Новый глава «Олимпстроя» Таймураз Боллоев завил, что олимпийские объекты планируют построить уже к 2012 году. А значит, изъятие земли у сочинцев должно идти полным ходом. Непосредственно у людей планируют забрать 1233 участка, однако на сегодня официально решено изымать только 365. С остальными пока проблемы. При их решении способы отъема земли у населения изобретательны и многообразны, а миллионы долларов компенсации получают те, кто землей никогда не пользовался.

Староста села Ахштырь Александр Коропов много лет обрабатывал 50 соток земли. А недавно в сельсовете узнал, что за ним числится только 36. Остальные 14 оказались записаны на неизвестного человека.

…Еду в Ахштырь по левому берегу реки Мзымты. Здесь пройдет совмещенная авто- и железная дорога Адлер — Красная Поляна. Это самый дорогой олимпийский проект стоимостью 242 миллиарда рублей. Через каждые пару километров — строительная база. Несколько месяцев назад река была полноводной, а теперь ее ополовинили: на месте бывшего русла работают самосвалы и бульдозеры. Житель местного села Черешня Ашот Галстян, что везет меня, пожимает плечами: «Два года ничего в своем доме не делаю. Снесут, не снесут, ничего не знаю».

В Ахштыре Александр Коропов косит траву на своем огороде. Рассказывает, что в селе живут 40 семей. Моста, дороги, поликлиники здесь в жизни не было. До моря 11 километров, так что прожить можно лишь огородом и выпасом скота. Но когда выяснилось, что в Сочи будет Олимпиада, в селе появились «специальные» люди и стали разбивать землю на участки.

— В марте вызвали всех в адлерскую администрацию и сказали, что будут выкупать участки по 16 тысяч долларов за сотку, — говорит Александр Коропов.

Узнав о приезде журналиста, ахштырцы потянулись к разбитому зданию клуба, чтобы рассказать свои истории. Татьяна Великая живет в Ахштыре почти 60 лет, а земельный участок еще бабушка Татьяны обрабатывала. Но в сельсовете неожиданно выяснилось, что вместо 62 соток у нее, если верить бумаге, лишь 15. На кого записана остальная площадь, она не знает. Похожая история у Валентина Герасименко, Галины Калюжной, Надежды Благодарной, Татьяны Замесиной и многих других.

В Ахштыре любого незнакомца замечают издалека. Людей, на которых оформлена земля, здесь не видели никогда. Зато они названы в распоряжении кубанского губернатора Ткачева от 13.02. 09. С ценой 16 тысяч долларов за сотку суммы получаются внушительные. Татьяна и Борис К. из губернаторского списка отдают почти 89 ахштырских соток, получая $ 1 412 800. У Наиры Д. из того же списка изымают два участка в Ахштыре по 40 соток с общей компенсацией в $ 1 276 800 и так далее. Селяне направили обращение президенту, поставив 48 подписей: «По нашему мнению, это хищение средств, выделенных на олимпийское строительство, в особо крупных размерах».

Ахштырь входит в Нижнешиловский сельский округ. Глава округа Арут Кармрян объясняет, что работает с 2008 года, а земля на приезжих оформлена в 1996 — 1998 годах. Во всяком случае, так указано в документах.

— Есть постановления, — кипятится Арут Суренович. — А теперь селяне говорят, что все земли продали. Раньше эта земля была никому не нужна, ее давали дачникам.

Как же тогда быть с местным жителем Завеном Топкоряном? В 1992 году Завен просил в сельсовете оформить для сыновей участок, но ему сказали, что земли нет. Рядом с селом огромная стройплощадка, в горе долбят тоннель. Но к ахштырцам ни разу не пришел ни один чиновник, не помог с оформлением земли, не разъяснил их дальнейшую судьбу.

Еду в Имеретинскую бухту. Татьяна Склярова день и ночь сидит на своем огороде, повесив плакат «Голодаю против произвола». Через дорогу строится поселок Некрасовка, куда хотят переселять местных староверов. Под это строительство хотели изъять ее огород и поставить на нем забор. Татьяна не позволила. Если позвонить в администрацию Адлерского района, там скажут, что голодовки нет. Но Склярова передо мной, на деревянной кушетке. Прораб Юрий Смирнов уверял меня, что распоряжение об изъятии издал кубанский губернатор Ткачев: «С нашей стороны были показаны документы, на основании которых мы работаем. С противоположной стороны у жителей не было показано ни единого документа, да их и не могло быть». Но Татьяна предъявляет мне кадастровый паспорт этого участка, где собственником числится ее невестка. Вот и верь после этого прорабам.

Под вечер 4 июля где-то далеко гремят салюты. День, когда Сочи выиграл право принять Олимпиаду, власти обставляют как государственный праздник. В Имеретинке идет стихийное собрание местных жителей. Передают друг другу газету «Новости Сочи», где напечатана заметка о переселении староверов с улицы Нижнеимеретинской: «По мнению нижнеимеретинцев, со стороны ГК «Олимпстрой», администрации города и олимпийского департамента Краснодарского края учитываются все интересы переселенцев». Староверы читают и смеются.

— Нас не устраивает их земля, их дома, их цены, — говорит Светлана Дрофичева. — Сначала предлагали выкупать нашу землю по два миллиона 600 тысяч рублей за сотку и по этой же цене покупать в Некрасовке. А сейчас выкупают нашу землю дешевле, миллион 900 тысяч за сотку, а вот в Некрасовке цена осталась прежней. Где мы возьмем деньги?

Получается, чем ближе участок к морю, тем меньшую цену предлагает «Олимпстрой». В госкорпорации на эту тему не общаются, ссылаясь на коммерческую тайну. Зато у местных жителей тайн нет.

— У нас в собственности по четыре сотки. А они (в Некрасовке. — Е. Т.) нарезали участки по семь-восемь соток и заставляют нас выкупать, — возмущается жительница Имеретинки Анна Терентьева.

По дороге ездят КамАЗы, обдавая курортный поселок клубами пыли. Если зайти в дом местной активистки Натальи Калиновской и посмотреть в окно, видны грузовой двор, завод железобетонных изделий и щебеночный завод. Грохот страшный, особенно когда забивают сваи. Наталья просила строителей поставить противошумовой забор, и ей пообещали: «Сначала построим, а потом забор поставим».

До улицы Таврической пыль и шум не долетают, отсюда до стройки далеко. Но 21 мая нынешнего года кубанский губернатор Ткачев издал распоряжение об изъятии этой земли для олимпийских нужд. За 9 лет Валерий Матосян построил здесь пятиэтажный отель с конференц-залом и рестораном. Теперь отель должны снести, чтобы построить по сути такой же, но включенный в программу строительства олимпийских объектов. Причем строить должен инвестор. Получается, что одного частника вытесняют другим, более крупным.

Сергей Слесарев тоже построил на Таврической небольшую гостиницу, и теперь ее тоже хотят сносить: «Думаю, впору говорить о рейдерстве, об изъятии земель, чтобы потом их перепродать другим инвесторам, пользуясь олимпийским законом».

У семьи Ткаченко с улицы Веселая мысли похожие. Глава семьи Владимир с двумя сыновьями сидит на кухне и лепит дом из пластилина. Свой настоящий дом он давно построил и землю под ним пытается оформить с 2000 года. Олимпийских объектов здесь тоже не будет. Но адлерский суд отказался передать землю семье, а дом назвали «грудой строительного хлама». Ситуация безвыходная…

Ночью раздается телефонный звонок — в Имеретинской бухте у голодающей Татьяны Скляровой упало давление. Вместе с ее подругами ждем на огороде «скорую». Проходит три часа — «скорой» нет. Когда в стране кипит большая стройка, кому нужны маленькие люди?