Почти никто не знает, кто у нас в стране главный моряк. Чтобы это выяснить, надо определиться: какая структура является в России самой главной морской. Есть, например, Морская коллегия при правительстве — «постоянно действующий координационный орган, обеспечивающий согласованные действия органов власти и организаций в области морской деятельности РФ». Возглавляет Морскую коллегию (далее МК) вице-премьер Сергей Иванов, бывший главный чекист и главный военный России, а до того — мелкий разведчик. Вот он в настоящее время и является нашим главным моряком. Помимо Иванова, в коллегии много и других «морских волков»: министр сельского хозяйства, глава Федеральной таможенной службы, замминистра МВД — их там порядка 40, просоленных и продутых всеми ветрами мужиков, чьи тельняшки не заметны, наверное, только потому, что скрыты под дорогими рубашками.

Можно было бы иронизировать и далее, если бы все эти уважаемые люди не принимали решения, касающиеся тех вещей, о которых не имеют никакого представления. Именно они распоряжаются не только отраслью экономики, но и судьбами моряков, которые, как известно (видимо, в силу компетентности руководства), почему-то предпочитают плавать под флагами других стран. Вот подобному «безобразию» и была объявлена война.

В начале 2010 года прошло заседание МК под названием: «О мерах по обеспечению социальной защищенности российских моряков, работающих на судах под иностранным флагом». Председатель этого действа, Сергей Иванов, открыл тему следующей фразой: «Среди членов Морской коллегии, по-моему, нет желающих работать по найму на иностранном судне под флагом удобства». Удивительно, как много можно выразить одной фразой, продемонстрировав при этом абсолютное незнание предмета!

Начнем с пустяков: никто в судоходстве не говорит «флаги удобств», они — «удобные флаги», то есть те, под которыми регистрируют (вынуждены регистрировать) свои суда почти все судовладельцы России. «Удобными» они прозваны потому, что дают возможность судовладельцу выжить и не разориться. Что касается «удобств», так это из несколько иной сферы человеческой жизнедеятельности… Вроде бы — словесная придирка? Нет — это стиль управления.

Почему МК вообще озаботилась моряками? Потому что 2009-й кризисный год очень тяжело дался судоходству: некоторые судовладельцы разорились, а в СМИ чередой шли новости о брошенных на чужбине судах и экипажах.

На этой теме недурно сыграл РПСМ (Российский профсоюз моряков), раздувавший проблему до тех пор, пока она не подперла Морскую коллегию. Цель РПСМ проста — максимальная власть над плавсоставом и судовладельцами. А в чем же задача МК, коллегия, судя по всему, так и не поняла. Вот что заявил Иванов: «…моряк все решения по своему заграничному трудоустройству принимает практически самостоятельно. Устроившись на работу на судно под «флагом удобства», он практически не производит никаких отчислений в фонды обязательного медицинского, социального страхования, в Пенсионный фонд, не платит никаких налогов с заработной платы. <…> Не вступает в профсоюзы моряков, и не вступает потому, что за все это тоже надо платить. Когда же в результате этой тотальной экономии моряк попадает в сложную жизненную ситуацию, он, естественно, вспоминает о Родине, о России, и говорит, что она обязана помочь ему в любой ситуации».

Вот ведь какие мерзавцы — платить не хотят, а требуют… В результате МК приняла решение: забота о моряках — не их, коллегии, дело, а задача миграционной службы и профсоюза (РПСМ).

Чтобы оценить всю дикость сказанного и принятого, для начала попробуем посчитать, а сколько вообще в РФ этих мерзавцев — моряков и рыбаков? Знаете, Морская коллегия — не в курсе. И в интернете цифр не найдешь. То есть государство просто не знает о целой категории своего активного населения ровным счетом ничего.

Пойдем методом аналогии… Известно, что в Украине морским трудом занято 70—80 тысяч человек. В РФ вряд ли меньше, хотя бы потому, что нас окружает больше морей. Предположим, что налогов они не платят с зарплаты, допустим, в 500 долларов (беру минимум, поскольку средняя — ощутимо больше). Умножаем условные 70 тысяч на условные 500 и на безусловные 12. Получается — 420 миллионов долларов в год. Эти деньги идут в Россию. Их получают семьи моряков, пуская их в оборот: покупки, строительство, сбережения. И с этих крутящихся в обороте денег налоги платятся.

Вообще-то во всем мире принято радоваться, когда деньги идут в страну извне. На Филиппинах или в Египте трудовая миграция даже поощряется, а в некоторых странах мигрантов вообще освобождают от налогов. Но МК по этому поводу, наоборот, сокрушается, хотя ее членами являются и замминистра финансов, и глава союза российских судовладельцев (СОРОСС), и министр транспорта, и глава МЭРТ, — но никто из них главного моряка не поправил. Может быть, потому, что они тоже не знают разницы между нефтедолларами и долларами, заработанными своим трудом?

Получилось, что на моряков, которые не пьют запоем, не стоят на бирже труда, не выклянчивают пособия, а много и тяжко вкалывают, просто взяли и плюнули. От них отказались. Видите ли, работают, где хотят, а не где позволено, попав же в беду, имеют наглость просить Родину о помощи.

Продолжу цитирование С. Иванова: «Идеально права наших моряков могут быть защищены, только когда они под российским флагом. Это аксиома. Под иностранным флагом — частично. А в случае когда они сами устраиваются —это их собственные проблемы, это их риски».

Филиппины, Индия, Китай давно уже делают все возможное, чтобы стать источником кадров плавсостава для всего мирового флота — вот это как раз аксиома для любого вменяемого государства. И европейцы к тому же стремятся, и американцы, только у них молодежь на флот идет неохотно, а комсоставу, например, из стран Африки или того же Китая, в мировом судоходстве доверяют не очень — вот почему наши моряки в такой цене.

Давайте же определяться, чего мы хотим. Чтобы количество наших моряков равнялось возможностям нашего флота, а остальных — на биржу? Или чтобы российские моряки трудились по всему миру, отбирая рабочие места, деньги и престиж у прочих стран? Кто-то стремится к тому, чтобы стать источником квалифицированной рабочей силы, а кто-то к тому, чтобы этот источник заткнуть. Кто-то стремится к максимальным денежным поступлениям в бюджет и предоставляет разнообразие выбора своим гражданам, а кто-то — наоборот.

Хорошо, если цифрами оперировать проще, чем думать о судьбах, определим: какова цена вопроса? Насколько именно разорили наше отечество проходимцы-моряки? От РПСМ приплыла цифра — Россия в тяжелом 2009 году помогла 500 своим морякам, попавшим в различные неприятности. По моим подсчетам, реально Россия помогла от силы сотне своих граждан, но не будем мелочиться. Пусть 500 — и не забудем: в очень тяжелый год. В среднем кладем на помощь каждому 3000 долларов, потому что помощь государства — это не выплата долгов по зарплате, это — стоимость репатриации и, возможно, других неотложных расходов — ну накормить человека. Умножаем 3000 долларов на 500 человек и получаем 1,5 миллиона долларов. Полтора миллиона. Против сотен миллионов, которые моряки ежегодно приносят в Россию.

Если вернуться к «аксиоме Ивано-ва» — о том, что никто из членов МК не хотел бы работать под удобным флагом (хотя многие из них с удовольствием держат в банках этих флагов свои деньги), то стоит отметить: сыграй судьба с министрами злую шутку, не оставив другого выбора, — побежали бы как миленькие.

И вообще в современном глобализированном мире моряк работает не под данным флагом, а у данного судовладельца. Большинство профессиональных российских моряков предпочитают работать в иностранных компаниях, потому что там значительно выше оклады и лучше отношение. К тому же на всех просто не хватит российских судовладельцев, которые могут положить им зарплаты мирового уровня.

Но это еще не все. Если моряки наплюют на оклады и, побуждаемые патриотическими призывами членов МК, пойдут только на суда под флагом РФ, то большинство останется без работы — у нас просто нет такого флота.

И вообще российский моряк предпочитает заходить в родные порты под иностранным флагом, потому что он хоть как-то, да защищает его от произвола властей. Самый бесправный человек в российских портах — российский моряк на судне под российским флагом.

Во всем мире, за крайне редкими исключениями, вроде КНДР, оформление судна — вопрос 2—3 часов. У нас оно растягивается на сутки. Наши пограничники и таможенники шерстят судно и его экипаж как заведомо несомненных перевозчиков наркотиков и террористов. Во всем мире судно тщательно обыскивают только тогда, когда есть серьезные и обоснованные подозрения. У нас — все суда без исключения. Если моряк провез контрабандой ящик виски, то и черт с ним, считают во всем мире — простой судна обойдется куда дороже. В нашей стране ящик виски или десяток колес для «японки» перевешивают любые убытки от простоя, которые достигают десятков тысяч долларов. Во всем мире оформленное и поставленное к причалу судно уже никем не контролируется, кроме проходной порта. У нас на каждом судне дежурят вачманы — стерегут границу и покой Родины. Вот два судна соседствуют у причала — оба одной и той же компании. Перейти с одного на другое нельзя. Это угрожает безопасности Российской Федерации.

Но наши власти еще пекутся и о морали. Моряк может провести на судно только официально зарегистрированную жену, а также мать или сестру (если совпадают фамилии). Любимую он уже не проведет.

Если экипаж полностью российский, то моряки теряют минимум 12 часов берега и общения с семьями и любимыми, потому что заявка на отход подается заранее, пограничники забирают паспорта, а так как моряки без паспортов в порт не попадут, они вынуждены возвращаться на судно за полсуток до отхода. Те, кому часто и надолго приходится расставаться с семьями, смогут оценить это зверство.

Но тут есть маленький садистский нюанс — если в составе экипажа есть хоть один иностранец, то вышеописанная процедура необязательна: паспорта проверяют непосредственно перед отходом. Потому на судах с российскими экипажами стараются иметь в составе экипажа одного-двух иностранцев — граждан Украины, например. Жить становится хоть немного, но легче.

В обстановке всех этих прелестей иностранный флаг защищает моряка от огромного количества проверяющих инстанций. Иностранца могут проверить погранцы, таможня, портконтроль да еще санэпидемстанция. Сколько инстанций имеют право проверить российское судно, не знает никто. Безо всяких шуток. Я присутствовал на нескольких заседаниях руководителей морской отрасли, и всегда назывались разные цифры — от 20 до 30 контор, имеющих право подняться на борт с проверкой. Даже не могу вообразить, что же это за конторы — не хватает фантазии. Суть, впрочем, проста: каждый проверяющий стремится обратить проверку на пользу своему карману, а величина этой пользы зависит от степени неприятностей, которые способен причинить проверяющий. Мелкий клерк может забежать на судно в поисках опохмелки, а ребята покруче ищут более весомые обстоятельства. Иногда их «вес» измеряется в десятках и сотнях тысяч долларов.

Вот почему быть российским моряком на российском судне в российском порту не только крайне тяжело, но и унизительно.

Мне кажется, члены МК про это знать не хотят, это их совершенно не волнует, это что-то из области существования низших форм жизни. И знаете, наверное, как неприятно, когда все эти «микробы» еще что-то требуют, отвлекая от важных и весомых дел…