— У нас в гостях Юрий Шевчук. Все, дальше представлять не буду…

— Солист группы ДДТ, который благодаря «Новой газете» издал книжку «Сольник».

— «Сольник» — это чистая поэзия? Или там есть песни?

— Есть и песни, но какие-то ключевые. В этих песнях, в «Сольнике», в таких как «Дождь», «Не стреляй», «Еду я на родину», «Осень», в них есть вот это чувство свежести, которого у меня, может быть, уже не будет никогда. Какие-то тексты, может быть, с «кривой» рифмой, но мы их оставили в этой книге. Только ключевые тексты, коими, может быть, и прославилась группа ДДТ. А так в основном стихи, конечно. Стихами я называю тексты, которым не нужна музыка.

— Вы появляетесь на трибуне среди политиков. Не потеряли ли мы поэта?

— Я понял. Я все-таки «над» политикой. Но я вам хочу сказать, что на «Марш несогласных» я пошел по многим причинам. Во-первых, как гражданину мне просто стало противно, что за меня все выбирают и ничего уже давно не спрашивают и меня, и моих друзей, и вас тоже. Что как-то за нас все рубят, знают, кто мы, что мы, чего мы хотим кушать, что мы хотим слушать, что мы хотим читать, о чем мы хотим думать, но это достает, я думаю, не только меня. И тут необязательно быть политиком, чтобы какой-то внутренний протест родился в недрах твоей души.

И во-вторых, разрушение городов, не только Питера. Посмотрите, одна турецкая архитектура кругом. Мы теряем колоссальные исторические ценности, теряем каждый день благодаря вот этой жажде наживы…

Мы теряем очень много, и много протестов у меня в душе. И мне многое не нравится. И необязательно тут быть политиком. Я просто за то, чтобы у нас все-таки когда-нибудь появилось гражданское общество. Чтобы был независимый суд, независимая исполнительная власть, законодательная. Поэтому тут — не политик Юрий Юлианович, но гражданин. И гражданин, и патриот, наверное.

— Вы не раз находились в горячих точках на постсоветском пространстве. Нет ли у вас предчувствия второй российско-грузинской войны?

— Мне не нравится, даже скорее вызывает возмущение внешняя политика России. Вот у наших «кремлевских» и, естественно, у мидовцев какое-то бандитское высокомерие. Это высокомерие в нашей внешней политике, не основанное ни на чем, меня просто раздражает. Почему нам спокойнее не относиться к нашим соседям. Да, мы были раньше одной великой страной, но мы ее потеряли. Я, может быть, так же плакал, как многие, когда мы потеряли эту империю. Но сейчас Белоруссия — отдельная страна, Украина — тоже, Грузия — тоже. И надо уважительно относиться и к ближним соседям, и к дальним. А у наших «кремлевских» есть что-то от братвы… Они вот Запад пытаются как-то деньгами купить и приблизить к себе любовь. Сейчас много говорится о патриотизме, об имидже России. И они думают, что все можно купить за деньги, любовь всего мира. А за деньги любовь не купишь!

Надо самим любить, давать пример нашим соседям, что мы нормально к ним относимся. На равных. Что мы не круче, мы, может быть, первые, но среди равных. Хотя среди национальностей и стран нет такого спорта: первое место, второе, третье… Поэтому удручает наша внешняя политика. Плохая у нас внешняя политика, очень плохая.

— ДДТ почти 30 лет. Что изменилось в музыке за эти годы?

— Все изменилось и ничего. В 80-е наш российский рок рванул очень сильно по многим причинам. Во-первых, это была единственная отдушина для молодежи. Кассеты разлетались по всей стране в мгновение ока. Я помню, меня вызывали в свое время в КГБ и спрашивали: Юрий Юлианович, вот вы когда записали эту «Свинью на радуге»? Я говорю: неделю назад. А нам, говорят, уже из Владивостока позвонили, уже все слушают. Это была жажда, голод на информацию. Потом эта социальность с рок-музыки «слезла», потому что она перетекла в газеты, в «ящик», радио и так далее. Я тоже ушел в свое время в лирику. Потом вернулся оттуда, сейчас опять много социального.

Мы собирали огромные стадионы. Никто ничего не понимал, но все шли посмотреть на это дело. Посмотрите, в 87-м году первый наш концерт «Прием в рок-клуб», а в 88-м году мы дали пять концертов подряд аншлаговых в СКК. А там собиралось по 20—25 тысяч народу. Сейчас другое. Сейчас молодому человеку можно себя проявить во многих областях, не только в рок-музыке. «Старики» рок-музыканты многие стали конформистами. Я был в Самаре на фестивале — все поют старые хиты, все хорошо. «Поплачь о нем, пока он живой», «Ямайка». Играют все очень хорошо. Но вот этот нерв, он как-то «закис». Большие деньги, большие концерты. И чтобы их давать — нужны спонсоры. А спонсоры, если ты не член «Единой России», тебе ничего не дадут. И большие группы уже не лезут в политику и музыкой протеста не занимаются. Но музыка протеста есть у молодежи. Много протеста в рэп-музыке, она не такая пафосная, она по клубам. Вообще, в клубной музыке сейчас очень много здорового естества, очень много такой грубой и нежной жизни, и поиск нового языка идет. 

Ну а «мастодонты», они уже да, гуру.  ДДТ, может быть, здесь исключение. Мы пытаемся все-таки, ну, не знаю… Не хочу прозвучать пафосно, но тому Юрке Шевчуку, совершенному бессребренику и горлопану, хочется на старости лет посмотреть в глаза, и чтобы он не плюнул (смеется) в мои очи и не сказал: «Ну что, замажорился, сука, жирным стал, блин!». Вот этого мне не хочется.

— Очень много вопросов по поводу того, где и когда будет ДДТ.

— 27 июня фестиваль в Казани. Потом в Белоруссии концерт, потом два концерта в Москве. Вот мы будем показывать новые песни, старые, конечно, сыграем, но большинство будет новых. Мы хотим их проверить. Клуб в Питере, потом у нас небольшой перерыв репетиционный, потом Калининград, может быть, Литва, еще какие-то города, Рыбинск, еще что-то… А может быть, еще Москва 2 сентября. Сейчас такая беда в Москве происходит, ну, одна из — друзья-архитекторы рассказали, что пытаются власти разрушить знаменитые павильоны на ВДНХ. Свалить ракету «Восток». Кусок истории, кстати. Зачем это валить-то все?

— Для них это кусок земли.

— Да, кусок земли. И у нас будет, даст бог, если найдем спонсоров, большой концерт «Акция» 2 сентября прямо на ВНДХ, на площади напротив ракеты «Восток», будем пытаться спасать ВДНХ. Дай бог, чтобы это получилось. И второго же мы вылетаем в Магадан. Я родился на Колыме и уехал оттуда в возрасте шести лет. Я до сих пор не играл и не пел там. И очень почему-то хочется хороший концерт сделать землякам на Колыме. И в поселке Ягодный, где я родился, потом Камчатка (давно не были), Сахалин, Дальний Восток, Сибирь. Хочется проехать даже по небольшим городкам. Много будем ездить, наверное, всю осень. И следующий год — мы планируем весной уже юг России и Кавказ. Мы жили с семьей после Колымы в Нальчике, никогда не было в Нальчике концерта, где я прожил до 14 лет, много друзей детства имею. В общем, много интересной работы. И по странам ближнего зарубежья — приглашают и в Казахстан, и в Узбекистан, и в Грузию, и в Армению. Нужно работать. Потому что мне неинтересно петь старые песни, а сейчас есть новая программа.