Для начала перед самым католическим Рождеством основной адвокат Ульрих Буш потребовал от председательствующего в суде Ральфа Альта отстранить своего коллегу Гюнтера Мауля.

Якобы по поручению самого Демьянюка герр Буш весьма эмоционально выразил германской Фемиде протест, ссылаясь на то, что Мауль «ведет себя подозрительно пассивно» и «уверен лишь в правоте судьи».

Также защита ходатайствовала о необходимости «изучить все судебные дела», связанные с персоналом и курсантами нацистского учебного лагеря «Травники». Где, собственно, и начиналась «надзирательская карьера» Демьянюка. По мнению адвоката Буша, процесс должен завершиться не в мае, как было ранее запланировано, а как минимум на год позднее. Только это, мол, «позволит вызвать в зал суда и заслушать бывших сослуживцев герра Демьянюка, отбывших в свое время наказание и проживающих теперь в прибалтийских государствах, Чехии, Узбекистане, России, Украине, Польше…»

Суд не внял подобным настояниям защиты и продолжил рассмотрение дела по графику. Служители Фемиды приступили к заслушиванию заключения эксперта Дитера Поля. Ссылаясь на архивные документы, профессор мюнхенского Института современной истории рассказал об условиях обучения и быта, в которых находился бывший солдат Красной армии Демьянюк при подготовке на должность вахмана: трехразовое питание, чистое белье, баня, казенное обмундирование, 45 ежемесячных рейхсмарок денежного довольствия, карабин с патронами, право на выход в город по выходным… По заключению специалиста, несмотря на строгую дисциплину и жесткий контроль со стороны «арийского контингента СС», Демьянюк, как и остальная сотня курсантов, имел возможность «в любое время отказаться от дальнейшего обучения».

Понятно, что тогда бы ему пришлось возвращаться в лагерь для военнопленных, а не конвоировать колонны обреченных в газовые камеры. «Процесс века» в Мюнхене продолжается.