В конце августа 72-летняя Галина Камаева и ее муж — ветеран третьей советско-финской и Великой Отечественной войн, полковник в отставке, инвалид, пенсионер — 98-летний Александр Камаев вернулись с дачи.

— Как вы понимаете, нужны были деньги, — говорит Галина Игнатьевна. — Пошли в банк — за пенсией. А денег на книжке  нет.

Камаева позвонила в военкомат: «Почему не начислена пенсия?» На что ей ответили: «А мы не знаем, живой ваш муж или нет».

Слегка оторопев, Галина оглянулась на кресло: «Живой». Но в пенсионном отделе Невского районного военкомата возразили:

— Мы этого не знаем!

— Живой, уверяю вас, — повторила жена ветерана и замолчала в растерянности. Она не очень понимала, что нужно доказывать?

На другом конце провода, по мнению Камаевой, бредили. «Сотрудница военкомата, — вспоминает Галина, — твердила о том, что мужа надо привезти и предъявить. А если он ходить не в состоянии, то вызвать нотариуса на дом и представить в военкомат нотариально заверенную бумагу, что супруг не умер».

Главным аргументом со стороны работников военкомата было то, что «есть масса людей, у которых умирают пожилые родственники, а они продолжают получать за них пенсию». Действительно, Галине Камаевой по доверенности выдавали в сберкассе пенсию за мужа.

— В конце концов, — продолжает Галина Игнатьевна, — я спокойно сказала: «Прошу вас разобраться, и если вы не разберетесь…» Хотела добавить: «Обращусь в гор-военкомат». Но взвинченная сотрудница не дала договорить: «Вы меня не стращайте! Разговор окончен!» И швырнула трубку.

Тогда Галина Камаева позвонила начальнику райвоенкомата Александру Урсулу и то же самое попыталась изложить ему:

— Как минимум безнравственно такие вещи заявлять. Если вы сомневаетесь в существовании Александра Ивановича — пожалуйста, — предложила жена фронтовика, — приезжайте, пожмите ему руку, хотя бы в праздник. Что же вы в праздники-то никогда за столько лет не попытались узнать: есть у вас такой ветеран или уже нет? Пришли бы 9 Мая и увидели, что полковник Камаев жив.

— Не обязаны…

— Некоторые вещи делаются не по обязанности, — все еще пыталась найти общий язык с военкоматом Галина Игнатьевна. — В итоге начальник мне также заявил: возьмите машину, привезите… Смеетесь или издеваетесь?

К своему ужасу, в эти минуты Галина убедилась, что для начальников даже 100 лет — возраст, не заслуживающий почтения, а все заслуги ее мужа — доверия.

Больше всего в требовании военных — «предъявить ветерана» — Галину Камаеву смущало то, как она растолкует это супругу? Зачем она заказывает машину, собирает его, почти неподвижного, везет в военкомат? Показать, что он еще дышит?..

Ветеран двух войн, кандидат исторических наук, доцент, 98-летний инвалид Александр Камаев о конфликте с военкоматом не знает до сих пор. Родные скрыли от него эту историю, боясь, что она станет ударом для старика.

Невский районный военкомат прокомментировать «Новой» неприятный инцидент отказался. А в городском военкомате ситуацию объяснили так: в последнее время участились случаи, когда родственники пытаются получать пенсию за умерших стариков. Поэтому Министерство обороны РФ и Сбербанк России заключили договор, согласно которому банк контролирует порядок выплат пенсионерам, чтобы не допустить переполучения пенсии или получения средств ненадлежащими лицами.

— Есть такое понятие «группа риска», — рассказывает начальник центра социального обеспечения городского военкомата Михаил Лободин. — В нее входят пенсионеры старше 80 лет, получающие деньги во вклад, по почте или по доверенности. По соглашению между Министерством обороны и Сбербанком с 1 января 2008 года раз в квартал по поручению банка мы должны перепроверять получателей пенсии из «группы риска» для уточнения «нахождения в живых».

Делается это следующим образом: Сбербанк высылает списки лиц, получающих пенсии по доверенности райвоенкоматам (поскольку они занимаются социальным обслуживанием военных пенсионеров), чтобы те уже в свою очередь выяснили и удостоверились: жив человек или нет?

— В 2006 году в Петербурге, — поднял статистику Михаил Лободин, — было 11 случаев переполучения пенсии на общую сумму 75 250 рублей 02 копейки. В 2007 году 18 раз родственники переполучили деньги в общей сложности на 454 791 рубль 47 копеек.

Отметим, что в большинстве случаев «переполучение» составляло от 1 до 5 тысяч рублей. Это максимум — пенсия за месяц. По-настоящему корыстный умысел (если он и был) усматривается редко. Учитывая, что военных пенсионеров в городе на Неве более 100 тысяч, процентное соотношение порядочных и не очень — явно не в пользу последних, и повод для подозрений сомнительный.

Камаевых «спас» сюжет в теленовостях (Галина Игнатьевна в отчаянии обратилась на телевидение). Экран, с которого 98-летний фронтовик посетовал, что военкомат и вправду ни разу за всю жизнь не поздравил его с Днем Победы, сработал не хуже нотариуса. В итоге военкомат сделал даже больше, чем требовалось.

— Оказывается, они могли решить все сами, — изумлена исходом Галина Камаева. — Но сделали это только сейчас. Мало того, что перевели и начислили ему пенсию, но и сообщили о дополнительных выплатах, на которые военные пенсионеры имеют право, но не получают из-за незнания…

А в довершение всего на днях военкомат заявил: теперь вам будут приносить пенсию на дом.

— Не надо, — отказалась Галина Игнатьевна, — это уже лишнее.