Нашей корреспондентке Юле Таратуте частенько приходят письма с вопросами «про папу» Михаила Таратуту. Почему «папа» перешел на РТР? Почему больше не работает в Америке? Не «папа» ли «дочку» надоумил в журналистику пойти, и если «папа», то почему «дочка» в газете, а не в телеящике?
       Уважаемые поклонники Михаила! Наша Таратута телевизионному Таратуте не дочка. Дочку Таратуты зовут Екатерина Смирнова, она действительно работает на телевидении — корреспондентом в папиной новой программе «Русские горки-2». С Юлей Таратутой у Михаила Таратуты общего только фамилия и жизнь пришельца. У Юли — нежный украинский акцент. У Михаила поклонницы находят «очаровательный американский». Таратуты — они понимают, каково быть чужаком среди своих
       
       — Я телевизионный аутсайдер. Я был в Америке, когда складывалась телесистема. Я не стал ее частью, не вошел ни в одну из сложившихся телевизионных групп. А шансы на выживание у человека, существующего вне системы, невелики.
       — Вот и ваша программа снова сменила канал, и теперь вы работаете на государственном телевидении. Есть разница между работой у Добродеева на НТВ и у него же — на РТР?
       — На РТР у меня вышло всего несколько программ. Пока никакой специфики не проявилось.
       С переменой мест все просто. Когда я приехал в Россию, «Русские горки» должны были выходить на ОРТ. Но разразился кризис, и деньги кончились. Потом программа перешла на НТВ и выходила там полгода. Выходила на деньги международных фондов. Потом кончились и эти деньги, кончилась и передача. В это время Олег Добродеев, с которым мы вместе работали еще в «Международной панораме», перешел на РТР. Добродеев - это единственный человек, что-то решающий сегодня на ТВ, с которым я знаком. И я предложил программу РТР.
       — Вы уже работали когда-то на государство...
       — Да, я начинал на Иновещании. Между собой журналисты называли его «могилой неизвестного журналиста». Всегда была специфическая структура. Работаешь на заграницу, минимум эмоциональной отдачи, никакой оценки аудитории. Меня с Иновещания выгнали за «потерю политической бдительности».
       — Как вас угораздило такую важную вещь потерять?
       — На закрытое партийное заседание пришел корреспондент Associated Press. По тем временам — конец семидесятых — страшный криминал. И мне, парторгу, поручили его аккуратно выставить. А я решил, что выставлять его нелогично. Ну что такого секретного может быть на заседании «Об ответственности коммуниста за порученное партийное задание»? Скука была неимоверная. Корреспондент позевал минут десять и ушел. Уже через двадцать минут об инциденте знали в парткоме. На следующий день главного редактора и меня призвали к «партийной ответственности». Редактор лишился кресла, а я отделался «потерей политической бдительности». И тогда я страшно захотел от всего этого уехать.
       — И вас, «небдительного», выпустили за границу?
       — Внезапно умер единственный корреспондент Гостелерадио в Америке Владимир Дунаев. И меня отправили в Америку!
       У меня не было нашей школы, по счастью. Я учился, глядя на американское телевидение.
       Сначала было сложно. Предполагалось, что зарубежный корреспондент — ас. А я умел очень немногое. Помню, сценарий написан, материал отснят, осталось только сложить. Американка-монтажер спрашивает: «Что сэр желает?» А сэр понятия не имеет, чего он МОЖЕТ желать...
       Я ужасно завидовал своим американским коллегам, что они могут делать программы о своей стране. Главный упор на тамошнем телевидении делают на документалистику. У нас подобных программ практически нет. «Профессия репортер» и другие спецрепортажи — этого мало. Хорошую историю сложно найти, а рассказать о ней просто. И американцы умеют рассказывать обычные истории.
       — Принято считать, что американское телевидение сплошь развлекательное...
       — Как ни странно, американское телевидение не такое развлекательное, как наше. Там очень много умных передач. И неправда, что их много только на общественном канале. Привыкли говорить, что американцы «глупые». А на самом деле они — любопытствующий народ. Программы в стиле Discovery пытаются это любопытство удовлетворять. Это точное попадание.
       Вот, скажем, «60 minutes» — обычная документальная передача о жизни. Например, корреспондент исследует вопрос женского равноправия. Два разнополых человека идут наниматься на работу со скрытой камерой. Первый сюжет — разговор с женщиной. Следующий — разговор с претендующим на эту же должность мужчиной. Разговор уже совсем иной. Дальше — попытка разобраться в причинах.
       В России такой материал сразу назовут «джинсой» или компроматом на эту фирму. В Америке никаких обвинений быть не может: журналист, будучи в ней уличен, моментально получит «волчий билет». Поэтому здравомыслящий журналист никогда не будет рисковать карьерой. Правда, журналисты в Америке получают совсем другие деньги...
       Не бывает заказа и на целые программы. Существование той или иной передачи диктуется исключительно рынком. Американцы очень серьезно относятся к рейтингу, каждый пункт — это стоимость твоей рекламы. А в России выше рейтинга порой ставятся личные связи. У нас нельзя стопроцентно гарантировать, что рейтинговая программа уцелеет.
       — У нас же многие рейтинговые программы страдают дурновкусием. Как вы думаете, что идет сначала — зрительский спрос на ширпотреб или телевизионное его предложение?
       — Дешевое телевидение — гарант дешевого вкуса. Но у отечественных телеканалов нет денег для производства или закупки качественного продукта. И все равно то, что сделало наше телевидение со своей аудиторией, страшно.
       Делая «Америку с Михаилом Таратутой» тогда и «Русские горки» сейчас, мы пошли по сложному пути. Рассказывать «Женские истории» проще — таким программам гарантирована большая аудитория. Но есть мечта делать хорошо то, что трудно.
       Я хотел делать программу, объясняющую, что такое капитализм. Говорить об экономике доступным языком. Ведь наши соотечественники с трудом представляют себе, как функционирует нормальное капиталистическое общество. Мне кажется, что такая программа должна быть безумно интересна.
       Я уже пытался что-то похожее делать в рамках «Америки». Рассказывал, например, как функционирует в Америке система финансовых пирамид и чего от них ждать России.
       К сожалению, пока на такую программу нет денег...
       — Ну если денег на новые программы не будет, можно, наверное, снова снимать Америку?
       — Я очень хотел уехать из Америки. Просто устал от этой страны. Вообще, как ни странно, сейчас в России интерес к Америке падает.