Процедура появления данных в стоп-листе на въезд на территорию Российской Федерации не слишком сложна и не предполагает, чтобы исполнитель — погранслужба — знал причины, почему именно этому человеку закрывается въезд.

Права на стоп-лист имеют все российские спецслужбы и правоохранительные органы, и обоснование необходимо лишь на этапе, когда этот документ идет от начальника отдела к начальнику службы или департамента. После получения визы начальства документ уходит в ФСБ: в зависимости от направляющей организации на «первое лицо», то есть на имя Николая Патрушева, или сразу на имя главы Погранслужбы Владимира Проничева.

По словам источников «Новой», в случае с Морарь создается впечатление, что направляющей организацией выступила Служба внешней разведки — была ли это инициатива СВР (глава — М. Фрадков) или просто они откликнулись на чью-то просьбу, неизвестно. В этом случае для пограничников достаточно крайне общего обоснования, что Морарь, находясь за границей, контактировала с подозрительными организациями.

Аппарат Проничева практически на автомате включает персональные данные в общий список, который доводится до исполнителя. В данном случае исполнителем является только что созданное структурное подразделение — Служба пограничного контроля СПК «Домодедово». До 1 января за контроль на границе в московских аэропортах отвечал отдельный отряд погранконтроля «Москва» (базируется в Химкинском районе на территории поселка Чашниково — всего в нескольких километрах от «Шереметьево №1»). Но 1 января 2008 года отряд «Москва» был реорганизован и преобразован в несколько служб, названных по имени аэропортов. СПК «Домодедово» в настоящее время возглавляет полковник Козыренко Сергей Павлович (до реорганизации он возглавлял пограничный отдел этого же аэропорта, служит на погранконтроле с 1976 года). Именно он несет ответственность за тот «режим безопасности», который установили вокруг Натальи Морарь и Ильи Барабанова, — отсутствие еды, питья и элементарных условий.

На полном серьезе. Однако

Версию о том, что стоп-лист на Морарь все-таки пришел из СВР, косвенно подтвердил и самый искушенный в угадывании тайных желаний чекистов публичный деятель г. Леонтьев.

Михаил Леонтьев в эфире «Эха Москвы»:

«Ты помнишь, когда ее первый раз не пустили? Когда она приехала из Израиля. А в Израиле она со стопроцентной вероятностью (я не знаю, я просто могу предположить) встречалась с Леней Невзлиным наверняка  <…> »

Отслеживание предполагаемых контактов за рубежом — прерогатива внешней разведки.