Гулливер может быть и мал, и велик — в зависимости от страны пребывания. В России он, безусловно, был бы лилипутом, поскольку все наше пространство организовано так, что тщательно и регулярно втискивает личность в параметры подчинения. Ахмадулина называет гордость особым состоянием позвоночника. И у нас все предусмотрено, чтобы это состояние не допустить.

Посмотрите на кассы в метро, на газетные киоски или продуктовые ларьки. Что их объединяет? Уровень прилавка. Он расположен на такой высоте, что нам всенепременно нужно наклониться. Идешь по городу — и везде видны сгорбленные спины и выпяченные зады свободного народа. Нас регулярно и по любому поводу принуждают кланяться.

В свое время я очень хотел написать диссертацию на тему «Роль низких потолков в укреплении тоталитарного режима». В строящихся домах кухня была размером в 4,5 квадратных метра — больше двух не собираться! Но главное — потолок, который буквально пригибал личность к плинтусу.

…На Востоке возраст человека измеряют не только временем пребывания на Земле. Прибавляют еще и время в чреве матери — жизнь-то уже началась! Мне нравится эта логика. Во многом нахожу ее верной и, более того, полагаю, что даже сам момент зачатия во многом определяет судьбу человека. Это не надо доказывать — достаточно посмотреть на детей, зачатых в малогабаритных квартирах.

Помните, в том пространстве молодые жили вместе с родителями. По­перек комнаты устанавливали шкаф, который и служил стенкой. И детей сооружали в режиме строжайшего звукопоглощения: без шороха, глотая стоны и слова любви.

Неестественность зачатия предопределила неестественность жизни.

Вот как создавались тихие, покорные, «зашкафные» люди, приученные кла­¬няться каждому прилавку и каждому кабинету. Люди, которые мечтают о «твердых руках» и русских Пиночетах, способных насильно строить особый порядок и возвращать Фемиде зрение.

Во всем мире деньги увеличивают уровень свободы, а у нас, наоборот, возвеличивают степень зависимости. Только посмотрите на притихшую стаю из списка «Форбса» в приемной пре­¬зидента, только измерьте изгиб спины при пожатии первой длани. И вспомните: чтобы они порвали билеты в Лондон на экономический форум, до¬с­¬та¬точно было одного звонка от помощника дежурного по третьему окну президентского кабинета.

Униженные люди до сих пор аплодируют в кинозалах словам: «Я солдата на фельдмаршала — нэ меняю!». И пускают слезу умиления от: «Я Конституцию не меняю». Они с умилением убеждают: «Он принял Россию с сохой, а оставил с атомной бомбой». И повторяют полвека спустя: «Какой страна была до него и какой стала при нем». Хотя все помнят, что каждый новый руководитель страны начинает с того, что поднимает государство с колен…. Но кто бы поднял с колен — людей.
Страна действительно изменилась. Но я думаю о том, какими наши вожди принимают Человека и до чего его доводят. Они запускают ракеты в космос, строят ядерный флот и наводят порядок в чужих странах. Но они — не меняют личность, качество которой остается прежним — раболепным и покорным.

P.S. Хеллоуин по-русски: это когда женщины приходят на работу без косметики или когда грядут непредсказуемые выборы.