Справка «Новой»

ТАЛХИГОВ Заурбек Юнусович, уроженец райцентра Шали (Чечня), житель Санкт-Петербурга, осужден на 8,5 лет в колонии строгого режима приговором Мосгорсуда от 20.06.2003. Вина Талхигова состоит в том, что в период с 6.30 до 7.00 25.10.2002 он разговаривал по тому номеру телефона, который ему дал ныне помощник президента РФ А. Аслаханов, с двумя мужчинами, находившимися среди захватчиков «Норд-Оста», об условиях освобождения заложников — иностранных граждан. Доказательство его вины — запись телефонного разговора. Суд посчитал, что слова Талхигова «вселяли террористам уверенность в своих преступных действиях». Талхигов был задержан утром 25.10.2002 следующим способом: офицеры ФСБ, которые помогали Талхигову в переговорах с Бараевым (Руководитель террористов на Дубровке. - Ред.), предложили выпить стакан сока. Через двое суток Талхигов проснулся в московском ИВС «Выхино», где ему было предъявлено обвинение.

Сейчас Талхигов в Ульяновской области. В учреждении ЮН 78/5 города Димитровграда. В начале этого года ему заменили строгий режим на тюремный. Официально ужесточение последовало за 23 нарушения, допущенные Талхиговым в колонии ОС-34/1 в Коми. Таковыми были признаны «разговоры после 21 часа» — он молился после отбоя 21 раз. Другим нарушением был однократный отказ в приеме пищи из «туберкулезной ложки». (Доказано в суде, что сотрудник администрации, давая Талхигову эту ложку, так прямо и сказал: «Она из туберкулезного барака, специально для тебя».)

Настоящая причина: Талхигов так и не признал свою вину и пишет всюду, куда позволено заключенному, вплоть до Страсбурга. Учреждение ЮН 78/5, куда он теперь попал, кстати, в трех километрах от колонии, где сидит тот самый Буданов, ныне работающий не физкультинструктором в спортзале, а хлебопеком. Так что будановским хлебом кормятся все зоны и тюрьмы Ульяновской области, и Талхигов — среди прочих их обитателей. Когда этап доставил Талхигова в 78/5, его там ждали. Опять прошел через побои и унижения — требовали, чтобы не писал и не жаловался. В конце мая Талхигов все же решил обратиться в нашу редакцию с просьбой о встрече, желая, чтобы корреспондент газеты приехал в Димитровград для разговора с ним.

Это, как известно любому тюремщику, неотъемлемое право каждого заключенного. 7 июня редакция направила просьбу об официальном разрешении на такую встречу Юрию Калинину, главе Федеральной службы исполнения наказаний РФ (ФСИН). Уже 13 июня, согласно информации, которой мы располагаем, к Талхигову приехали сотрудники ульяновского УФСИНа и потребовали написать бумагу, что встречаться с журналистом «Новой газеты» он отказывается. Угрожали, конечно.

Талхигов бумагу писать отказался и подтвердил: намерен требовать встречи с журналистом. 15 июня вечером ему в камеру принесли какие-то таблетки — естественно, в незапакованном виде. В наших тюрьмах такие правила. При этом если заключенный уж зарегистрирован, например как язвенник, то отказаться от этих лекарств, даже если он заподозрил неладное, не имеет права. Принесли — глотай. За отказ — ШИЗО (штрафной изолятор) и принудительное лечение.

Впрочем, Талхигов ничего не заподозрил. И таблетки съел. Утром он проснулся весь желтый. Кожа, склеры, белки глаз. Желтуха. И значит — карантин. И никаких встреч.

Никакое интервью не стоит гепатита — абсолютно в этом убеждена. Но газете теперь придется встретиться с заключенным Талхиговым. Видимо, действительно, ему есть о чем поговорить.