Глазьев согласился на сделку, которая превращает его в сомнительную величину
       
       Перед думскими выборами совершается публичное политическое самоубийство. Это своего рода ритуальное жертвоприношение на алтарь управляемой демократии. Такой у нас теперь обычай. Жертвой каждый раз становится политик, способный в будущем претендовать на президентское кресло. Метод всегда один и тот же.
       Поскольку парламентские выборы опережают президентские, потенциальный кандидат баллотируется в Думу во главе собственного списка. Но если выгоды от успеха в парламентской гонке относительны, то поражение гарантированно лишает кандидата всяких шансов на победу в борьбе за пост главного отечественного начальника. В свою очередь, перспективный политик неизменно выбирает такой список, который не сможет добиться успеха или скомпрометирует его.
       В 1995 году в роли ритуальной жертвы выступил Лебедь. Генерал возглавил бесперспективный список КРО.
       В 1999 году Евгений Примаков повторил ту же траекторию, возглавив список ОВР. Список прошел, но ожидаемого большинства не набрал. А человек, который считался спасителем отечества, превратился во второстепенного депутата.
       В нынешнем сезоне нас ожидает подобное. В роли ритуальной жертвы — Сергей Глазьев. Опять мы имеем перед собой политика, который привлекателен как раз своей независимостью от старых номенклатурных и политических кланов. И точно так же, как и его предшественники, он идет на выборы во главе списка, разрушающего представление о Глазьеве как о человеке, способном предложить нам что-то новое.
       Странная оппозиционная колонна с Дмитрием Рогозиным, проводником государевой политики по Калининградской области и по национальному вопросу, с лидером движения «Евразия» Александром Дугиным, заявлявшим не раз о своей «тотальной поддержке Путина вопреки всему». Их участие в блоке поможет привлечь голоса фашистов, но оттолкнет остальных.
       Избирательное объединение можно украсить именами приличных людей — от Вячеслава Игрунова до Виктора Геращенко. Но от этого политическое самоубийство из индивидуального просто станет коллективным.
       Администрацию президента такой ход событий абсолютно устраивает. Потенциально опасные фигуры изымаются из борьбы уже на стадии парламентских выборов, за ними закрепляется ярлык неудачников, а общество остается с альтернативой: действующий хозяин Кремля и, вечно второй, лидер коммунистов Геннадий Зюганов.
       Все наши герои были людьми политически независимыми. В этом и была причина их популярности. Электорату надоели и насквозь коррумпированные правящие верхи, и отставшая от жизни оппозиция. Но сами политики воспринимали свою независимость не как преимущество, а как слабость. Долгосрочная и трудная работа по формированию собственной политической базы оказалась для них слишком длинной и слишком трудной. Они попытались опереться на какие-то готовые структуры, в результате потеряв свой авторитет.
       Другое дело, что партнеры мельчают. Если Примаков польстился на номенклатуру второго порядка, то Глазьеву пришлось довольствоваться начальниками, которых не хочет взять к себе ни один из «официальных» проправительственных списков, и просто политическими бомжами.
       Такая оппозиция не решается и шагу ступить без дозволения власти. И если в итоге стараний Кремля блок станет непроходным, значит, его лидер удовольствуется местом одномандатника и все равно будет благодарен Кремлю за оказанную помощь.
       Глазьев прекрасно знал историю своих предшественников. Что поделаешь, история повторяется. В случае с Лебедем и Примаковым это была трагедия. На сей раз — фарс.