Отменено постановление о возбуждении уголовного дела против первого вице-премьера Ставропольского края, регионального министра финансов Владимира Шаповалова. Дело возбуждалось по части 3 статьи 286 «Превышение должностных полномочий с причинением тяжких последствий». В 2006 году Шаповалов присмотрел для своего министерства бывший офис ОАО «Роснефть-Ставропольнефтегаз» и заключил договор купли-продажи на 143,4 млн рублей. Но недавно следствие заявило, что особняк стоил всего 96 млн.

После возбуждения дела зампред ставропольского правительства Василий Балдицын срочно собрал брифинг и сообщил: покупалось не только здание, но и 30 соток земли с двумя капитальными гаражами. И тут же в эфире местного телевидения выступил замначальника Главного управления МВД по ЮФО Сергей Солодовников. Он повторял одну и ту же фразу про «ставропольское коррупционное сообщество», к которому причислил и бывшее руководство краевой «Роснефти». Генерал обещал в скором времени обнародовать имена новых коррупционных чиновников, у которых будут «доставать деньги хоть из желудка».

Этого не стерпел уже ставропольский губернатор Валерий Гаевский, назначенный в мае вместо Александра Черногорова. Гаевский заявил по ТВ, что будет противодействовать политическому киллерству, потому что уголовное дело против Владимира Шаповалова шито белыми нитками. Вскоре прокуратура отменила постановление о возбуждении уголовного дела «в связи с выявленными процессуальными нарушениями».

Известно, что весной на должность губернатора помимо Валерия Гаевского претендовал Николай Гончаров. Гаевский был заместителем Дмитрия Козака — и когда тот был полпредом в ЮФО, и когда был российским министром регионального развития. Гончаров же занимал пост начальника ставропольского ГУВД и пользовался поддержкой министра по ЧС Сергея Шойгу, а также замглавы российского МВД Аркадия Еделева. После победы Гаевского Николая Гончарова пытались отдать под следствие. Зато спикером краевой Думы, несмотря на сопротивление ряда депутатов, стал сын замглавы МВД Дмитрий Еделев. Правда, через полгода его единогласно «ушли».