Неудобные какие деньги, — с досадой сказал инструктор по вождению Сергей, раскрывая бумажник и демонстрируя неформатные купюры, нахально вылезающие из кожаных границ. — Доллар же лучше, правда?» Докризисным летом Сережа впервые собирался в отпуск за турецко-египетские пределы. Канары вынудили расширить валютные горизонты и ознакомиться с единой европейской валютой. При всем богатстве выбора курортов Старого Света другой альтернативы у автоучителя не было.

Наше личное вхождение в зону евро случилось 2 января 2002 года на двадцатиградусном морозе. Евро ходил в Финляндии второй день и по одним улицам с прошлыми марками. Двуединство нас и остудило: водитель подошедшего автобуса принимал плату на входе, по очереди и не слишком торопясь. По-фински невозмутимо он переналаживал свою кассу раз пять — на остановке столпились разновалютные пассажиры. Никто не роптал: законопослушные финны смиренно приняли единые деньги. Хотя здесь, как и в остальной Европе, все чуть-чуть подорожало — более темпераментные немцы немедленно ввели в оборот каламбур «тойро», составленный из слов «дорого» и «евро». Это была плата за прогресс, за Европу без границ и павшие барьеры на пути свободного движения капитала и товаров, за новый шаг к общему столу, за которым усядется весь континент. Из кусочков стран складывался пазл Евросоюза, и без общей валюты он грозил снова распасться на части.

О единых деньгах Европа заговорила давно — аж тридцать лет назад. В 1979 году еще не оформленный юридически Евросоюз завел для внутренних расчетов ЭКЮ, то есть европейскую валютную единицу, если расшифровать английскую аббревиатуру. Вышло очень похоже на старинную французскую денежку, возможно, поэтому ЭКЮ не прижились и в наличный вид не перешли. В конце 90-х, когда Евросоюз восстал из бумаги и призрачную валюту стали менять на полновесную, ее не слишком оригинально назвали «евро». Австрийцы иногда хвастливо именуют евро «калинами», тем самым подчеркивая, что дизайн еврокупюр создал их соотечественник. Штатный дизайнер Нацбанка Австрии, то есть человек неслучайный, Роберт Калина победил в честном анонимном бою 43 конкурента и представил свой взгляд на тему «Эпохи и образы Европы». Образ Европы увиделся ему в виде арок, окон и мостов — арки или окна на лицевой стороне символизировали «дух открытости и кооперации», мосты на обороте — связь между странами. С эпохами разобрались еще проще: на пятерке арка и мост — классического стиля, на десятке — романского, на двадцатке готическое окно и мост тоже, ну и так далее, до архитектуры нашего века на банкноте в 500 евро.

Монетки евро — один и два и монетки-центы в широком ассортименте от полтинника до копейки ваял бельгийский дизайнер Люк Люикс. Реверс с обозначенным на нем номиналом един для всех стран и изображает карту Европы со сдвинутым (чтобы влез) Кипром: разделенную границами на центах и безграничную — на евро. Аверс — национален, и каждая страна изощряется как может — от портретов монархов (где они есть) и символов страны до памятников искусства и «витрувианского человека», как в Италии. Оригинальнее всех вышло у греков: на их двухевровой монете Европа изображена два раза — на одной стороне в виде карты, на другой в виде мифологической девушки, которую похищает Зевс в образе быка. Перечислять все картинки — бумаги не хватит, и даже точное их количество указать сложно, поскольку оно все время меняется: сегодня зона евро шире, чем была в день «Е» — 1 января 2002 года. К чести евровалюты ее твердость и стойкость к агрессивным средам, доказанная учеными из Мюнхена. В тамошней детской больнице исследовали цент, проглоченный малолетним пациентом, и с радостью констатировали, что центы из Европы, не в пример американским тезкам, в желудке коррозии не поддаются и ничего вредного не выделяют.

Не отставая от доллара, евро обзавелся собственным значком. Изобразить его до сих пор может не каждый компьютер, особенно из тех, которыми торгуют за нашим забором. Ђ отсылает нас к колыбели цивилизации, поскольку намекает на греческую букву «эпсилон», а в параллельных палочках внутри Еврокомиссия предлагает увидеть стабильность евро. И вообще, это первая буква в слове «Европа», что не отменяет предыдущих резонов, а придает символу лишнее измерение.

К дню «Е» Европа готовилась загодя и серьезно. Всех заинтересованных оповестили, для чего, например, во Франции пришлось искать переводчиков с тупи-гуарани и прочих экзотических языков — в карманах бушиненге, ваяпи, вайана и других жителей Французской Гвианы тоже появлялись евро. Кого надо было — обучили: младшеклашкам предложили задачки с евро, тинейджерам — игру «Монополию» с расчетами в новой валюте. Где-то, как в той же Франции, выпустили специальные калькуляторы пересчета валют, фирма Microsoft изменила кодовую страницу символов, добавив к ней значок Ђ. Отчеканили 51 миллиард 611 миллионов монет на общую сумму 15 с лишним миллиардов — чтоб не возникли затруднения со сдачей. А лучше всех подготовились кожгалантерейные фабриканты, все эти вюиттоны и разные гуччи сняли сливки с новых размеров купюр. В Италии, Финляндии, Бельгии народ разметал подросшие «лопатники», как туалетную бумагу при советской власти. Вот зачем, для нас загадка: никаких крупноформатных денег западный народ в бумажниках не держит, в Финляндии и банкоматы-то выдают купюры не выше 50 евро по номиналу. Но стольники и пятисотки, привезенные из России, в магазине принимают и даже удивляются не очень. Кстати, 1- и 2-центовых монет в Финляндии нет — что несколько повышает магазинные доходы, поскольку цены в 9,99 и так далее вовсе не редкость.

Бумажниковый бум помог избавиться от старых денег: «Потрать на распродаже последнюю марку!» (франк, гульден, песету, лиру, нужное подчеркнуть) — призывали все супермаркеты и универмаги. Старые деньги пошли на компост, причем в прямом смысле слова: в Германии отработали новую технологию и получают из них удобрения. Привет от Буратино: сколько на Поле Чудес ни сиди, новые евро на компосте не вырастут. И прошлой мелочи нашли применение: забродила идея восстановить Родосский Колосс — статую Гелиоса, одно из семи классических чудес. Ее предлагают отлить из монет, пошедших в металлолом после перехода на евро. Эту идею покуда не осуществили, а вот памятник евро уже стоит — синенькая буква «е» с перекладинками в окружении игривых желтых звездочек оживила площадь перед штаб-квартирой Европейского центрального банка во Франкфурте-на-Майне. И премией Карла Великого евро уже наградили: «За выдающийся вклад в достижение европейского взаимопонимания и всеобщего мира».

Кое-кто, по преимуществу Скандинавия, заупрямился и убить родную валюту, пусть даже ради мира и взаимопонимания, не дал. «Я хочу каждый день видеть Сельму Лагерлеф, я хочу каждый день видеть Нильса на гусе», — так высказался по этому поводу некий швед, и его мнение разделили более половины соотечественников. В результате Швеция в зону евро не вошла. Проигнорировали европейскую валюту и ее соседки, Норвегия с Данией, отчего, путешествуя по Северной Европе, мы рассчитывались с друзьями аж в шести валютах (иной раз вмешивался доллар, и рубль вставлял свои пять копеек). Лучше бы мы с размерами мучились, ей-богу!

Осенний экономический ураган занес неловкие евро в загашники широких масс, несогласных с девальвацией рубля. Личные потребительские корзинки стали бивалютными. Безнадежно устарел некогда слышанный нами смешной диалог украинца и россиянина, обсуждавших, какая купюра у них в стране самая крупная. Теперь это не сто баксов, а пятьсот евро. Их, кстати, и в атташе-кейс больше влезает: 7,4 млн евро против 1 млн долларов. Это (к счастью или к сожалению, не знаем) пока не слишком массовая проблема. Народ больше тревожится, чтоб не подсунули фальшак, и мы слегка пособим народу. Одна из степеней защиты евро доступна всякому, кто знает латинские буквы и арабские цифры. Номер купюры и есть защита — сумма цифр должна соответствовать букве. Кому не лень и кто волнуется, найдет таблицу соответствия в Интернете.

И твердо запомните: род — мужской. Характер тоже — евро не склоняется. В свете последних событий это звучит двусмысленно, не так ли?