На это совпадение я обратила внимание случайно. Дело в том, что меня всегда интересовали механизмы внезапных паник. Среди массовых паник, возникавших в России в последние годы, две особенно выделялись, ибо охватывали целые регионы, не имея под собой решительно никаких оснований.

Первая случилась 5 ноября 2004 года: тогда распространились слухи о взрыве на Балаковской АЭС в Саратовской области. Паника поразила Саратов, переметнулась на Волгоград и Тольятти, и — самое удивительное — едва ли не самым пораженным городом оказалась Махачкала. В этот день столица Дагестана вымерла; с улиц исчезли машины, а из аптек — йод (в Саратове даже травились йодом). Масла в огонь подбавила массовая рассылка SMS — местный сотовый оператор вздумал от имени властей известить всех абонентов, что слухи об аварии не имеют под собой оснований, и все поняли его, естественно, наоборот, и, что еще хуже — аналогичное по тексту и аналогичное по последствиям сообщение прозвучало по местному телевидению.

На первый взгляд загорелось само собой, как торфяник в засуху, но вот вопрос: есть ли какое-нибудь политическое событие, которое произошло, скажем так — в области первичного распространения данной паники?

Ответ: такое событие есть. Спустя три с лишним месяца после таинственной паники полпред Сергей Кириенко предложил на должность саратовского губернатора тогдашнего директора Балаковской АЭС Павла Ипатова: то есть с учетом перипетий борьбы за снятие Аяцкова вопрос о выдвижении Павла Ипатова в саратовские губернаторы должен был решаться примерно тогда, когда кто-то и запустил утку об аварии на его АЭС.

Но, конечно, это может быть и случайность. Даже если предположить, что один из лидеров «Единой России» саратовец Вячеслав Володин был не очень-то доволен кандидатурой Ипатова и предпочел бы иметь на месте губернатора или себя, или своего протеже, — единственное совпадение не является сколько-нибудь достаточным основанием для того, чтобы связать панику и назначение губернатора.

2 декабря 2009 года паника в Саратове разразилась снова. Город вымер, в магазинах раскупили воду — на этот раз причиной были слухи о «легочной чуме» со 100%-ной смертностью, из-за которой всех саратовцев уморят с воздуха. Саратовские форумы пестрели ужасающими сообщениями. Вот только некоторые из них: «Морги в Саратове завалены трупами», «сегодня вечером с восьми до десяти будут опылять город какой-то гадостью с самолетов и вертолетов, на улицу не выходить, все форточки закрыть! Силовики распространяют такую информацию среди своих родных!» (Семен); «медикам на летучках говорят, что вскрытие умерших дает картину легочной чумы» (Бабулька); «мне сейчас позвонили из комитета при прав. Сар. обл. Вся верхушка уже предупреждена, что «настоятельно» не рекомендуют выходить на улицу с 20.00 до 8.00, если есть возможность, отъехать от города на 150—200 км» (Думающая). «В «Микробе» произошла утечка вируса. Легочная чума. Утром заболел, вечером умер» (Юнит).

Когда паника достигла невероятных размеров, силовики отреагировали: они сообщили, что арестовали некоего студента, который с целью создать панику сделал запись о чуме в своем ЖЖ. Между тем я специально привела выше записи с форумов, чтобы было ясно: ни о каком студенте и речи не может быть, люди действительно звонили друг другу, чиновники кричали «спасайся кто может», и, конечно, не один студент, а сотни их написали подобные посты в ЖЖ. Да что там ЖЖ! Только обращение к президенту Медведеву о том, что их убивают, подписали 300 саратовцев.

А теперь вопрос: есть ли еще какое-нибудь политическое событие, которое совпало с ареалом саратовской паники? Да. Это переназначение губернатора. 23 декабря, то есть спустя двадцать дней после паники, партия «Единая Россия» внесла президенту Российской Федерации три кандидатуры на должность губернатора Саратовской области — Петра Глыбочко, Павла Ипатова и Валерия Радаева.

Двое из этого списка — секретарь регионального политсовета ЕР Глыбочко и председатель Саратовской облдумы Валерий Радаев — вернейшие единороссы, плоть от плоти «Единой России» и ее лидера Вячеслава Володина. Третий — действующий губернатор, который тоже верноподданный, но все-таки, как бы это вам сказать… обязанный своей карьерой не исключительно Володину.

Я не являюсь сторонником губернатора Ипатова и, честно говоря, вообще ничего о нем не знаю. Я ничего не знаю о единороссе Глыбочко, кроме того, что однажды некая дама оклеветала его, заявив, что он хотел ее изнасиловать, но, по счастью, саратовская Фемида во всем разобралась и установила, что женщина сама разорвала платье и ударила голову, чтобы оклеветать уважаемого единоросса Глыбочко.

Я ничего не знаю о единороссе Радаеве, кроме того, что опять-таки однажды продавщица из ларька, который курировал приятель сына Радаева, оклеветала сына Радаева, обвинив его в изнасиловании: она-де мол собралась уходить из ларька, а ее пригласили на квартиру к сыну Радаева, сказали, что она виновата, что должна отработать, насиловали, снимали на пленку, грозили убить — но, слава богу, как и в случае с Глыбочко, неподкупная саратовская Фемида выяснила, что дама оболгала сына единоросса.

Я только удивлена совпадением. Оба раза две самые крупные и самые безумные паники, когда-либо охватывавшие регион России, возникали в Саратове. Оба раза они непосредственно предшествовали назначению или переназначению губернатора Ипатова.

Тут вариантов два — или это поразительное совпадение. Или оба раза губернатор Ипатов вызвал недовольство кого-то, кто предпочитал другую канидатуру. И этот кто-то обладает одновременно феноменальным административным ресурсом, позволяющим безнаказанно спихнуть ответственность за черный пиар на «студента, написавшего в ЖЖ», и патологической безответственностью, ибо распространение среди вспыхивающего как порох населения слухов об «аварии на АЭС» и «легочной чуме» можно сравнить только с запуском китайской пиротехники в отделанной хворостом «Хромой лошади».