Публикации собственного корреспондента “Новой газеты” в Омске Георгия Бородянского о коррумпированности властей, чиновничьем произволе и противоправных действиях правоохранительных органов губернии вызвали предсказуемую реакцию и властей, и чиновников, и этих самых органов. На Бородянского подали в суд. Истцом выступил сам губернатор Полежаев. В одном из материалов Бородянского главному областному начальнику не глянулось слово… “благоволение”, за что он запросил с журналиста аж полмиллиона рублей возмещения морального вреда. Суд снизил сумму иска до 60 тысяч.

На сегодняшний день это видимые и легитимные шаги обиженной власти. Но за ними (странное совпадение) последовали невидимые и нелегитимные.

Хроника двух последних недель. 29 марта двое неизвестных избили Бородянского милицейскими дубинками. Случилось это у подъезда его дома в 10 вечера. А в 7 часов 30 минут утра следующего дня к Бородянскому на квартиру явились судебные приставы, чтобы конфисковать имущество по решению Куйбышевского райсуда о взыскании морального вреда в пользу губернатора Полежаева. Приставы, заметим, тоже действовали не вполне корректно: они поспешили с конфискацией, не дождавшись рассмотрения в райсуде заявления ответчика о восстановлении кассационного срока. А три дня спустя какие-то фантомы ночью заделали замочные скважины входной двери квартиры нашего корреспондента холодной сваркой. По этому факту возбуждено уголовное дело.

Происходят и другие странности: кто-то проник в электронный почтовый ящик Бородянского и стер всю переписку. Какая-то невидимая рука обрывает на полуслове телефонные переговоры журналиста. Иногда неизвестные просто вторгаются в эти переговоры и дают “добрые советы”: мол, бесполезно ссылаться на статьи УПК РФ в заявлении на имя областного прокурора. Мужской голос так и сказал: “Незачем городить огород”. Примечательно, что неизвестный вторгся со своими советами в разговор Бородянского с юристом, когда они обсуждали формулировки заявления в связи с нападением на нашего корреспондента. И в самом деле, к чему эти сложности, если следователь, принявший заявление журналиста, сразу вынес вердикт: на Бородянского напали обычные хулиганы.

В связи с вышесказанным хотим предупредить тех, кто отрабатывает на нашем корреспонденте технологии устрашения и мелких пакостей: за эти действия им придется отвечать по закону.

Генеральный секретарь Союза журналистов России Игорь ЯКОВЕНКО:

— Ситуация с Георгием Бородянским позволяет поставить диагноз омским властям: полная дисфункция совести, что на столичном политжаргоне называется “реальной политикой” и выпадением из правового поля. Кстати, не согласен с редакционной позицией “Новой газеты”, что полмиллиона с журналиста за слово “благоволение” в пользу губернатора — это легитимный шаг. Это такой же “беспредел”, как и последующие избиения журналиста и погромы в его квартире. Разница лишь в орудиях: в одном случае расправляются с помощью милицейской дубинки, в другом с помощью управляемого “правосудия”. Приморские коллеги Бородянского, журналисты газеты “Арсеньевские вести”, попав в аналогичную ситуацию, дошли до Европейского суда по правам человека. Им пришлось это сделать, когда их осудили за клевету по иску краевого прокурора, который обиделся на газету, узнав себя в героине сатирического коллажа.

У меня нет сомнений, что Европейский суд поддержит приморских журналистов. Не сомневаюсь, что и дело Георгия Бородянского также имеет перспективы в Страсбурге. Есть причина, по которой российские суды почти всегда поддерживают чиновников против журналистов, а европейские судьи не поддерживают не только российских, но и европейских чиновников в аналогичных ситуациях.

В Европе суды — часть общества и защитники граждан. В России суды — часть чиновничьего мира. Они одной крови, одного культурного кода, одного языка, на котором, если ты не “начальник”, а какой-то “писака”, то писать о “начальнике” должен не иначе, как с придыханием, а не с шуточками дурацкими. С ровней шутите или с подчиненными, им не придет в голову в суд подавать.

Как не пришло в голову счесть себя оскорбленным главному футбольному начальнику, когда главный начальник России весело пошутил над его фамилией Мутко, остроумно заметив: “намутили” тут с показом чемпионата. Смешно ведь: “Мутко — намутил”, что ж обижаться на хорошую шутку.

Невозможно представить, чтобы “нижний” чиновник в ответ отшутился: “Не Мутко намутил, а Путин напутал”. Это уже совсем не смешно. Это уже другой культурный код, другие последствия.

А что касается избиений и других издевательств над журналистом “Новой газеты”, то нашему журналистскому сообществу надо перенять у сообщества милицейского одно правило. Как известно, даже самые наглые уголовники стараются без крайней “необходимости” милиционеров не трогать. Знают: тому, кто тронул мента, обязательно будет очень плохо и очень больно. Это как условный рефлекс: пальцы в розетку не суй.

Журналистам надо вырабатывать такой условный рефлекс у чиновников в отношении себя. Иначе нам не выжить. И журналистике в стране — тоже.