Вероятно, соображение, которое постигло меня в связи с трагедией в Перми, может показаться неуместным. Но отделаться от него не получается. Поэтому изложу.

В день траура премьер-министр Путин на совещании с руководителями уполномоченных министерств сказал буквально следующее: «Главное — сделать все, чтобы пострадавшие в трагедии люди получили необходимое лечение в полном объеме. Если необходимы дорогостоящие лекарства, государство найдет на эти цели деньги…» То есть премьер, как я понимаю, озвучил позицию государства, которая означает: на спасении жизни своих людей страна экономить не будет.

Напомню, после пожара в ночном клубе в больницах оказалось более сотни людей с тяжелейшими травмами и ожогами. Я очень надеюсь, что слово премьера окажется твердым и поможет спасти пострадавших любой ценой.

Но есть в стране еще несколько сотен людей, причем несовершеннолетних, на дорогостоящее лечение которых страна не тратится, а даже за их счет имеет прибавку к бюджету. Это дети, больные раком, которым требуется дорогостоящие лекарства. Большая часть этих лекарств не зарегистрирована в России, а это значит, что при ввозе их из-за границы необходимо оплатить 20% НДС и 10% таможенной пошлины. Координатор фонда «Доноры — детям» Екатерина Чистякова подсчитала, что в год для нужд российской детской онкогематологии нужно всего 100 упаковок (500 флаконов) препарата «эрвиназа» (это только один препарат из перечня ввозимых) общей стоимостью 175 000 евро. Поскольку препарат не зарегистрирован, ввозить его нужно по специальному разрешению Росздравнадзора для индивидуального применения конкретным пациентoм. Налог на этот препарат составит 52 500 евро. Получается, что родине надо отстегнуть еще за то, чтобы она позволила спасти детские жизни, сама, заметим, не потратив ни рубля. Дело в том, что расходы на эрвиназу и другие не зарегистрированные препараты государство не финансирует.

Блог Чистяковой — это ежедневные сводки с поля битвы за лекарства.

«…А Косте Рахальскому нужна эрвиназа, на нее и собираем. Еще эрвиназа нужна Артуру Лебедеву и Саиде Магомедовой, для них будем лично просить благотворителей. Потом будем собирать 12 тысяч евро на милотарг для Маши Вайтишкиной, пока не знаю где. И надо будет около 1200 евро на фоскавир для Кости Руденко. Много всего, но там время терпит, и Бог не оставит».

«У нас есть девочка, Диана Алексеева. 29 декабря ей должен исполниться годик, а пока она совсем еще кроха. И у нее рабдомиосаркома, риск высокий, нужен космеген, а денег на нее не собирали».

«Вчера получила из Англии счет на этот самый космеген — 800 евро. И поняла, что платить надо срочно, а платить мне нечем. Достала все-все-все конвертики, которые передали доноры крови с выездных донорских акций. Доноры складывали в них свои 500-рублевки, которые им дают в качестве компенсации за обед. И представляете, там денег как раз на 800 евро! Ну не чудо ли?»

Летом координаторы фонда «Доноры — детям» писали в таможенную службу с просьбой освободить ввозимые лекарства от налогов и пошлин. ФТС сообщила, что все делают по закону. Написали в Минфин. Из Минфина пришел развернутый ответ, из которого следовало, что для того, чтобы обращение рассмотрели, нужно «… подготовить экономические расчеты, позволяющие сделать вывод о целесообразности и экономической эффективности изменения ставок ввозных таможенных пошлин на указанные товары, а также расчет финансовых последствий для бюджетов всех уровней».

На письмо, отправленное на имя главы Минздравсоцразвития Голиковой по поводу изменений в законопроект об обращении лекарственных средств, Чистякова ответа пока не получила. Сколько еще придется биться за поправку в жизненно важный законопроект, никто внятно ответить не может. Скольких детей эта преступная медлительность чиновников лишит шансов на выздоровление, лучше не представлять. Но то, что это произойдет, — очевидно. И вот я думаю: чем отличается девушка, получившая ожоги в ночном клубе, от девушки, которая сгорает от рака? Степенью, причиной этих страданий? Масштабом потери для близких? И на оперативное милосердие государства можно рассчитывать, только став жертвой масштабной катастрофы?