Станем ли мы прозрачными-прозрачными
       
       Крупнейшие адвокатские конторы Москвы стали жертвами розыгрыша. Некий американец решил пощупать российский бизнес-уклад на предмет соответствия западным нормам. Он переписал весь скандал с американским концерном «Энрон» на российский манер (естественно, изменив название, уменьшив цифры) и начал стучаться к нашим адвокатам с этим делом, ставшим в США уголовной сенсацией. Ноль эмоций: все удивились подобной чепухе и сказали, что, с точки зрения законов РФ, никаких нарушений нет.
       Это – к вопросу о том, что Россию признали страной с рыночной экономикой и вычеркнули из списка государств, которые не борются с отмыванием денег. К экономике на самом деле все это не имеет никакого отношения – чистой воды политика (будет нужно – вычеркнут и впишут обратно). Ведь те правила игры, которым мы теперь обязаны следовать, для нашего бизнеса смерти подобны. И мы не сможем их соблюдать.
       Хотя многие российские бизнесмены и пытаются сейчас нанести на себя лоск и сделать свои компании прозрачными. Это не только мода, но и жесткая необходимость — пора выходить на западный рынок. Ведь основной закон биржи: покупают в соответствии со слухами, продают – по результатам. И потому оценочные категории (такие, как прозрачность) очень важны.
       Пока же в России все – от палатки до крупнейшего банка – находится в «серой зоне» и отягощено криминалом. У нас офшоры – основной инвестор. У нас продают, согласно отчетам, не нефть, а «жидкость в скважинах». И чтобы подняться в рейтингах инвестиционной привлекательности, нам нужно хотя бы казаться приличными, предсказуемыми и прозрачными.
       Прозрачности мешают алчность бизнесменов и… само государство. Но если олигархи еще могут наступить на горло собственной жадности, то для чиновника тень – основное место обитания. До тех пор, пока чиновник работает, исходя из показателя ФЛО – фонда личного обогащения.
       Чиновничество в России – самая крупная олигархическая структура, которая и диктует условия ведения бизнеса. Прозрачность им нужна точно так же, как швейцарскому семейному банку, в котором они хранят свои вклады. Поэтому и законы – соответственные. Попробуй скажи в прокуратуре, что эта компании непрозрачна. «Ну и что?» — ответят вам.
       У олигархов же есть масса способов притвориться прозрачными. Можно, например, прислониться к какой-нибудь мощной мировой компании. Так, «ТНК» влезла в «СИДАНКО» и стала партнером BP, чтобы потом, как в анекдоте, всем говорить: «Вот мы — с BP, кто против нас с BP?». Кому не удается этот финт, надевают на себя маски, пряча рожки и клыки, издают буклеты, нанимают модных аудиторов. Цель – создать красивую упаковку, а что внутри – никого не касается.
       Государственные компании о прозрачности вообще не думают, потому что не боятся быть съеденными. Это у олигарха бизнес могут отнять или украсть, и потому он должен постоянно лезть на новые рынки. Остановись – засосет моментально: был олигарх и — нету. Потому нигде в мире и не наблюдается такой динамики развития экономики: у нас ни одно предприятие не сидит тихо — идут постоянный передел и скупка краденого. Зазевался – скупили тебя.
       Так что наши олигархи просто вжаты в необходимость выходить на следующий уровень игры в монополию – то есть идти на Запад. И они, несмотря на дурную наследственность, вынуждены себя перевоспитывать, осознанно пытаясь казаться цивилизованными. Но при этом постоянно наталкиваются на системное противоречие.
       В России не построй забор – отнимут компанию, на Западе – не снеси забор, за которым спрятаны все офшоры, – на рынок не пустят. Но живут-то олигархи здесь. Поэтому им нужна только видимость прозрачности, важен сам процесс ее достижения, с тем условием, что никогда не достигнешь. Быть совсем честным – установки сверху не поступало, ведь в этой ситуации и государство не выживет.
       Ну нет у нас в законодательстве указания на то, например, что акционеру компании должен быть предоставлен развернутый аудит того, чем он владеет. И схватка между фондом «Эрмитаж» и «Газпромом» показала, что подобная непрозрачность узаконена.
       А как может быть белым олигарх, если само государство держится на черных схемах? Государственный карман – самое темное место из всех возможных, из бюджета всех компаний самый непрозрачный – бюджет государства. Мы о нем ничего не знаем. Известно только, что не может такая огромная страна физически прожить на те цифры, которые обсуждаются в Думе – это меньше, чем бюджет Нью-Йорка. Как мы существуем? Загадка природы… Будь это правда, мы бы все, включая уличных собак, умерли с голоду. Значит, помимо бюджета существует что-то еще, о чем мало кто знает. А о бюджете можно говорить или нет – он не важен, если даже оборот взяток больше, чем бюджет. А выборы? А война?
       Потому и бизнес похож на мутную воду в скважинах, которую все же надо продать.
       

       ведущий рубрики «Новой газеты»