Активисты  Всетатарского общественного центра (ВТОЦ) немного разминулись с Дмитрием Медведевым: президент России был в Казанском кремле 7 августа, в четверг, а они подтянулись сюда с плакатами в пятницу. Понятно, Дмитрий Анатольевич преемник не Ивана Грозного, а совсем другого товарища, поэтому прямых претензий пикетчики ему не высказали бы. Но кое-что об имперской политике России он тут наверняка услышал бы.

А пикет без Медведева — это флаги на ветер. Совершенно ясно, что вопрос, который вновь поднял ВТОЦ — установка памятника защитникам Казани, погибшим при штурме города русскими войсками в 1552 году, — без Москвы не решится. Хотя однажды он вроде бы решился в Казани. Есть принятые еще в 1999 году постановления кабинета министров Татарстана и главы администрации Казани. Оба документа так и называются: «О сооружении памятника павшим в 1552 году защитникам Казани». Но к этим документам давно уже можно возлагать цветы.

В пору суверенитета республики проводились конкурсы на лучший проект памятника. Сообщалось, что один из проектов одобрил Минтимер Шаймиев и при этом предложил белый цвет вместо зеленого. Сооружение памятника отражалось в планах здешнего министерства культуры на 2003 год. Был обозначен срок завершения работ — 2005 год, к 1000-летию города. Возле кремля заложили камень, и не раз подчеркивалось, что место для монумента выбрано так, что памятник татарским воинам будет стоять напротив памятника другим жертвам того побоища — воинам Ивана Грозного (а он, надо заметить, установлен еще в 1823 году).

Татарские национальные организации время от времени проводили акции с требованием выполнить решения о сооружении памятника. К тому были разные поводы, но повод пятничного пикета просто удивителен. Оказывается, у местных властей есть намерение установить на площади возле кремля монумент, прославляющий татарского возчика-мецената. Причем ныне здравствующего. Речь о знаменитом еще с советских времен Асхате Галимзянове, который, работая на колхозном рынке, собирал там отходы, откармливал ими свиней, а вырученные деньги перечислял детям-сиротам. О нем немало писала союзная пресса, и почести он, несомненно, заслужил. Однако у ряда местных общественных деятелей возникло недоумение: почему для этой композиции (лошадь, запряженную в арбу, набитую босоногими детьми, ведет под уздцы пожилой возчик) выбрали место у стен кремля, где когда-то пролилось немало крови? «Все это делается по одной причине, — утверждает в газете «Звезда Поволжья» писатель-публицист Фаузия Байрамова, — чтобы вырвать из рук татарских националов идею о воздвижении памятника защитникам Казани и заменить ее другой».

Есть ли такие намерения у местной власти, сделавшейся после краха суверенитета очень осторожной, сказать трудно. Понятно лишь, что памятник защитникам Казани надежнее других охраняется государством. Еще в проекте.

P.S. 17 августа стало известно, что памятник может быть открыт до конца нынешнего года.