Офис моего мужа Леона находится у Королевского дворца Сент-Джеймс, официальной резиденции принца Уэльского. Неподалеку — гостиница «Ритц», символ роскоши. В начале прошлой недели по дороге на работу Леон вдруг заметил, что «Ритц» забил свои окна темно-синими досками...

И в этот же день Леон получил электронную почту от начальства, предупреждающую коллектив о возможных уличных беспорядках во время встречи «Большой двадцатки» 1 и 2 апреля. Оказалось, что готовится большая и не очень мирная демонстрация против участников «Двадцатки» и ее возможных решений о том, как вывести мир из кризиса. Заодно будущие демонстранты решили выступить и против всех, кто делает деньги, особенно против работников Сити. Работает в Сити куча людей, а делают большие деньги совсем немногие. На каждого банкира в Сити — толпа ассистентов, секретарей, буфетчиц. Торговая палата Лондона посоветовала работникам Сити не появляться на работе в костюмах и галстуках, а одеться как можно проще и незаметнее, чтобы не обратить на себя внимания. Некоторые фирмы разрешили своим работникам 1 и 2 апреля вообще на работу не приходить. Наиболее воинственно настроенные члены готовящей демонстрацию организации «Расплавим G 20», в которую входят помимо множества прочих анархисты, борцы за чистую экологию, ультралевая группа «Правительство мертвецов» и, по слухам, такое уважаемое благотворительное общество, как Армия Спасения, обещали повесить банкиров на деревьях, насыпать песчаные дюны в центре города и громко хлопать дверями около гостиницы участников саммита, чтобы не дать им выспаться. Были и другие угрозы — например, «захватить Сити».

Пока анархисты решали, что они будут делать с захваченным Сити, Леон и коллеги решали, как незаметнее одеться. Решили, что самое главное — явиться на работу в замусоленной обуви. Ведь хорошо начищенная обувь — первый признак джентльмена.

Наконец наступило с трепетом ожидаемое 1 апреля. Моя приятельница, работающая в Сити, рассказала, что даже люди, которые не знали, что такое джинсы, пришли в них на работу. Коллеги Леона пришли в грязноватой обуви.

А сам он, как и многие другие, наоборот, оделся в этот день еще более формально, чем обычно. 1 апреля он пошел на работу в начищенных до блеска ботинках, в белоснежной рубашке, в дорогом галстуке и с ноутбуком в руках. Настоящий британец, он не хотел подчиниться угрозам. Некоторые смельчаки пришли в Сити в котелках и с тросточкой в руках.

Коллеги Леона в нечищеной обуви страдали недолго — у них в лобби офиса ежедневно работает чистильщик. Он трудоустроен благотворительным обществом, которое помогает бездомным и неприкаянным снова влиться в общество и получить профессию и заработок. Делается это благодаря финансовой поддержке больших корпораций. Неудивительно будет, если и только что арестованные за беспорядки демонстранты в будущем примут такую благотворительную помощь, ведь выйдя из тюрьмы, легко оказаться бездомным и безработным.

Так и движется перпетуум-мобиле гражданского общества в Англии — даже если человек нарушает закон, скажем, побив кого-нибудь, выражая таким образом свое недовольство существованием людей, которые делают деньги, он заново получает шанс достойно вернуться в общество, начищая обувь тех, кто делает деньги.