Сегодня в России ежегодно рождаются 25 тысяч детей с врожденным пороком сердца и сосудов.

42% таких детей умрут в первый месяц жизни, если им не сделать операцию.

Еще 25% умрут в течение года.

За счет бюджета каждый год своевременно оперируют девять тысяч детей разного возраста.

Только 5% операций могут оплатить родители.

Если ребенку с врожденным пороком сердца вовремя сделать операцию, он вырастает практически здоровым человеком.

60 тысяч детей в России умирают ежегодно только от того, что их вовремя не прооперировали. Умирают от излечимой болезни и от безденежья взрослых. Так как из 100 детей с врожденным пороком сердца только 30 могут получить от государства бесплатную квоту на операцию (и то для этого надо пройти муки ада), то годами накапливается очередь: и сегодня 120 тысяч детей в России нуждаются в срочной (!) операции на сердце. Счет детских жизней иногда идет не на дни, а на часы — и самые беззащитные оказываются самыми забытыми.

Операции на сердце — очень дорогие: от 6—8 тысяч долларов до 22 тысяч. Дорогие — прежде всего потому, что очень дорого стоит само «оборудование» — кардиостимуляторы и протезы сердечных клапанов, необходимые для операций.

Но!

Недавно завотделением детей младшего возраста НЦ ССХ им. А.Н. Бакулева Константин Шаталов на пресс-конференции признался: «Я сейчас скажу вам одну вещь — и вы ужаснетесь. А я ужасаюсь ею всю свою жизнь. Так вот: официальной медицинской статистики в России нет. Все цифры — довольно приблизительны. Нет кадров, нет аппаратуры, чтобы подсчитать точно».

И вот исходя из очень приблизительных цифр — опять же очень приблизительно (то есть по самым скромным подсчетам): чтобы сделать операцию тем 120 000 детям с пороком сердца, которых нужно прооперировать срочно, нужно где-то порядка 1 млрд 200 тысяч долларов.

Приблизительно может быть все: очередь, деньги, статистика… И только смерть — неотвратима, непоправима и абсолютно реальна. И если чьи-то деньги (частные или государственные) могут спасти чью-то детскую жизнь (а именно деньги в данном случае и могут спасти), то перед людьми (или корпорацией) есть проблема выбора: кинуться помогать или жить внутри своей благоустроенной крепости, старательно избегая чужого несчастья.