Как стало известно редакции, судья Арбитражного суда г. Москвы властью, данной ей законом, запретила русским кондитерам делать конфеты круглыми и белыми. Широкой общественности этот факт пока неизвестен, но в силу этого удивительного решения судебные приставы уже остановили производство белых круглых конфет на кондитерской фабрике «Ландрин» в Санкт-Петербурге.

Это не анекдот. Вполне возможно, что после 14 апреля 2009 г. судебные приставы начнут планомерно останавливать производство отечественных кондитеров, посмевших нарушить решение судьи. В этот день в президиуме ВАС РФ должно состояться рассмотрение дела по иску бельгийской компании Soremartec S.A. к петербургской фабрике «Ландрин».

В сентябре 2008 года эта бельгийская компания, владеющая товарным знаком конфет «Рафаэлло», добилась в Московском арбитражном суде решения о запрете российскому производителю выпускать круглые белые конфеты.

Решение экзотическое, но суд решил, что запрещенные конфеты по форме совпадают с конфетами «Рафаэлло». А фотография итальянской конфеты зарегистрирована Роспатентом в качестве товарного знака (принадлежит Soremartec S.A.). С тех пор все обсыпные конфеты, похожие на фотографию (круглые и белые), по прецеденту попадают под запрет. Вы можете сделать свои конфеты солеными, можете начинить их кайенским перцем: вкус и запах конфет, равно как их упаковка, название и даже размер значения не имеют. Вы обязаны по логике суда остановить производство.

Может ли фото белого шарика быть товарным знаком? Предварительные консультации специалистов свидетельствуют, что это противоречит и российским, и международным нормам права. Отныне суд может запретить и клюкву в сахарной пудре. Уже одно это заставило нас глубже вникнуть в историю. Подробности оказались еще более интригующими. И смеха уже не вызывают.

Решение суда, если оно не будет отменено, может позволить компании «Ферреро» вытеснить с российского рынка не только питерскую фабрику, но и других российских производителей, традиционно использующих круглую форму конфет. Разговор идет о действительно серьезном ущербе для отечественной промышленности. Понятно стремление итальянцев ликвидировать конкурентный бизнес. Ферреро, миллиардер, друг президента Берлускони, обрушил на Роспатент всю мощь своего богатства и влияния.

В патентную службу ушли письма от послов Италии и Люксембурга, губернатора Владимирской области и видных чинов администрации президента России. Прессе объявлено: если суд примет решение не в их пользу, инвестиции в Россию будут свернуты. Такое давление на суд нам не в диковину. Но почему наши патентные службы и судья выступили, по сути, против российских кондитеров?

Представители «Ландрин» волнуются: выдержит ли Высший арбитражный суд мощное давление? Благосклонность богатого итальянца к нашим чиновникам может запустить административный ресурс, какого у питерской фабрики и в мечтах не было.

Ведь сначала и Роспатент отказался регистрировать фото белого шарика как товарный знак, охраняемый российским законом. Точно так же, как выяснила редакция, поступили те страны, на которые мы хотим быть похожими и называем цивилизованными: Великобритания, Австрия, Швейцария и др. При повторном рассмотрении фото в России сделали товарным знаком. Перечислим страны, которые тоже согласились запретить сладкие белые шарики: Мозамбик, Албания, Монголия, КНДР. Теперь мы в этом ряду.

Очень важная деталь в этой истории — конфеты «Рафаэлло» к нам завозят вовсе даже не из Италии, а из Польши. Но сами поляки отказались зарегистрировать фото белого шарика как суверенный признак этих конфет. То есть производят круглые, белые и сладкие, сколько хотят, и плюют на волю господина Ферреро.

Обещанные им инвестиции, под которые получено письмо губернатора Владимирской области в Роспатент, остановлены мировым кризисом. Но площадку расчищают решительно. На пути стоит действующий и расширяющийся завод в Питере, невольно ставший индикатором отношения чиновничества к отечественной промышленности.

Было ли это решение Роспатента принято под давлением лоббистов? Какими мотивами руководствовался Московский арбитражный суд? «Новая газета» начинает расследование.