В России — кризис. Плохо забывшие советскую стабильность люди уповают на государство: накормит, вылечит, уплатит за ЖКХ, даст пособие. Политологи называют это ростом левых настроений и резюмируют: основной социально-политический запрос в стране — левый. Меж тем за ближайшей границей живет демократическое и одновременно социалистическое государство Финляндия с высочайшими по нынешнему дню в мире социальными гарантиями населению. Как они дошли до жизни такой, как живется в Финляндии разным людям, сколько стоит социализм — в серии статей наших специальных корреспондентов Ольги Деркач и Владислава Быкова.

Есть ли в Финляндии кризис? Внешне — нет. В России кризис торчит наружу, нахально скалится цифрами на каждом углу. Издали, как «КПСС» на горе, «Обмен валюты» — 23, 27, 31, 35 рублей за доллар, продолжение следует. Такой наружный градусник неладности в энергетическом королевстве. А тут, выражаясь красиво, как в путеводителе, в царстве тысячи озер, валюту в каждом подъезде не меняют, а если с долларом заехал, так еще набегаешься, пока конвертируешь, если на вокзале не догадался. И как тогда узнать про кризис? Попробуем «покачать на косвенных», как пишут в детективах.

В магазине — непонятно. Та инфляция, о которой охотно пишут все наши СМИ (11 с лишним процентов, чуть ли не больше, чем всюду в Европе), — это не кризис, это плата за резкий рост зарплат в 2007-м. Цены скакнули в прошлом январе, причем здорово, местные журналисты проверяли — на 15%, а с тех пор, особенно в последнее время, даже слегка присели. В пересчете на новый евро в 45-46 рублей все равно получается дороговато, но свежайшую, никогда не мороженую свинину можно легко найти по 2,99, то есть считайте сами, по 135 рублей. Растительное (обычно это рапсовое, а не подсолнечное, как у нас) масло в дешевой сети по 1,59, то есть 72 рубля на наши деньги. Свежая, недавно плавала, форель с головой и хвостом начинается с 5,99, но в четверг-пятницу, под уикенд, когда магазины закрыты, доходит иной раз до 3,99. Филе обычно дороже, но можно и за 5,90 найти. Что еще? Яйца в широком разбросе, но и за 1,20 есть, колбаса — разброс еще шире, но чем больше порция, тем ниже цена, 600 граммов сырокопченой обходится в 4,99. Недорого берем фрукты: яблоки и мандарины от 0,90 до 1,50. Картошку предлагают по 40 центов, если брать пять кило, и по 25, если десять, — мытую и расфасованную в полиэтиленовые пакеты. Так это мы еще не сказали о качестве всех продуктов, которое по большому счету обессмысливает все сравнения. Безусловно, мы описываем нижнюю границу и не берем в расчет центр Хельсинки — там все чуть дороже.

То ли кризис, а то ли жадность местных энергетиков подняли тарифы на электричество (на 10%). Можно бы уйти к конкуренту (здесь, в отличие от России, электрокомпания — не монополист), но он тоже поднимет цену — не сегодня, так завтра. Квартплата выросла процентов на 10, что огорчает, но не так, как московские 30%. И очень усложнилась сортировка мусора, которая и прежде простой не была: бумагу, картон, стекло и железо мы выкидывали отдельно от сборного мусора. Теперь уже сортируем и сборный: добавились баки с надписью «энергия» — туда надо кидать все, что горит, а что не горит, откладывать в сборный. Чтобы народ не путался, в почтовые ящики разложили памятку, в которую лезешь всякий раз по пути к помойному ведру. Попутно узнаешь много нового: памперсы, оказывается, как рукописи: не горят. Где мусор, а где кризис? Да рядом — экономят финны, хотят получать энергию из отходов.

Что с ценой на квадратный метр? Цены на небольшое жилье выросли, а огромные дома просто не продаются. Статистика, утверждающая, что цены упали на треть, лукавит: на треть снизилась средняя цена сделки.

Есть ли спад в промышленности? Да, и уже пошли сокращения. Лихорадит из-за нас: Финляндия крепко и традиционно завязана на российский рынок. Высокий евро холодит экспортеров, в таких компаниях сокращают работников. Европейские заказы тоже усохли, и все, кто работает на внешний рынок, за свои места дрожат. Где-то уходят на неполную неделю или неполный месяц, причем все — включая боссов. Но сокращение рабочего времени на четверть уменьшает заработок на 20% — разницу доплачивает профсоюз. Знакомый финн-инженер огорчился, что не сократили: хотел книгу в свободное время дописать. О хлебе и молоке для двух детей он не волновался — пособие по безработице платят 500 дней, а от его размера текут слюни зависти: нашему приятелю Йорме светило 1200 евро. Кому-то немного больше, кому-то меньше — тут все зависит от потерянной зарплаты. Мы на двоих и с бензином тратим на жизнь меньше половины этого пособия. Бензин, кстати, по сравнению с летом упал в цене и серьезно: с 1,50 до 1,15.

Крупные фирмы стоят крепче, но и они ужимаются: «Нокиа» прекратила набор персонала, сократила небольшие отделения и запретила командировки — все, кроме встреч с клиентами. Овертайм, то есть переработка, не поощряется, телефоны пока оплачивают, а тренинги — уже нет. Город тоже экономит — не купил скульптуру для торгового центра, зато оплатил лазерное шоу, которое показали в новогоднюю ночь вместо салюта — его сочли неэкологичным.

Вот что колосится, так это реклама. В России фирмы урезают рекламные бюджеты, здесь этого не происходит: мусорный ящик с бумагой забит до отказа. Несут каждый день и пачками: бесплатные газеты, реклама торговых сетей, супермаркетов, бытовой и компьютерной техники, собачье-кошачьей еды, ремонтов и окон (как у нас!). Особенно умиляет восторг рекламодателей: 37% экономии при покупке тигровой мази: теперь она стоит всего 1 евро! А если купишь DVD-игру «Монополия», то сэкономишь 74%. Самое время учиться капитализму! Бери 3, плати за 2 — это уже о спортивных штанах. Suomisoffa отдает вполне приличный диван за 100 вместо 799 — может, завтра уже приплачивать начнут? Но покупательского бума, несмотря на рекламный шабаш, не наблюдается, хотя деньги у финнов есть. Но кризис заставляет думать о черном дне, и евро остаются на счетах, а не перекочевывают в кассы.

Какие меры принимает правительство? Диаметрально противоположные российским: все, что хотели строить и ремонтировать за государственный счет через год-два, начинают сейчас: дороги, мосты, детсады, школы — чтобы занять строителей, на которых кризис топчется сильнее, чем на остальных. На это направлен антикризисный бюджет в несколько сотен миллионов евро. О поддержке банков и крупных компаний мы пока не слышали.

Крепкая доля финских доходов приходит от туриста. Турист пока едет: Финляндия, как ни крути, остается самой близкой и самой дружественной настоящей заграницей. Можно управиться и без турфирм, мы друзьям советуем и подробными инструкциями снабжаем. Еще и приодеться можно: кризис задрал евро, но опустил цены. Одежда-обувь несравнимо дешевле, чем в России: модное пальто-пуховик приличной фирмы — 40 евро (после скидки), женские ботинки — 50, джинсы — от 20. Куртку на мальчика 13 лет наша приятельница купила за 25, ветровку — за 15, свитер за 12 евро. Приезжаешь прибарахлиться и получаешь Финляндию «на сдачу» — еще и с паромом в Стокгольм вдобавок. А тем, кто говорит, что здесь смотреть нечего, вы не верьте: не Рим, вестимо, но свои прелести есть, сказочный северный модерн, к примеру.

Но спустимся из эмпиреев и опять упремся в проблемы. Аналитики утверждают, что кризис в России протекает тяжело, поскольку упали цены на нефть и высока коррупция. Нефти в Финляндии нет и коррупции тоже. Так что, видимо, пробьются.