Страна наша велика, и не могут ее руководители размашисто планировать: «На недельку, до второго, я уеду в Пикалево…» Какая там неделька? Несколько часов на безденежное Пикалево, несколько часов на Белгородскую область, где наш премьер-министр, вникая в проблемы животноводства, вынужден был в темпе брать быка за рога… Между стремительными поездками надо успеть принять кого-то из руководителей регионов и за считаные минуты оценить ситуацию на местах, уже этих мест не видя.

Кое-что удается. Вопрос — ответ, еще вопрос — и ситуация в регионе проясняется. А иногда даже второго вопроса не требуется. Так, президент Татарстана Минтимер Шаймиев уже на первый вопрос принявшего его Владимира Путина: «Как поживаете? Как в республике дела?» — ответил: «Ситуация, как говорится, под контролем…» «Ну и хорошо», — наверное, подумал с облегчением Владимир Владимирович.

Что премьер подумал — этого в стенограмме встречи нет. Зато все, о чем собеседники говорили, в стенограмме есть, а она — на сайте Правительства РФ. Впрочем, вряд ли все. Ну не могли двое мужчин казенно начать беседу, не перекинувшись парой фраз о футболе. Наверняка Путин спросил, как дела у казанского «Рубина». К тому времени «Рубин» еще не проиграл «Ростову», поэтому Шаймиев с удовлетворением мог ответить, что команда лидирует и нацелена на ворота любых соперников. Ну а дальше разговор, как положено, пошел о нефти и о строительстве. Что и отражено в стенограмме, которая явно неполная (возможно, стенографистку по случаю кризиса перевели на полставки, и она сделала лишь половину дела).

Думается, Путин, которому довелось быть председателем оргкомитета по подготовке празднования 1000-летия Казани, обязательно поинтересовался, расплатился ли наконец, через четыре года, древний город с долгами, наделанными в радостную юбилейную пору. И, надо полагать, Шаймиев искренне ответил, что не расплатился и что «только на обслуживание муниципального долга, на обслуживание процентов уйдет более 1 миллиарда рублей». Последние слова взяты в кавычки не потому, что их сказал Шаймиев (может, он ничего такого и не говорил), а потому, что в тот же день их произнес мэр города Ильсур Метшин на сессии казанской городской думы. Бюджет города, принятый на этой сессии, уже назвали катастрофическим. В нем дыра в 4 миллиарда рублей, и мэр даже заявил: «Нет у нас возможности больше брать кредиты, мы закредитованы».

Закредитованная Казань ждет помощи от бюджета республики, но в нем свой дефицит в 20 миллиардов рублей, и уже набравший кредитов Татарстан является едва ли не самым крупным должником федерального бюджета. Здешняя экономика, чего доброго, повлечет массовые банкротства предприятий: только в Пенсионный фонд они задолжали 2,3 миллиарда рублей (а еще им не дают покоя банковские кредиты и долги за энергоресурсы). И не может быть, чтобы обо всем этом, а также о том, что вынужденное сокращение бюджетных расходов коснулось даже питания детей в детских садах, Путин с Шаймиевым не перекинулись хотя бы несколькими словами. И что же стенографистка? «Ситуация под контролем» — это она ухватила и зафиксировала. А про долговую экономику почему-то пропустила.

А может, и не бывает на подобных встречах никаких стенографисток? Да и вообще никаких посторонних, чтобы можно было свободно поговорить, еще что-нибудь спросить о «Рубине». Например, Владимир Владимирович мог бы поинтересоваться: «Верно ли мне докладывают, что «Рубину» хотят купить за границей нового игрока за 8 миллионов то ли долларов, то ли евро?» «Надо уточнить, — осторожно проявил бы осведомленность Минтимер Шарипович. — Самому интересно, в какой валюте нам придется заплатить за этого нападающего Иссуфа Коне, забившего 9 голов в чемпионате Румынии».

Вот прочитать бы такое на сайте правительства, и сразу стало бы ясно, что кризис Татарстану нипочем и что ситуация в штрафной площадке соперников «Рубина» — под контролем.