С апреля идет очередной весенний призыв на военную службу. Новобранцы, вступившие в ряды Российской армии в 2007 году, будут гасить задолженность перед Родиной в течение полутора лет вместо двух. Параллельно сокращению срока службы идет процесс перевода наших Вооруженных сил на контрактную основу. И с самого его начала наблюдается странная картина: контрактники-рядовые в основной своей массе неизменно "рождаются" из срочников. В некоторых регионах - например, Северокавказском или Дальневосточном - есть части, где контракт подписали все или почти все срочники, отслужившие полгода. Потрясающая коллективная сознательность!

Между тем перспективы контрактной службы греют очень немногих молодых людей. Например, по данным из областного призывного пункта в подмосковном городе Железнодорожный, желающих на контракт за два года набралось чуть больше девятисот человек. Напомню: Московский регион - крупнейший в стране по плотности населения. Быть может, уже там в армии какая-то особая атмосфера, располагающая к подписанию трудовых соглашений?

- А нас практически и не спрашивали: хотим - не хотим, - рассказывает контрактник Алексей из Сочи, дослуживающий "лишний" год.

- Как можно заставить человека подписать даже минимальный, трехгодичный, контракт?

- Молча. После призыва я попал в часть 11659 в Батайске Ростовской области. Полгода все шло нормально. Потом командир взвода как бы так, между делом, даже вроде в шутку, стал говорить: "Ну что, ребята, контракт подписывать будем?". А дальше уже открытым текстом всем нам объяснил ситуацию. Сказал, что кто не подпишет контракт, того зашлют куда подальше да еще письмо с соответствующей "рекомендацией" вдогонку отправят.

- И никто не возмутился?

- Было несколько человек "с мороза", которые отказались и ни в какую. Одного в Моздок отправили, второго - во Владикавказ, остальных тоже раскидали "по красивым местам"... Три года как я в армии. Пошел увольняться, а мне говорят, что еще полгода служить. А в контракте (недавно получил его копию) черным по белому написано: "три года с учетом срочной службы". Кстати, самого договора, когда переходил на контракт, я в глаза не видал и вообще никогда его не подписывал. На копии тоже не моя подпись. Контрактником я стал так: комвзвода военник отдал и поздравил с подписанием контракта.

- И чего же ты теряешься, если подпись не твоя?

- Я за это ухватился, когда неправда вскрылась. И даже с тем самым командиром взвода поделился этой мыслью. Но он мне на это сказал: ты зарплату получал? А мне и ответить нечего. Зарплату я получал как положено. И пойди докажи, что насильно затащили.

"Учет" срочной - хитрая штука. О том, что контракт включает в себя только ту часть срочной службы, которая предстоит, а не уже пройдена, на момент подписания бумаги тактично умалчивается. По незнанию подобных юридических тонкостей на контракт соглашаются многие. В итоге солдат только спустя время обнаруживает, что ему придется пробыть в армии дольше (и хорошо, если ненамного), чем он предполагал. Что и случилось с призванным из Калмыкии рядовым К. воинской части № 62295 в г. Иваново. Он подписал контракт, рассчитывая, что вся срочная служба войдет в общий стаж.

- Я подписал трехлетний контракт почти в самом конце "срочки", предполагая отслужить еще один год и за это время, если получится, поступить в военное училище. Про себя прикидывал так: год - это немного, не выйдет пойти учиться, дослужу свой срок - и на гражданку. С училищем я пролетел, но расстроился несильно. Год прошел - мне никто ничего не говорит. Ну, гора не идет к Магомету... Короче, подаю я рапорт на увольнение, и тут оказывается, что мне служить еще два года. После того как я стал ходить и просить расторгнуть контракт, меня понизили в должности. Хотел к начальству попасть - не пускают. Но ведь когда я подписывал контракт, мне втирали, что срочная учитывается полностью. А теперь, выходит, служить мне до конца 2008 года... Разве это не обман?

- Что делать будешь?

- Не знаю. Работать рядовым два года в армии за семь тысяч я однозначно не хочу. А за самовольное оставление части как минимум светит "условно". Настоящее рабство. И в таком положении чуть ли не половина нашего полка. Большинство молчат и тупо ждут увольнения - они подписали контракт сразу, и поэтому им проще дождаться увольнения. По-тихому поддерживают меня, конечно. Говорят, что так и надо сопротивляться, молодец... Но вслух не жалуются.

Принуждение и юридические уловки не исчерпывают арсенала военных. Другой эффективный прием "оконтрачивания" - психологическая обработка. Молодому срочнику внушают, что контрактник, пусть и рядовой, свой человек в части. Соответственно и отношение к нему совсем другое - как со стороны офицеров, так и старослужащих. Способ особенно актуален для частей, где свирепствует дедовщина. Здесь ее используют как аргумент для вербовки. Срочники готовы подписать договор хоть с чертом, чтобы не терпеть измывательства и побои. И подписывают договор с Минобороны.

Добрые отношения между "дедушкой" и контрактником - сказка, говорят в Союзе комитетов солдатских матерей. Вот выдержка из письма матери одного из контрактников в организацию: "...во время прохождения учений на Тоцком полигоне в Саратове мой сын был избит старослужащими за якобы сворованные им пирожки. Просто "дедушки" подумали, что это сделал он... Сыну угрожали, что убьют. После ночи, проведенной в казарме, он самовольно ушел из части. Двое суток в сильный мороз блуждал по лесу. В результате сыну ампутировали обе стопы, а впоследствии голень ноги".

Ко всему прочему, у контрактника могут возникать конфликты не только со старослужащими, но и с офицерами. Что могут делить офицер с контрактником?

- Денежное довольствие контрактника, которое он получает. По меркам военных это немалая сумма, - поясняет ответственный секретарь Союза комитетов солдатских матерей Валентина Мельникова. - Безусловно, на фоне чудовищного произвола в армии "экономические" преступления в отношении контрактников блекнут. Но они есть. Рядовые воинской части в Пскове обратились к нам с анонимным письмом по многочисленным фактам поборов и вымогательства со стороны офицерского состава. В своем послании они рассказали, что в их части (76 гв. ВДД г. Пскова в/ч 234 полка, рота РМО) невозможно уйти в увольнение без подношения командиру. "...офицеры собирают деньги то на топливо, то на нужды канцелярии... За увольнение на выходные офицеры требуют с нас или деньги, или дорогой коньяк, или покушать из магазина. Только так мы можем съездить домой...". В довесок контрактники пишут, что обманным путем были присвоены полагавшиеся им деньги в сумме более ста тысяч рублей.

По обращению Союза комитетов солдатских матерей командованием Воздушно-десантных войск была проведена проверка с выездом комиссии в воинскую часть. По ее итогам командующий воздушно-десантными войсками генерал-полковник А. Колмаков прислал ответ: "...факты, изложенные в письме, в большинстве своем нашли подтверждение.<...> Виновные должностные лица привлечены к дисциплинарной ответственности". В ответе генерала не содержится никаких материалов проверки и не указывается, кто конкретно понес наказание. Тем не менее факт обнаружения серьезных нарушений по жалобе контрактников очень важен. Он позволяет сделать выводы. Как пить дать, офицеры части не одиноки в своем грехопадении. Ведь у нас их (частей и офицеров) ох как много, а люди в целом одинаковые.

Действительность разрушающе действует на прекрасный образ нашей контрактной армии, который рисуют Минобороны и Ген-штаб. Она на глазах превращается в конвейер, штампующий никчемных в военных условиях одноразовых контрактников-срочников. Нетрудно понять, что контракт для рядового - обуза, бремя и обман. Одни приходят, другие уходят, и так до бесконечности - это принцип новой армии. Неужели в этом и был смысл армейской реформы?

После приказа

А призывы здесь тихие...

В прошлом году осенняя призывная кампания сопровождалась многочисленными скандалами. Военная решительность переросла в произвол. Молодых людей на улицах хватали без разбору. "Попали" и студенты, и вчерашние школьники, едва успевшие сдать экзамены. Дело пошло еще быстрее, когда на помощь военкоматам пришла милиция. В правозащитные организации посыпались жалобы, начались разбирательства. И военные пообещали, что в призывную кампанию 2007 года подобная ситуация не повторится. Насколько твердо военные держат слово, судить пока рано - призыв еще идет. Однако, как рассказали в Союзе комитетов солдатских матерей, в целом ситуация остается спокойной и массовых нарушений по ходу призыва пока не отмечается.

В это время в Пермском крае

По словам председателя Комитета солдатских матерей Чернушинского района Фаины Трубициной, студенты местных учебных заведений и их родители в панике. Люди в форме из Черняховского военкомата убедительно попросили руководителей образовательных учреждений провести экзамены досрочно. Ясно, что вояки имеют "одну, но пламенную страсть" - поскорее снять с учащихся экзаменационный щит и препроводить их к местам прохождения службы.

- Я обращалась в отдел по призыву Черняховского военкомата по поводу этого безобразия. В приватной беседе представитель военкомата объяснил, что была спущена директива "сверху". Ею в военкомате и руководствуются. "Но когда я его попросила показать этот документ, мне было отказано. Кроме того, он сказал, что костьми ляжет, но военкомат выполнит наряд по призыву. Так что сейчас все мы находимся в тревожном ожидании, - прокомментировала ситуацию Трубицина.