Премьер потребовал сажать и сокрушался, что до сих пор сажали мало. Теперь борьба с контрафактом станет приоритетом для прокуратуры. И под руку следствия попадут не только директора школ и журналисты

В начале июня на заседании президиума правительства Владимир Путин нашел главную причину кризиса отечественной промышленности. Оказывается, она заключается в подделке зарубежных товаров. Упомянуты были также и некие «подпольные цеха», производящие пиратские диски. Премьер потребовал сажать и сокрушался, что до сих пор сажали мало. Следует ожидать, что борьба с контрафактом станет на какое-то время приоритетом для прокуратуры и правоохранительных органов. Однако эффект от такой кампанейщины может оказаться совсем не столь безобидным. Мало того, что под пиар-руку следствия попадут очередные директора школ и журналисты, этот инструмент с удовольствием и в больших масштабах начнут использовать для устранения конкурентов.

А все потому, что и чиновники, и сам уважаемый премьер не очень понимают: о чем идет речь. Так, о том, что упомянутые «цеха» далеко не подпольные, в нашей стране не знает разве что тот, кто вовсе предметом не интересовался. Видеодиски штампуют на конверсионных предприятиях за колючей проволокой, и пиратские тиражи выпускаются на тех же самых линиях, на которых делают вполне легальную продукцию. Иногда отличить такой диск от лицензионного может только специальная экспертиза: ни покупатели, ни даже оперативники в ходе разыскных мероприятий в общем случае этого сделать не в состоянии. Да и вряд ли в эти цеха заглянет оперативник… Часть нелегальных дисков действительно завозится из-за рубежа. Большая часть — цифровые копии сомнительного качества, сделанные с экрана.

Оцените масштаб проблемы: процент легальной видеопродукции в России, по данным издания «Деловой Петербург», колеблется от 15 до 20%. Это 80 миллионов дисков в год, то есть еще примерно полмиллиарда единиц видеопродукции составляет «пиратка».

Однако как именно следует бороться с пиратством, никто у нас не знает: официально выработанной стратегии не существует, а все тактические приемы сводятся к реагированию на доносы конкурентов либо заинтересованных правообладателей. Нетрудно представить себе размах коррупции в этой сфере. При этом вопреки всем правилам не только экспертиза в таких делах проводится заинтересованной стороной, но и ведомственные инструкции по выявлению контрафакта пишутся теми же самыми заинтересованными сторонами.

Характерным примером кампанейщины служит недавнее дело гражданина, названного в сообщении следственного отдела по Кировскому району Екатеринбурга Александром Иванчиковым-Немировским. Якобы этот пользователь установил себе на компьютер систему Windows и другое программное обеспечение, принадлежащее фирме Microsoft, на сумму 125 тыс. рублей.

Но многочисленные домашние пользователи нелицензионных программ могут спать спокойно. Как выяснилось, Иванчиков-Немировский устанавливал программы не себе, а на чужой компьютер по телефонному вызову. За вызовом скрывались оперативники, находившиеся в специально оборудованной квартире.

Для начала отметим, что такая весьма обычная для нашей страны провокация может квалифицироваться, согласно ч. 4 статьи 33 УК РФ, как подстрекательство к совершению преступления. А главное, вызывает обоснованные сомнения сумма ущерба, составляющая по нынешнему курсу около 4 тыс. долларов. Чтобы реально нарушить чьи-то права на такую сумму, нужно установить парочку профессиональных систем промышленного автоматизированного проектирования, а стандартный пользовательский пакет от Microsoft, о котором говорилось в сообщении, обойдется при всех натяжках по крайней мере впятеро дешевле — что уже на уголовное преступление не тянет. И при ближайшем рассмотрении большинство из тех 6—7 тыс. дел по контрафакту, что возбуждаются в России ежегодно, проводятся с кучей аналогичных нарушений, только для отчетности или вымогательства и по-хорошему должны разваливаться еще по дороге в судебные инстанции.

Но проблема даже не в этом. Заметим, что в развитых странах любителей халявы не меньше, чем в России. Это доказывает триумф «Пиратской партии» в Швеции, значительно пополнившей свои ряды после недавнего процесса над владельцами сайта «Пиратская бухта». Партия набрала 7,4% голосов на выборах в Европарламент и протащила туда своего представителя. Тут дело в самой сути современных технологий — просто такова природа цифровой информации: она предназначена для копирования. Можно потратить множество усилий на то, чтобы запретить конкретную «Пиратскую бухту» и позакрывать все точки продаж нелицензионных дисков, но раз законы природы вот такие, а не другие, то на месте этих точек обязательно возникнет что-нибудь новое.

Главная ошибка и не только наших государственных деятелей в том, что они смешивают в понятии «контрафакт» абсолютно разные явления. Одно дело — продавать под видом лекарств смесь сахара с толченым мелом, другое — ввозить вполне качественные детские товары, но в обход таможни, третье — практически в открытую продавать за деньги электронные копии книг, четвертое — размещать те же копии бесплатно в просветительских целях. Этот перечень можно продолжать безгранично, только ясно одно: пока все эти явления не будут соответствующим образом квалифицированы и не будут даны четкие и понятные определения: что считать воровством, что — контрабандой, а что — вполне позитивной деятельностью на благо всего общества, мы никуда не уйдем ни от коррупции, ни от кампанейщины. А сажать будут тех, на кого настучали, или тех — кто от доброты душевной в благотворительных целях и не умеет давать взяток…