Каринна Москаленко, адвокат:

— Адвокатов начали отстреливать, и это очень тревожный знак. До сих пор подобное происходило где-то далеко, на Кавказе. Все обычно апробируют в том регионе. Они каждый раз чуть-чуть заступают за черту, теперь эта черта уже перейдена. Мне совершенно очевидно, что это убийство Маркелова совершено из-за его профессиональной деятельности. Надо не дать следствию замотать дело. У меня нет ощущения, что убийство прямо связано с делом Буданова. Если бы Маркелов воспрепятствовал выходу Буданова на свободу, то можно было бы говорить о мести. Но Буданов освобожден, он сбежал и надежно спрятался. Теперь никто не сможет ничего сделать.

Василий Сызганов, адвокат, вице-президент Института верховенства права:

— Сейчас я читаю в новостях, что убили «адвоката семьи Кунгаевых». Не думаю, что Буданов, отсидевший восемь с половиной лет, жил все это время мечтой отомстить адвокату противоположной стороны в процессе. Скорее связываю то, что произошло, с работой Станислава Маркелова по антифашистской линии. Он представлял интересы потерпевших в делах об убийстве антифашистов, давал консультации. Возможно, его убили неонацисты, подгадав убийство к дню выхода Буданова на свободу, чтобы направить следствие по ложному пути. Станислав говорил мне, что постоянно получает угрозы от фашистских организаций.