчета. Ушли и мы с Лидой Дубик, поскольку протоколы нам обещали дать только 14 октября.

Вывод я сделала такой: надо прекращать выборы. Сказал же премьер Путин, что они договорятся с действующим президентом по поводу выборов. Если такое возможно на верхних этажах власти, чего мы ждем от сельского поселения.

Или — все-таки наоборот? Приходит мысль: какова бы ни была степень фальсификации выборов, мы, народ, тоже хороши.