— Я обычный менеджер в небольшой калининградской фирме, связанной с информационными технологиями.

Воспитываю ребенка. Кормлю семью. Экономическая ситуация в Калининградской области тяжелая, но я не назвал бы ее критической. Тем не менее ошибки регионального правительства очевидны. Многие предприятия за время правления Бооса закрылись. Возможно это, конечно, связано с ошибками, допущенными на федеральном уровне, но Боос недостаточно лоббировал интересы калининградцев в Москве. Большинство жителей возмущены такой позицией губернатора. Вероятнее всего, если Кремль не сделает позитивные шаги в направлении Калининградской области, на следующий митинг соберется в 2—3 раза больше людей.

Я хочу сказать, что калининградцы — далеко не бунтари. Митинги у нас проходят очень спокойно, ранее каких-либо всплесков негодования не было. И 30-го на митинге, который, насколько я знаю, собрал 10 тысяч человек, не было ни одного инцидента. Ощущается какая-то культура поведения: как у милиции, так и у протестующих.

Прежде я никогда не ходил на митинги. Я беспартийный и, честно говоря, ни в какие партии вступать не хочу. Думаю, что такая позиция у большинства калининградцев. Нам важны условия существования, а не флаги над головами. Перед этим митингом власти слишком поздно попытались спасти ситуацию. Население города было уже настроено прийти и пришло (о чем, кстати, УВД предупреждало, даже вроде с количеством они не ошиблись, всё было прогнозируемо). На самом деле транспортный налог стал просто последней каплей. Общество было настроено на протест задолго до этого.

Я хочу рассказать об этом дне. 30 января в Калининграде была ужасная погода. Гололед, сугробы. С утра потеплело до нуля — к гололеду добавилась слякоть. Я проснулся, помылся, побрился, созвонился с другом, и мы поехали на автобусе на митинг. Пока ехал, позвонили несколько знакомых и спросили, еду ли я. Подходя к площади, встретили еще нескольких знакомых, бывших однокурсников, которых я год не видел. С ними и отправились на площадь перед Домом Советов.

Мы несколько раз прошли через толпу, понаблюдали за происходящим. Драйв был, конечно, очень мощный. Что-то типа концертов open air. И очень расслабляющая обстановка: люди смеялись, улыбались, извинялись, если друг друга задевали в толпе. Очень-очень дружелюбно было.

Предыдущий митинг, 12 декабря, был больше похож на День города. А этот, 30 января, — более жесткий, серьезный, с политическими требованиями. Народ устал и был готов на решительные действия, но в рамках закона. Все недовольство вылилось вот в такую явку, в такой сильный протест.

(«Новая газета» благодарит коллег из калининградской газеты «Дворник» за помощь в подготовке этого материала.)