Высшие как бы голосующие государственные лица во главе с неизменным Б. Грызловым поспешили заявить, что своим как бы голосованием они, конечно же, поддержат инициативу президента Медведева об изменении порядка назначения председателя Конституционного суда. Собственно, изменить они собираются не «порядок назначения», поскольку от создания КС и до сих пор его председатель, как «первый среди равных», избирался тайным голосованием судей, а, по смыслу, сам конституционный строй, во всяком случае, один из его фундаментальных (хотя тут скорее теоретически, чем практически) устоев.

Все юристы при должностях (ноблес оближ, нельзя же оставить такой проект без комментариев) ринулись искать некую высшую логику в свалившемся, как снег на голову, предложении юриста Медведева. Так, в меру оппозиционная Е. Мизулина высказала соображение, что предложенная процедура будет «более прозрачна», но уместность прозрачности именно в этом вопросе она обсуждать не решилась. На самом деле, демократическую оптимальность именно прежней процедуры даже и обсуждать нет смысла, но смелость прямо сказать об этом из всех юристов при должностях нашел в себе только судья Гадис Гаджиев – из состава КС, поблекшего за последние годы, он один только и сохранил это мужество, потребное судье.

Не промолчали с умным видом и политологи и аналитики. Из всех вымученных версий самой складной выглядит та, по которой место главы КС бронируется для главы ГГПУ, помощника президента Ларисы Брычевой. Но этому противоречат два важных обстоятельства. Во-первых, Медведев нигде не сказал, что Зорькин, только что избранный коллегами в КС в феврале (к чему разные группы в Кремле могли и отнестись по-разному), будет свергнут (кстати, как?) ранее своего трехлетнего срока. Во-вторых, никто не поинтересовался у самой Брычевой, хочется ли ей-то вознестись в председатели Конституционного суда?

Брычева, сменившая на посту руководителя Главного государственно-правового управления в 1999 году Руслана Орехова (который, по нашим сведениям, и сейчас неплохо трудоустроен), а до этого бывшая его бессменным заместителем – одна из старейших и наиболее сильных теневых фигур в президентской администрации. Если это место кому-то приглянулось, то «по-аппаратному» Брычева бы это поняла и могла бы попросить для отставки, например, должность судьи КС, которая дает почет и гарантии, но не лишает маневра. Что же до председателя КС, его охраняет ФСО, он и поговорить ни с кем не может так, чтобы об этом сразу всем не донесли, и эта позиция для Брычевой, привыкшей не к пустопорожним дискуссиям, а к реальному влиянию во власти, стала бы обидной и незаслуженной ссылкой.

В чем же тогда разгадка очередного (не первого в этом роде) президентского предложения, слишком явно выпадающего из контекста публичных выступлений и даже некоторых действий Медведева? (Например, заявленная в том же пакете в ГД инициатива по упразднению 3-хлетнего «испытательного срока» для судей имеет прямо противоположный реформаторский вектор). Кроме депутатов, обязанных что-то лепетать по должности, и умствующих «политологов», есть же и настоящие элиты, в том числе за рубежом, которые снова дивятся на разных языках: «Ну ни фига себе!». В их глазах Медведеву нельзя выглядеть непредсказуемым, не тот он формирует себе имидж, и нужны веские мотивы для очередной такой его, иначе, как «по-ельцински», и не скажешь, «загогулины».

В прошлый раз все аналогично оторопели в ноябре, когда ни с того – ни с сего срок полномочий президента было предложено увеличить с 4-х лет до 6-ти. И все правоведы при должностях, разумеется, с восторгом это поддержав и даже как-то прокомментировав, про себя стали думать со страхом: а что произойдет завтра? А «завтра» пока не случилось ровно ничего. Между тем, срок полномочий на посту председателя КС для Валерия Зорькина истечет в феврале 2012 года. Тогда, если не случится никаких пертурбаций «завтра», сложится следующая картина: только что избрана новая Дума (возможно, с иным раскладом по партия), какие-то (впрочем предсказуемые,) кандидаты в президенты, а место председателя КС вакантно.

То есть разные инициативы Медведева «в области судебной реформы» на самом деле имеют отношения к разным сферам его интересов. Если наша логика верна, следует ожидать очередного, не раз возникавшего, но пока «издали» проекта объединения под одной крышей (возможно, в Санкт-Петербурге) высших судов: Конституционного, Верховного и Высшего арбитражного. Впрочем, это тоже, за недостатком упомянутой юристом Мизулиной прозрачности, всего только версия. Что баловать объяснениями депутатов, не говоря уж про избирателей.