При советской власти такие документы обычно назывались «О дальнейшем укреплении…», что всегда свидетельствовало о том, что дела вовсе плохи. Проект, внесенный в Госдуму президентом, уместно было бы назвать в том же духе «О дальнейшем укреплении независимости судей», хотя официально он именуется «О Дисциплинарном судебном присутствии».

Суть проекта заключается в создании специального органа для рассмотрения вопросов, связанных с лишением полномочий судей. Механизм лишения статуса судьи запускается председателем суда соответствующего региона, который подает обращение в соответствующую квалификационную коллегию судей (ККС) или в ВККС — Высшую квалификационную коллегию судей. Решение квалифколлегии до сих пор обжаловалось в Верховном суде РФ, где и принималось окончательное решение. Теперь последней инстанцией для таких споров будет Дисциплинарное судебное присутствие, состоящее из 6 судей Верховного и Высшего Арбитражного судов. Члены Присутствия будут избираться пленумами этих судов по трое с каждой стороны сроком на 2 года.

Одна интрига тут очевидна: арбитражные судьи до сих пор испытывали некий комплекс неполноценности в связи с тем, что их споры попадали в конечном итоге в Верховный суд (общей юрисдикции) — проект устраняет эту несправедливость. В остальном изменение нельзя однозначно интерпретировать как укрепление или, напротив, ослабление независимости судей. Разница в менталитетах судей общей юрисдикции и их коллег из арбитражных судов, пожалуй, чуть увеличивает шансы судей, лишенных полномочий, на независимый результат в Присутствии (при равенстве голосов решение считается принятым в пользу судьи), но, в общем, все будет зависеть от конкретных обстоятельств и неочевидных факторов влияния.

В одном из первых вариантов проекта (который начал готовиться как ответ на призыв президента укрепить независимость судей перед Всероссийским съездом судей в декабре прошлого года) предусматривалось, что в Присутствие должны избираться судьи в отставке или в возрасте от 68 лет. При верхней возрастной планке судей высших судов в 70 лет такой вариант действительно гарантировал бы большую свободу в принятии решений. Однако этот вариант не только не прошел, но вызвал контрпоправку: по закону членом нового почетного органа может стать судья не старше 65 лет, а затем ему придется еще на несколько лет вернуться в статус обыкновенного судьи. Пока непонятен ни механизм выдвижения кандидатов в Присутствие, ни механизм голосования за них, вообще не совсем ясно, что обсуждается и так нетерпеливо одобряется, поскольку полного проекта в открытом доступе еще нигде нет.

В целом предлагаемое новшество, подаваемое как «дальнейшее укрепление», я бы оценил как очередную имитацию (вслед за имитацией гуманизации наказания путем «смягчения сорока семи статей УК» также в ответ на выступление президента перед съездом судей — см. «Новую», № 80). Судьи, которые предпочитают конфликты с председателями судов до квалифколлегий не доводить, а в крайнем случае уходят в отставку по собственному желанию, что позволяет им сохранить статус и льготы, в Дисциплинарное присутствие за защитой не ринутся.

Тот ряд мер, которые могли бы привести к действительному и радикальному укреплению независимости судей (в первую очередь от чиновничьей вертикали председателей судов), лежит на поверхности: это выборность председателей, лишение их определяющей роли при формировании органов судейского сообщества и т.д. На атмосферу самоцензуры в судейском сообществе могла бы заметно повлиять, например, ревизия той трети членов квалификационных коллегий судей, которые представляют как бы юридическую общественность в них, а на самом деле непонятно кого. И почему, кстати, эта общественность должна быть юридическая — может быть, уважаемые люди, не отягощенные юридическим образованием и соответствующими корпоративными связями, как раз бы и гарантировали большую защищенность и свободу судьям?