15 июля 2009 года в Чечне была убита Наталья Эстемирова. Накануне годовщины ее коллеги, известные российские правозащитники, провели пресс-конференцию «Расследование убийства Натальи Эстемировой: вопросы к следствию».

«Очень удобно бывает назначить виновного, а еще лучше, если этот виновный не сможет ничего возразить, — с этих слов начал пресс-конференцию сотрудник правозащитного центра «Мемориал» Александр Черкасов. — Так вот, у нас складывается впечатление, что следствие назначает такого виновного. Это — боевик, уничтоженный прошлой осенью во время спецоперации. Именно он, по версии следствия, якобы из личной неприязни похитил Наташу и затем ее убил».

«Я хочу напомнить о событиях годовой давности, — продолжила член Совета по правам человека при президенте РФ Светлана Ганнушкина. — В середине дня 15 июля прошлого года мы узнали о том, что Наташа исчезла… Подали сразу два ходатайства — о признании сестры Натальи Эстемировой потерпевшей и о том, чтобы адвоката допустили к ознакомлению с материалами уголовного дела. Ответы на наши ходатайства мы получили только весной этого года. Именно тогда мы узнали о том, что следствие, оказывается, давно установило имя убийцы (см. документ). И это — участник незаконного вооруженного бандформирования Башаев А.А…

Следователь объяснил, почему именно этот человек обвиняется. Оказалось, на месте убийства был найден кусочек резины. Через некоторое время в каком-то доме в Грозном был найден в подвале автомобиль. В этом автомобиле в багажнике был обнаружен глушитель, к которому прекрасно подошел тот самый кусок резины, найденный при осмотре места убийства. Потом… нашли пистолет, к которому подходил глушитель, к которому подошел кусок резины. Тут же нашли и фальшивое удостоверение сотрудника правоохранительных органов с вклеенной фотографией того самого боевика Алхазура Башаева…

Из ответа следователя я поняла, что они сами не верят в эту замечательную теорию…»

«Следствие уверяет, что житель села Шалажи Алхазур Башаев испытывал личную неприязнь к Наташе Эстемировой, — поясняет Александр Черкасов, — потому что она в конце апреля прошлого года приехала в это село и написала, что он боевик. Но дело в том, что Наташа не ездила в село Шалажи, не собирала там информацию по Шалажинскому джамаату и не подписывала своей фамилией никаких материалов о деятельности этого джамаата и лично Алхазура Башаева. Откуда такая версия могла возникнуть? Я подозреваю, что кто-то из следственной группы нашел в Наташином компьютере очередной информационный бюллетень «Мемориала», которые именно она готовила по Чечне, редактируя всю информацию, поступавшую к ней. При этом ни у кого из нас конкретно об этой ситуации ничего не спрашивали. Никто не удосужился узнать о том, почему эта информация в ее компьютере оказалась. Я дал свои показания следствию о том, что Наташа никогда не работала в Шалажах по Алхазуру Башаеву, уже после того как нам стало известно об этой версии...»

 «Я работала вместе с Наташей Эстемировой по одному из последних ее дел, — рассказала Татьяна Локшина, исследователь по России Human Rights Watch. — 7 июля (прошлого года) жители села Ахкинчу-Барзой Ризван Альбеков и его сын Азиз, школьник, были похищены сотрудниками силовых структур Чечни. В этот же день Ризван Альбеков был расстрелян на глазах жителей села. Речь идет о демонстративной публичной казни. Согласно информации, которую получила и распространила 9 июля Наташа Эстемирова, к этой внесудебной казни были причастны сотрудники Курчалоевского РОВД. Наташа Эстемирова была первым человеком, кто рассказал об этом. Вскоре после своего интервью она и была убита. Когда меня и других коллег Наташи допрашивали следователи, с нами со всеми говорили именно об этом деле, и следователи давали понять, что считают это дело очень важным…»

Руководитель «Мемориала» Олег Орлов: «Что сделано для расследования тех дел, которыми занималась Наташа Эстемирова накануне своей гибели? Это дела о похищениях людей, о внесудебных казнях, о поджогах домов родственников боевиков, к которым есть все основания считать причастными силовые структуры Чечни. Ни одно из этих дел не расследовано! Мне совершенно очевидно, что ни о каком серьезном расследовании самого дела об убийстве Наташи говорить не стоит. Почему?

Я хотел бы вам напомнить о том, что предшествовало убийству Наташи. В течение нескольких месяцев высшие должностные лица Чечни обрушивались с грубейшими нападками на правозащитников в целом и на мемориальцев в частности. Рамзан Кадыров публично по телевидению приравнивал их к бандитам и террористам. Его правая рука Адам Делимханов также приравнял публично правозащитников к пособникам террористов и сказал при этом, что всех, кто поддерживает террористов, надо уничтожать. «И мы их будем убивать!» — он сказал. И потом произошла трагедия — убили Наташу. Прошел год. И что изменилось? С начала этого года снова по нарастающей идут обвинения, угрозы, шельмования правозащитников. Как апофеоз этой кампании 3 июля в телевизионном интервью Рамзан Кадыров объявил правозащитников и конкретных сотрудников чеченского «Мемориала» «врагами народа, врагами закона, врагами государства». Это прямая угроза. Это очень опасно. Это, безусловно, сигнал. И чиновники, и правоохранительные органы республики его так и воспримут: как объявление конкретных людей — людьми вне закона. Мы обращаемся к российскому руководству и международной общественности с просьбой сделать все возможное, чтобы предотвратить развитие ситуации по самому трагическому сценарию».

P.S. Подробности расследования дела об убийстве Натальи Эстемировой — в следующем номере «Новой».