В субботу мы разговаривали с Исрапилом Шовхаловым, главным редактором замечательного кавказского журнала «Дош».

Они с Абдуллой Дудуевым, шеф-редактором журнала, уже вернулись в Москву из Ингушетии и потихоньку приходят в себя после того, как им чудом удалось спастись.

Приводим рассказ Исрапила.

— Девятого марта, во вторник, мы прилетели в Ингушетию, на следующий день должны были брать интервью у Евкурова. Уже была договоренность. Мы заехали поговорить к Магомеду Муцольгову¹, потом отправились в Плиево². Там действительно собралось много людей, многие из родственников тех, кого прежде похитили. Они рассказывали свои страшные истории, просили что-то передать президенту, когда мы его увидим.

Из Плиева мы поехали в Грозный, чтобы повидаться с близкими и переночевать. Был непроглядный туман, и в какой-то момент из этого тумана нам наперерез выехала белая «семерка» с включенными фарами. Нас вытащили из машины. Тот, который у них был главный, сказал нашему шоферу по-ингушски: «Вали отсюда быстро». Со мной этот главный вначале разговаривал только по-русски, он, кажется, не сразу понял, что я вайнах³. На нем была серая милицейская форма и вязаная шапочка. Остальные, трое, были в армейской зеленой форме. На водителе была маска с прорезями для глаз. Погон на них не было. Я сказал, чтобы они предъявили документы, они стали смеяться и достали какую-то одну корку с российским флагом.

Я не знаю, где это было, помню только, шофер до этого говорил: «Карабулак проехали».

Я понял, что это плохой поворот событий, и стал звонить по первому номеру, который был в телефоне, — Лиде Михальченко из «Кавказского узла». Успел сказать всего несколько слов: что нас остановили и куда-то хотят забрать неизвестные люди. Потом у меня телефон отобрали.

Главный все время вертел в руках пистолет.

Я старался как можно спокойнее себя вести. Говорил с ними по-доброму: «Мы к вам приехали хороший репортаж про президента делать, хотим вам помочь, а вы себя так ведете». А он мне отвечал: «Проси, чтобы тебе самому теперь Аллах помог».

Несколько часов мы стояли в этом тумане на трассе: они сначала кому-то звонили, потом пытались нас в машину запихать, но мы не дались. Я хотел даже под какую-нибудь проезжую машину броситься, лишь бы никуда с ними не ехать. У меня все это время не выходила из головы Наташа . Я думал: нас двое, а она вообще была с ними одна. И как же ей тогда было страшно!

Потом, когда уже было темно, прибыли еще двое: я понял из их разговора, что из-за нас уже вышел шум. И они уехали, оставили нас на дороге.

Все, что дальше, — у меня в голове как в вате. Мы бежали не глядя: какими-то полями, сквозь туман. Выйти на трассу и поймать машину мы боялись: а вдруг они вернутся и будут нас искать? В конце концов вышли на какой-то перекресток. Там люди торговали черемшой. Нужно было как-то осторожно узнать, где находимся. Мы не могли сказать, что с нами случилось: там люди боятся тех, у кого неприятности.

С перекрестка нас уже забрали родственники. Мы старались и с ними как можно спокойнее себя вести, чтобы никто ни о чем не догадался. Якобы мы просто заехали переночевать. Ночью я позвонил Абдулле: нельзя нам, говорю, возвращаться в Ингушетию, надо улетать завтра через Нальчик.

Но Абдулла сказал, что надо ехать к Евкурову, и я тогда тоже решил, что мы не должны вот так уезжать.

¹Известный ингушский правозащитник.
²В Плиеве стоит многодневный митинг с требованием расследования обстоятельств исчезновения Микаила Плиева.
³Исрапил и Абдулла – чеченцы.

P.S. На следующий день Абдулла и Исрапил все же встретились с президентом Ингушетии Юнус-Беком Евкуровым. Тот гарантировал охрану всем журналистам, которые будут сообщать его пресс-службе о собственном приезде в республику. Ребята от охраны из вежливости отказались. О том, что за силы были причастны к задержанию журналистов, президент не сообщил.