В Канском районе Красноярского края в апреле загорелся полигон гидролизных отходов, и сейчас уже понятно, что потушить его в обозримом будущем не удастся. Горит лигнин — один из основных полимерных компонентов древесины. Отходы древесной щепы, обработанные серной кислотой, на протяжении 40 лет вывозило на полигон ЗАО «Канский биохимический завод», производившее из древесины спирт. Теперь завод разорился.

По данным районной администрации, на полигоне общей площадью более 20 га хранится около 2,5 млн тонн лигнина. Эффективных методов тушения его нет. И, по прогнозу местной власти, опирающемуся на оценки МЧС, полигон будет гореть от 5 до 20 лет. Эксперты говорят, что отвалы сернокислого лигнина могут дымить 20—30 лет.

При горении лигнина выделяются сернистый ангидрид, окись азота и множество других вредных веществ. Пока токсичным дымом накрыта территория двух сельсоветов — Чечеульского и Брешенского, слабый ветер сносит дым в сторону расположенного в 6 км поселка Карапсель. Рядом находится военная авиабаза в Чечеуле — Канск (Дальний), где дислоцируется 712-й полк 41-й дивизии ПВО 14-й армии ВВС и ПВО (истребители-перехватчики МиГ-31).

Канск с его 100-тысячным населением начинается в 7 км от свалки, и пока дым в город не идет. Но, понятно, что только пока. Кроме того, Канску, по оценке местных властей, может угрожать опасность при попадании продуктов горения в реку Кан, откуда город берет питьевую воду. Ниже по течению также находится закрытый город Зеленогорск (Красноярск-45) с его ядерным предприятием — электрохимическим заводом и 70-тысячным населением.

Пока гнали денатурированный спирт, отходы производства присыпали сверху землей, полигон охраняли. Оставшись без пригляда, свалка задымила. Лигнин прогорает, углубляясь в землю. Пожарные тут беспомощны. Канск обратился за помощью в Красноярск. Краевые власти направили в район передвижную аналитическую лабораторию экологического мониторинга и контроля. Начали проверку федеральные надзорные органы. На фоне успокоительных комментариев МЧС районные власти уже заявили, что район постигла «экологическая катастрофа».

Пока территорию окопали, установив по периметру предупредительные таблички. Подземный пожар опасен не только едким дымом — можно и провалиться в образующиеся под твердью пустоты, без малейшего шанса выбраться наружу.

Лигнин самовозгорается, и это его свойство позволяет из года в год добиваться существенных финансовых вливаний «в проблему». Так, Зиминский район соседней Иркутской области с подобной бедой живет уже десятилетие. Лигнин с Зиминского гидролизного завода задымил еще в конце 90-х. Его пытаются тушить, даже провели две ветки водопровода, но пока успехи относительны. На этом полигоне за несколько десятков лет скопились миллионы тонн лигнина, толщина пласта — 30 метров, очагов — десятки, и все на разной глубине. Горит 20 гектаров, почти половина — это не гидролизный лигнин, а щепа с деревообрабатывающего комбината, тоже уже разоренного и похороненного.

Гидролизных заводов в Восточной Сибири понастроили столько, что денатуратом можно залить всю планету. Они разоряются один за другим. Пока они работают, риск возгорания на их отвалах минимален. Как только их банкротят, сценарий повсюду одинаков — образуются дымящиеся кратеры и многочисленные прогары.