Мой папа — пограничник. Жизнь семьи военнослужащего мне хорошо знакома. С детства меня окружали такие же семьи: молодые, энергичные, бесквартирные.

Съемные комнаты, гостиницы и общежития… Через несколько лет скитаний с детьми по чужим углам, бесконечных поисков наемного жилья молодой, полный оптимизма и желания служить Отечеству офицер превращается в измученного, забитого жизнью человека, а красавица жена, еще недавно веселая и беззаботная, становится сварливой бабой, вечно пилящей супруга из-за необустроенности быта. Не выдержав, многие военные увольняются под разными предлогами и оставляют любимое дело. Устав от бесконечных переездов и вечной нехватки денег, бросают мужей-офицеров жены. Рушатся семьи, страдают дети, от безысходности люди в погонах спиваются, некоторые кончают самоубийством.

Я не нагнетаю страсти, не преувеличиваю масштабы бытовых проблем Российской армии. Это ее реальная жизнь.

Парадокс, но люди, защищающие Отечество, бесправны и беспомощны. По статусу своему они не имеют права бастовать и выходить на митинги, стучать кулаком по столу в высокопоставленных кабинетах и требовать квартиру или повышения жалованья. Они терпеливо ждут, когда государство наконец-то вспомнит о них. О том, насколько качественно несут службу офицеры, у которых не защищены семьи, судить не мне. На это у нас есть президент, министр обороны и средства массовой информации, которые ежедневно сообщают о чрезвычайных происшествиях в Российской армии.

Зато я точно могу сказать, сколько раз моя семья за годы папиной службы переезжала с места на место — тринадцать. И лишь однажды нам посчастливилось получить благоустроенное служебное жилье. С 1989 по 1993 год отец проходил службу на Дальнем Востоке в закрытом военном городке, дислоцирующемся в тайге. Эти четыре года, что мы прожили, пусть даже вдали от цивилизации, в трехкомнатной квартире с батареями и горячей водой — самые счастливые воспоминания для родителей. Все остальное время скитались по квартирам, либо оплачивали из скромного семейного бюджета номер с тараканами в гостиницах, предназначенных для прикомандированных военнослужащих, или проживали в сараях-развалюшках, которые предоставляли нам воинские части.

Долгожданную квартиру от государства мы заимели только через девять лет после ухода папы на военную пенсию.

Квартиру мы получили не от Министерства обороны. Ее нам дали по федеральной программе для инвалидов Великой Отечественной войны, к которым приравнены участники боевых действий в Афганистане. Грех говорить спасибо группе инвалидности, которую отец получил вследствие афганской травмы.

А ведь большинство папиных сослуживцев до сих пор не имеют своего жилья.

Им нечем платить за съемные метры. До недавнего времени государство компенсировало военнослужащим за поднаем жилья 1200—1500 рублей в месяц на семью в составе трех человек. На что этих грошей хватит при современных расценках за аренду жилплощади?

Вот и приходится в свободное от службы время за счет сна и отдыха добывать на пропитание и проживание своей семьи, подрабатывая грузчиками, таксистами, охранниками. Например, один наш знакомый, Герой России, действующий полковник ГРУ, вплоть до этой зимы проживал с двумя детьми в девятиметровой комнате общежития, а по ночам он до сих пор подрабатывает вышибалой в кабаке. Ему, правда, крупно повезло. О его истории рассказали в одной из центральных российских газет, и Министерство обороны, устыдившись, поспешило обеспечить его жильем. У него-то правительственные награды, он целый полковник. А будь на его месте офицер среднего звена? Таких сегодня порядка 140 тысяч.

Государство долго терзало надеждами бесквартирных военнослужащих: то по старинке безуспешно пыталось выдать им квадратные метры в порядке очереди, потом попробовало заменить готовую квартиру жилищным сертификатом.

Сертификаты эти оказались полнейшим издевательством. Лишь четыре человека на сотню желающих смогли их получить на руки. Но этим дело не кончилось: сертификат считался действительным только в течение девяти месяцев с момента его предоставления, и если за это время найти подходящий вариант жилья не удавалось, то деньги возвращались обратно в госказну. К тому же со временем суммы сертификатов оказались настолько мизерными, что их теперь не хватает и на туалет с ванной даже в небольшом городке.

«В последние годы в области решения жилищного вопроса военнослужащих наметились существенные позитивные сдвиги, — успокоил корреспондента «Новой» председатель Комитета Госдумы по обороне Виктор Заваразин. — Начиная с 2001 года Минобороны получило только для постоянного проживания военнослужащих и их семей 140 тысяч новых квартир. Наращиваются объемы фонда служебного жилья, который за шесть последних лет увеличился более чем в два с половиной раза: если в 2001-м в нем было 84 тысяч служебных квартир, то сейчас уже 225 тысяч. Благодаря этому сокращается очередь на постоянное жилье. Через три года мы должны полностью разрешить проблему нехватки постоянного жилья, а к 2012 году — служебного».

Для оказания помощи Министерству обороны в решении этой проблемы, особенно в пяти регионах России — в Москве и Санкт-Петербурге, областях обеих столиц, а также в Калининградской области, Владимир Путин выделил из своего резервного фонда в 2006 и 2007 годах по 15 млрд рублей на каждый год (отсюда и название президентской программы: «15+15»). На эти деньги должны быть построены 18 400 квартир для 56% очередников, проживающих и проходящих воинскую службу в этих регионах.

Офицеры, конечно, рады, но не сказать, чтобы очень: по программе «15+15» жилье сразу же переходит в ведение муниципалитетов. То есть стать хозяином собственного жилья очередникам не суждено. К тому же «президентские» квартиры строятся в районах, плохо связанных транспортными сетями с теми местами в мегаполисах, где им приходится служить.

Влившись в модную волну ипотечного кредитования, относительно недавно правительство предложило новый способ решения жилищного вопроса военных: 20 августа 2004 года был принят № 117-ФЗ «О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих».

В соответствии с этим документом военнослужащим, заключившим контракт после 1 января 2005 года и пожелавшим участвовать в этой системе, из федерального бюджета ежегодно направляется на именные накопительные счета определенная сумма денег (с начала действия закона цифра корректировалась от 30 до 82 тысяч рублей, из расчета 26 тысяч рублей за один квадратный метр). В рамках этой системы военнослужащий уже через три года службы, даже имея служебное жилье, может приобрести квартиру в собственность в любом выбранном им месте.

«У ипотечно-накопительной системы кредитования военнослужащих большие перспективы, — считает председатель комитета Российской гильдии риелторов по работе с Государственными жилищными сертификатами Валерий СОЛДАТОВ. — Сегодня ипотека — практически единственный способ для военного получить жилплощадь. Воспользовавшись механизмами ипотеки, через уполномоченные государством банки (сегодня это Юниаструм банк и КитФинансБанк) военные в течение пары дней могут получить кредит на покупку квартиры под 11% годовых в рублях. Приобрести жилье по ипотеке военнослужащий может, прослужив в Российской армии не менее трех лет. То есть с первого января 2008 года молодые лейтенанты старше 18 лет вправе обзавестись квартирой в кредит».

Через три года после начала службы накопленной суммы, по планам государства, должно хватить на первый квартирный взнос. Правда, в реальности получается, что за три года в копилке военнослужащего наберется максимум 246 тысяч рублей. Хватит ли этой суммы на оплату 30% от стоимости жилья (такой первоначальный взнос требуют банки), вопрос, относящийся к разряду риторических.

«В 2006—2007 годах проходил эксперимент, в ходе которого в закон вносился ряд поправок. Как только поступает сигнал о пробелах в системе кредитования военнослужащих, депутаты достаточно оперативно и добросовестно вносят необходимые коррективы в законодательную базу», — говорит Валерий Солдатов.
Эксперимент показал: закон охватывает не все категории военнослужащих, проходящих военную службу по контракту. За рамками системы оказались контрактники, получившие первое воинское звание офицера в связи с назначением на офицерскую должность; поступившие на военную службу после окончания гражданских вузов, где нет военных кафедр и военных учебных центров, а также те, кто окончил курсы по подготовке младших офицеров.

«Недавно Государственной Думой был принят законопроект «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (в части совершенствования накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих)», который включает в эту систему вышеперечисленные категории, — рассказал «Новой» Виктор Заваразин. — Он также расширяет категорию военнослужащих, которые могут использовать накопленные средства для приобретения жилья. Это касается тех, кто отслужил 20 лет в льготном исчислении. Получат такое право и военнослужащие, признанные негодными к военной службе по состоянию здоровья, вне зависимости от продолжительности службы. Также военнослужащим предоставляются права на использование средств целевых жилищных займов для участия в долевом строительстве и на оплату из этих денег оформления сделки по приобретению жилья и страхованию рисков».

Через сколько лет наши вояки будут при квартирах? Пока специалисты не берутся это прогнозировать. По словам Валерия Солдатова, в ходе прошедшего недавно эксперимента порядка 230 человек уже приобрели жилье по ипотеке, еще 300 планируют получить кредит.

Это, напомню, пилотные проекты. В масштабах же страны теоретически первые счастливчики (а таких, по прогнозам экспертов, примерно двадцать пять тысяч, или треть от всех участвующих в ипотеке) смогут справить новоселье уже в 2008 году. Пока можно делать ставки, удастся ли государству выбить ипотеку у банков для вояк, у которых на счету менее десяти тысяч долларов для первоначального взноса.


Я не www.ру

Jenny

Бесквартирный офицер — это бессловесная скотина, раб, это преступник, потому что он потенциальный взяткодаватель, это гвоздь в заднице и одновременно решение многих проблем для государства, это предмет политических спекуляций для различных партий, это обратная сторона нашей державы, это человек, живущий в совершенно другом мире и совершенно другом измерении по сравнению, как ни парадоксально, с офицером, уже обеспеченным жильем.

Самогор

Надо незамедлительно скорректировать накопительно-ипотечную модель обеспечения жильем военнослужащих: сократить до 10 лет срок службы, обязательный для получения полного объема средств для приобретения жилья; направлять на именные счета военнослужащих средства, исходя из реальной стоимости жилья; распространить накопительно-ипотечную систему на всех военнослужащих, находящихся на действительной службе.

Александр

К исходу 2006 г. квартиры в Москве по национальной программе из почти 80 офицеров управления командующего дальней авиации получили единицы. Надежды на то, что программа заработает, никакой! Впечатление — очередной наглый обман. Списки бесквартирных офицеров в управлении держались в строжайшей тайне.