Практически все городские дети ходят или ходили в детский сад. Но жизнь детского сада, то, что там происходит, тревожит родителей, СМИ и широкую публику гораздо меньше, чем жизнь школы. В большой прессе о детских садах вспоминают только в случае массовых отравлений или пожаров. Возможно, достойным информационным поводом посчитали бы самоубийство заведующей, зажатой в угол КРУ, СЭС и пожнадзором.

А так — что там может быть интересного? Горшечные проблемы!

Воспитатели детских садов — самая непритязательная, низкооплачиваемая и обойденная вниманием часть педагогической гильдии. Сегодня труд педагога муниципального садика в дотационном регионе оценивается в 4,5 тыс. рублей. По данным социологического опроса, для самих педагогов в рейтинговой таблице профессий профессия воспитателя занимает последнее место. Неудивительно, что всего один выпускник педколледжа ежегодно решает связать свою судьбу с государственным детским садом. А среди выпускников  вузов такие желающие появляются не каждый год.

Чтобы как-то изменить ситуацию, придумали праздник — День дошкольного работника. Есть же свой праздник у учителей? Воспитателям садиков с  праздничного учительского стола достаются только крошки. А свой день мог бы стать поводом для разговора в больших СМИ о проблемах дошкольного образования и положении воспитателя в обществе.

И  дату для праздника выбрали не случайную — 27 сентября. В этот день в 1863 году в Петербурге, на Васильевском спуске, был открыт первый российский детский сад — событие, которое либеральные журналисты некрасовского «Современника» оценили как дело прогрессивное и поистине революционное.

Чтобы праздник стал реальностью, понадобилось пять лет. Пять лет, в течение которых воспитатели сами дарили себе цветы и сами для себя устраивали концерты.

К весне 2008 года Минобрнауки РФ решило, что противиться тут нечему: денег же не просят! В календаре новый педагогический праздник так и не появился, но в регионы разослали рекомендательные письма, предлагающие на местах праздновать День дошкольного работника.

Так что в этом году — праздновали. Даже в Москве.

Кроме нового праздника сентябрь для дошкольного образования отмечен еще одной датой, позволяющей подводить итоги: год назад вступило в действие новое Типовое положение о дошкольном образовательном учреждении. На свет оно явилось под номером  666, да еще в момент набирающего силу кризиса. Мы — люди не суеверные. Но чем, как не номером, объяснить, что положение принесло с собой не столько обновляющий ветер перемен, сколько новую головную боль для тех, кто дошкольным образованием управляет и кто в детских садах работает.

Первая проблема возникла с детскими садами, имеющими статус Центра развития ребенка. Статус этот самый высокий. Чтобы его получить, коллективу садика нужно пролить много пота и попортить много крови. Зато кое-где сотрудникам центра доплачивали небольшую надбавку к зарплате. И штатных единиц такому учреждению больше положено. 

Но, согласно новому положению, Центр развития ребенка не может оказывать своим клиентам оздоровительные услуги.  И  логопеды в нем оказываются «вне закона».

В некоторых регионах заведующим предложили выбор: или сохранить статус центра и упразднить некоторые услуги (в частности, логопедические, а они пользуются у родителей большим спросом), или отказаться от статуса центра и оформить документы в соответствии с другим видом — комбинированный детский сад (по статусу более низкий). В комбинированном детском саду ставка логопеда существует. Выбор, надо сказать, оказался для заведующих очень тяжелым.

Еще одна острейшая проблема, вызванная к жизни новым Типовым положением, была связана с судьбой детских садов, имевших хорошо оборудованные медицинские кабинеты, кабинеты физиотерапии и нескольких медиков в штате.

Согласно новому положению, здоровьем детей должны заниматься органы здравоохранения. Даже медсестры выводятся из штата детских садов, не говоря о других медицинских специалистах. В дошкольных учреждениях это было воспринято как катастрофа. Ведь что такое медсестра, подчиненная другому ведомству? Она перестает быть членом команды. Другое ведомство решает, где она в данный момент важнее — в детском саду или на участке. Другое ведомство определяет ее функции. И опасения подтвердились почти сразу же.  Другое ведомство, к примеру, стало интересоваться: что это медсестра занимается у вас составлением меню? Это не ее обязанность. А медсестры в детских садах в течение десятилетий контролировали поваров. Такой контроль являлся гарантией того, что в пищеблоке следуют санитарным нормам, кладут в кашу столько масла, сколько нужно, мясо взвешивают правильно. И меню составлять — непростое дело.

Правда, вслед за постановлением пришло разъясняющее письмо министерства: передавать или не передавать медицинскую часть работы дошкольного учреждения органам здравоохранения — это выбор каждого муниципалитета. Можно сохранить медицинские кабинеты в ведении образования. Правда, такие кабинеты внутри детских садов теперь должны получать специальные лицензии на оказание медицинских услуг.  Но лицензирование в общем и целом стоит порядка 30—40 тысяч. Деньги на это должны выделяться из муниципального бюджета. Не всем это под силу. Поэтому в большинстве своем медицинские кабинеты все-таки перешли под эгиду Минздравсоцразвития. А где-то их и вовсе пришлось ликвидировать.

Хотя кабинеты эти были очень удобны: в них недолеченного ребеночка можно было подлечить и педагогу вовремя горло прогреть, чтобы  не разболелся.

Зато, как объясняют в профсоюзе, медицинские работники в детских садах — на чужой территории — лишались многих преимуществ, которые существуют в системе здравоохранения. А теперь их с коллегами уравняли. Но, видимо, это уравнивание менее существенно даже для самих медработников, чем потери, которые понесли детские сады.

Однако самое печальное, что новое Типовое положение никак не прояснило ситуацию с так называемыми домашними (квартирными) садиками, которые повсеместно существуют на нелегальном положении и в услугах которых так нуждаются многие и многие семьи. Эти садики — с малым количеством детей, с их домашней обстановкой — могли бы стать решением проблемы очередей в дошкольные учреждения: ведь места в детский сад ждут в первую очередь семьи с маленькими детьми, двух-трехлеточками. Для малышей раннего возраста такой садик — наилучший вариант адаптации к новым условиям, постепенного перехода из семьи к общению в коллективе. 

Это прекрасно понимают региональные управленцы. Понимают — но домашние садики узаконить не могут. Ныне существующая нормативная база (и САНПИНы, и Типовое положение) вопреки здравому смыслу не оставляет никаких щелей и зацепок.

Конечно, можно уповать на то, что кризис перекроет рост рождаемости последних десяти лет. Так ведь и строить детские сады сейчас опять перестанут. И раньше-то это сложно было. А теперь просто невозможно. Особенно в дотационных регионах. Так что вряд ли очередь в дошкольные учреждения заметно пойдет на убыль.

Но в трудные годы, между прочим, детей стремятся определить в детский сад не только ради образования, но и ради питания, ради игрушек. Там было в конце 40-х ХХ века. Так было в начале 90-х. Детский сад для многих семей с детьми в период кризиса — как спасательный круг.

Судя по всему, кругов на всех в ближайшее время опять не хватит.

Справка «Новой»

В настоящее время программы дошкольного образования реализуют более 55,9 тыс. образовательных учреждений. Из них государственных и муниципальных дошкольных образовательных учреждений (ДОУ) — более 43 тыс., образовательных учреждений для детей дошкольного и младшего школьного возраста — более 1,8 тыс., негосударственных дошкольных образовательных учреждений — около 900. За последний год сильно возросло количество государственных и муниципальных общеобразовательных учреждений, в которых организованы группы для детей дошкольного возраста — с 793 на начало 2007—2008 учебного года до 8573 на 1 сентября 2009 года.

Численность воспитанников образовательных учреждений, реализующих основную общеобразовательную программу дошкольного образования, в целом составляет около 5,15 млн человек. Из них более 1 млн человек — это дети в возрасте от 1 года до 3 лет, 2,7 млн — дети в возрасте от 3 до 5 лет и 2,6 млн — дети старшего дошкольного возраста (от 5 до 7 лет).

Численность работников образовательных учреждений, реализующих основную общеобразовательную программу дошкольного образования, составляет 1,5 млн человек, в том числе педагогический персонал дошкольных образовательных учреждений составляет около 700 тыс. человек.

Государство гарантирует, что родительская плата за содержание ребенка в государственном или муниципальном ДОУ составляет не более 20% от всех расходов на содержание ребенка в указанном учреждении. Остальные 80% (и более) затрат оплачиваются из местных бюджетов или бюджетов субъектов Российской Федерации.