Фрегат «Паллада» отправился в кругосветное плавание. Выйдя из Владивостока, за 270 дней он пересечет три океана, останавливаясь в городах, связанных с русской историей и географическими открытиями. Весь этот путь проделают курсанты дальневосточных мореходных училищ. Для них плавание на «Палладе» — первый морской опыт.

Справка «Новой»

Трехмачтовый парусник, учебное судно Дальневосточного технического рыбохозяйственного университета, было построено в 1989 году на верфи города Гданьск по заказу Министерства рыбного хозяйства.

Фрегат представляет Россию на международных парусных соревнованиях и занесен в Книгу рекордов Гиннесса как самое быстроходное парусное судно, развивающее до 18 узлов в час. По словам Александра Савельева, руководителя Центра общественных связей Росрыболовства, сейчас рыболовные запасы Мирового океана — общие, но возможно, что они будут поделены между странами по исторически сложившимся рыболовецким зонам. Чтобы не потерять свои территории, уступив более активным соседям, Россия напоминает о себе миру, в том числе с помощью «Паллады».


Дисциплина на «Палладе» — гражданская. Повседневная форма — тельняшка и ватник.
В семь утра курсанты выползают на палубы для зарядки, в первые дни отказываются лезть на мачты, а во все последующие — слезать с них и часами висят на реях.

Средство от морской болезни называется аврал. На мачте курсант забывает, что еще двадцать минут назад сочинял прощальные письма.

В плавании весь стометровый корабль оказывается в руках новичков, впервые вышедших в море. А рассчитывают на них, как на полноценных моряков, и через две недели плавания курсанты понимают: отдохнуть на корабле не выйдет. Когда поднимают паруса, на каждой мачте висят по сорок человек. Бездельничает один — работают за него все остальные.

В тропиках курсанты ночуют на палубе. В парусах плещет ветер, а при яростном крике «А-а-аврал!» не приходится мчаться на палубу из кубрика. «На паруснике спать лучше одетым», — говорит Зорченко.

Под палубой «Паллады» установлены два мощных дизельных двигателя, но, когда ветер попутный, под парусами фрегат движется быстрее. Пройдя школу работы на паруснике, на других кораблях курсантам будет легче: когда в шторм на пароходах задраивают люки, на «Палладе» кричат: «Свистать всех наверх». «Мы — одни из немногих оставшихся настоящих моряков, — говорит Николай Зорченко, потом вдруг задумывается; — А ведь не хило быть на «Палладе» капитаном?».

Лицо России

В кругосветке курсанты будут работать лицом России. Для этого лицо заставляют бриться и инструктируют, как когда-то советских людей перед встречей с буржуазным миром: не пить, не материться, блюсти мораль и форму одежды.

В крупных портах на борт «Паллады» поднимаются до семи тысяч пассажиров в день. После отплытия приходится устанавливать новые пожарные молотки (старые растаскивают на сувениры) и обшаривать палубы в поисках «зайцев». К примеру, в порту Нагасаки на паруснике спрятались две японки. Уходить отказались, выводили силой.

Наши люди под чужими флагами

Недели через три Зорченко уже знает, кто из курсантов останется служить в море, а кто годам к тридцати спишется на берег. К примеру, экстремалы на борту не задержатся: скучают. «Море — это гнусная и нудная работа, которая никогда не заканчивается, — объясняет капитан. — У тех, для кого жизнь — праздник, здесь наступает похмелье».

Тех, кто превратился в «береговых людей», моряки понимают, но немного жалеют. «Мне кажется, что они теряют что-то большое и настоящее», — говорит капитан.

Устроиться на работу после мореходного училища несложно. Выгоднее всего ходить «под флагом» — на судне, зарегистрированном где-нибудь в Панаме или Либерии.

Русских в международных экипажах не любят, они часто халтурят и много пьют. На новый корабль обычно набирают послушных и исполнительных филиппинцев. А вот через несколько лет, когда системы корабля успеют поизноситься, нанимают русских. Кто еще будет копаться в дряхлой механике и работать в режиме подвига?

…С курсантами из Находки спускаемся в кубрик, они сдергивают с иллюминаторов развешанные на просушку носки и вытаскивают гитару. Репертуар афганско-дембельский: «Рыдает мать, и словно тень стоит отец…». Расспрашиваю про будущее.

— Ну поплаваю пару лет, — говорит курсант Антон. — Поработаю, накоплю денег. А потом и второе высшее можно получать. Я вообще-то хочу экологом быть. Не понравится — еще куда-нибудь пойду. Три образования — это же норма, да?

Ровно в 10.37

Ровно в 10.37 второго ноября «Паллада» снялась с якоря и отчалила в направлении Филиппин (и уже приближается к ним) со 144 курсантами и 56 членами постоянного экипажа на борту.

— Вот и всё. Вырос сын, — всхлипнула на причале женщина в ушастой кепке.

— Пора нового заводить, — вздохнул отец и, обняв, повел ее с причала.

Через 270 дней, обойдя мир навстречу солнцу, проделав путь в 32 800 миль и зайдя в порты почти тридцати стран, «Паллада» вернется в бухту Золотой Рог. За это время на ее борту побывают три смены курсантов, и 400 человек на земле узнают, что романтика пахнет соляркой, бескрайний мир умещается в иллюминатор, а философия — в горсть просоленных аксиом: выжить можно, только держась друг за друга; планета мала, а суша еще меньше; путешествие стоит пережить ради возвращения из него.