Есть три вещи, на которые можно смотреть долго и задумчиво: огонь, вода и результаты голосования в Татарстане. Причем не важно, какого голосования — давнишнего, когда на безальтернативных выборах президента республики Минтимер Шаймиев набрал 97,2 процента, или сравнительно недавнего, когда от Татарстана в Госдуму РФ прошла только «Единая Россия». Более впечатляющих результатов можно добиться лишь при одном условии: если пригласить на следующие выборы международных наблюдателей из Северной Кореи.

А следующие выборы уже в марте. В Татарстане будут избирать Госсовет республики. На минувшей неделе завершился процесс выдвижения кандидатов, и выяснилось, что республику населяют в основном генеральные директора. Достаточно взглянуть на список кандидатов от «Единой России» по одномандатным округам: генеральных директоров в нем аж 26. Еще один является исполнительным директором, а трое — просто директорами, что конечно же не красит их в глазах соратников по партии. С натяжкой можно отнести к титульной профессии одного заместителя генерального директора, шестерых председателей (комитета, банка, совета директоров…), а также трех кандидатов, наименования должностей которых начинаются со слова «начальник». Единственный доцент университета в этом списке — просто на смех единственному же буровому мастеру, который, похоже, представляет одновременно рабочих и крестьян (на земле ведь он работает).

Народовластие, надо полагать, формируется не с бухты-барахты. Вот редактор газеты «Звезда Поволжья» Рашит Ахметов обращает внимание на некоторые нюансы в списке кандидатов от «Справедливой России» и заключает: «Значит, список согласован с аппаратом Шаймиева и должен, безусловно, пройти на выборах». Запомним слово «безусловно» и приведем мнение Ахметова о шансах кандидата Х.: «Х. сверхрадикален, и вряд ли те же органы ФСБ (которые, естественно, должны контролировать и выборы в Госсовет, и движения по партийным спискам) согласятся с его прохождением в Госсовет».

Что ж, где «безусловно», там и «естественно». Если ФСБ естественно контролирует выборы, то при участии аппарата президента в депутаты, безусловно, пройдут те, кому полагается.

— Рашит, кто-нибудь опровергал вашу публикацию? — спросил я редактора Ахметова. — Что-то уж чересчур проникновенно вы пишете: «Из 20 освобожденных депутатов около 10, скорее всего, останется прежних, другие 10 обновятся, таковы установки Шаймиева». Или вот еще: «ЛДПР в Татарстане не получит проходного балла, это для Шаймиева дело принципа. Он считает эту партию антитатарстанской».

— Нет, никто не опровергал, — ответил редактор.

А ведь, казалось бы, те, кто, по мнению обозревателя, негласно контролирует, дает установки и идет на принцип, за три недели со времени публикации могли хоть раз выразить недоумение. Мол, что за тень на бюллетень? Как можно такое предполагать? У нас в демократическом Татарстане люди всегда свободно выбирали тех, кого хотели, а избиркомы считали, как хотели. Посмотрите, какие у нас всегда были славные результаты…

Ну, конечно, конечно. Про результаты мы уже говорили. Что ни голосование, то рекорд для закрытых помещений.