Я ехала в Беслан на поминальные дни и везла с собой сочинения детей из разных школ Новосибирской, Оренбургской, Тульской областей. Это были не только слова сочувствия бесланцам, потребность разделить горе — это были отклики детей на сочинения двух девочек школы №1 Беслана Беллы Губиевой и Аланы Боциевой.

Алане было одиннадцать лет, когда она задала вопрос: «Что такое страх, по-твоему. Кто или что страх?».

Вопрос был задан в 2004 году. Я так и не поняла, что было первичным: тот факт, что вопрос задан девочкой из Беслана. Или сам вопрос падал на тревожную детскую душу, но одно бесспорно — дети писали об одном из сущностных своих состояний. Они писали о Страхе. Как-то случилось, что письма девочек из Беслана мы читали, начиная с шестого-седьмого класса.

Однажды в малокомплектной школе поселка Межгривный, что в Чановском районе Новосибирской области, подошла ко мне девочка из пятого класса: «Тетенька, тетенька, одна девочка из Беслана что-то спрашивает. А у меня есть ответ», и она протянула длинную узенькую полоску бумаги, на которой было написано: «Мой ответ. Что за зло и почему это зло повсюду». Подоспел другой пятиклассник, Максим Гридин, со своим ответом: «Я очень боюс войны. Я никогда нихочю войны».

…Урок в шестом классе Беляевки Оренбургского района я проводила на девятый день. Поминальный день. Тему страха дети задали сами: «Почему воспоминание о страхе такой же силы, как сам страх?». С этого вопроса Светланы Кулигиной и начался наш урок. Они, пережившие страх за себя, близких, за всех детей и взрослых, не забыли выразить свое сочувствие детям Беслана.

При всех различиях характера и масштаба горя бесланцев и беляевцев объединяло одно — рушился миф о школе как самом безопасном месте, отделенном от мира взрослых. Нет безопасных мест в этом мире.

Перебирая сочинения детей из Беляевки перед отъездом в Беслан, я вдруг обнаружила, что есть две работы, подписанные одним именем. Валерия Трунова ответила на вопрос о страхе и даже нарисовала лицо страха. Оно оказалось почти таким же, как изобразил страх мальчик из Беслана. Но было еще одно сочинение той же Валерии. Оно называлось «История в Беляевской средней школе». Одиннадцатилетняя девочка не ошиблась, назвав обрушение школы историей. Валерия пишет об этом событии как об истории, стремясь запечатлеть, зафиксировать каждый момент происшедшего. Эдакий Пимен из села Беляевка. Кажущаяся безэмоциональность сочинения преследует одну цель — рассказать, как это было. Схватить картину в целом. Ничего не опустить. Мощная сосредоточенность и дисциплина духа — вот что являют эти детские записки.

История в Беляевской средней школе

Первого октября ранним осенним утром я как обычно пошла в школу. Погода была ясная, солнечная, настроение было отличное. Казалось нечто не предвещает беду.

Первым уроком у нас была география в южной стороне школы. Второй урок прошел без изменений. Но с третьего урока звонок дали на десять минут раньше. Никто ничего не понял. И мы как и все обычные ученики обрадовались раннему окончанию урока. Началась перемена. Следующий урок английского языка должен был проходить на 3-м этаже. Но дежурные, не чего нам не объяснив, нас не пропустили. Тогда мы пошли в столовую. И ждали, когда начнется урок. Вдруг неожиданно я услышала шум и крики учителей. Выходите! Началась паника. Все бежали, толкали друг друга. Учитель математики И. Тренина крикнула: «Без паники».

Я не помню, как я оказалась на улице и только когда я пришла в себя, я увидела перед собой страшную картину. В передней части школы была огромная зияющая дыра, такое ощущение, что произошло сильнейшие землетрясение или школа подверглась бомбежке. В 11.45 третий и 2-й этажи рухнули как карточный домик.

Выбежавшие из здания учителя начали проводить перекличку, каждый в своем классе. От пережитого шока мы не слышали своих имен и фамилий. Кто-то плакал, кто-то стоял молча, глядя на то, что осталось от школы, кто-то терял сознание. Кто-то судорожно набирал номер телефона родителей. Начали сбегаться и съезжаться люди. Подъехали скорая, милиция, пожарные. Все кто мог из мужчин молча начали раскапывать завалы. Женщины жадно искали глазами в толпе своих детей. После переклички выяснилось что нехватает 8 девочек из 11 «а».

Одну за другой недостающих девочек вытаскивали. Сначала живых их было 3-е. После когда кран поднял плиту, по нечеловеческому крику женщин было понятно, что девочки мертвы. Их было 5.

Эта всеобщая трагедия оставила огромный след в наших сердцах.

Трунова Валерия, 6 «а», 11 лет

 Это сочинение я и прочла в бесланской школе №1.

О беляевской истории знают все дети Беслана. Но был и вопрос: «Это не был захват?». Смерть у бесланцев прочно связана с захватом.

Ученики 7 «в» класса г. Беслана пишут своим сверстникам в Беляевскую школу.

«Я желаю вам добра, счастья, чтобы ваша школа процветала многие годы.

Алан Гамаев».

«Привет! Меня зовут Лариса. Я в 7 «в» классе. Я слышала вашу трагедию, и у меня аж сердце остановилось. Я желаю вам, чтобы такого больше не случилось. Я бы хотела вас повидать. Желаю вам счастья.

Ученикам 7 класса школы Беляевки от учеников г. Беслана школы №1.

От Аликовой Ларисы. Пока!»

После «пока» нарисовано смеющееся лицо.

Есть одна особенность бесланских посланий. Каким бы личным ни было послание, дети всегда добавляют, что пишут от имени всех. Это не случайно.

«Я Дзоев Владислав. Мне 12 лет. Я учусь в 7 «в» классе. У меня очень дружный класс. Мы от всего класса посылаем приветы и желаем счастья, удачи и всего хорошего. Мне хотелось бы, очень хотелось, чтобы такой трагедии, как у нас и у вас, не повторилось никогда».

«Меня зовут Сослан. Я желаю вам счастья, здоровья и чтобы вы все учились на пятерки. Я очень сожалею о том событии, которое произошло в прошлом году. Надо сделать все, чтобы такое не повторилось».

«Меня зовут Зарема. Я учусь в школе №1 Беслана. Увлекаюсь чтением книг, рисованием. В этом письме я хочу пожелать вам прежде всего мирного неба над головой, здоровья и всего, что вы сами себе желаете. Ко мне присоединяется весь 7 «в» класс и учительница русского языка и литературы Лариса Петровна. Всего вам доброго!»

Кадиева Зарема, 13 лет. Зарема посылает седьмому классу Беляевки два рисунка. Божья Матерь с младенцем и медведь, обхвативший свое дитя так крепко, что нет на свете сил, которые бы отняли это дитя. Сквозная тема всех сочинений, рисунков и разговоров — это то, что Пушкин назвал соединением. Взрослого с ребенком. Ребенка с другим ребенком. Ученика с соклассниками и т.д.

Ощущение другого как части себя. Ушедший унес часть тебя самого, оттого такая жажда говорить от «себя» как от «мы». И это не умаление личностного начала. Это добытое страданием, болью понимание: ты в мире не один. О потерях дети писать не будут. Когда Алена Ханаева напишет привычное «время лечит», вдруг спохватится и напишет: «Но это не с нашей трагедией теракта. Не наш случай».

«Мы представляем эту ужасную картину, когда разваливается школа — это ужас, другими словами это нельзя описать». И тут же сразу: «Мы все хотим, чтобы вы все были счастливы и никогда такое не повторилось».

…Боже ты мой! Первый класс бесланской школы знает все про беляевскую школу. И шлет свои рисунки. Знаете ли вы, что такое счастье? В свои шесть лет они знают: «Счастье — это когда не умирают люди». Мадина Кудзаева — заложница. Ей было тогда один год и восемь месяцев. В заложниках были папа, мама, тетя, бабушка и старшая сестра, которая впервые переступила порог школы. Бабушка погибла. Папа сумел выпрыгнуть в окно перед тем, как его должны были расстрелять.

Мадина рисует дом. Большой и красивый. Зеленое дерево. Цветы. Ступеньки к дому. А в цветах — папа, Мадина, ее сестра и мама. Солнце улыбается и шлет свои лучи на землю. На бледно-голубом небе синие облака.

Мадина хочет быть врачом. Она посылает в Беляевку портрет счастья. Ей шесть лет.

Будьте счастливы, дети Беляевки! Этого так хотят дети Беслана, отчетливо сознающие, что есть такие события на свете, которые никогда не покинут нашу душу.