Вот ссылка: http://onk-moskva.hrworld.ru/news_onk/otchiet-obshchiestviennoi-nabliudatiel-noi-komissii-ghmoskva, по которой можно зайти на сайт Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) Москвы и скачать документ: это своего рода приговор преступной группе, убившей юриста Сергея Магнитского в московских СИЗО (слово «преступная» мы используем здесь не в уголовно-правовом, а в более общем оценочном смысле).

Члены ОНК, возглавляемой правозащитником Валерием Борщовым, провели не уголовно-процессуальное, не парламентское, не журналистское, но общественное расследование, позволившее воссоздать последовательность событий и сделать из них вполне однозначные выводы. А именно: Магнитский, которому по результатам обследования врачами в СИЗО «Матросская Тишина» была показана операция желудка, накануне ее проведения под надуманным предлогом был переведен в «Бутырку», где условий для лечения не было, а жалобы на отсутствие медицинской помощи просто игнорировались (все подробности в отчете ОНК по ссылке).

Кроме поименно названных виновных и объективной стороны этого убийства уже понятно и то, что здесь не халатность, а преступление с косвенным умыслом: администрация СИЗО, врачи и следователь, с которым согласовывались переводы заключенного, не ставили целью его убить, но такую возможность сознательно допускали. Цель «заказчика», то есть того, по чьему негласному поручению это убийство свершилось, вероятно, заключалась в том, чтобы заставить Магнитского замолчать: юрист знал детали хищения 5,4 млрд рублей из бюджета через близкие к правоохранительным органам фирмы, о чем «Новая» рассказала еще за год до его смерти в СИЗО (№88 за 2008 год). Не до конца понятно распределение ролей в преступной группе, это предстоит, по идее, выяснить официальному следствию и суду, но общая картина уже известна благодаря Общественной наблюдательной комиссии Москвы.

Поскольку «Новую» часто упрекают в видении только плохого и страшного, мы поищем в этой истории «позитив». Был ли Магнитский в чем-то виновен или вовсе ни в чем, он оплатил для нас своею смертью возможность проникнуть с помощью наблюдателей ОНК в тот мир, о котором большинство законопослушных граждан предпочитает не знать, пока кто-то из их близких туда не попадает. Но трагическая смерть Магнитского — не единственный фактор, который сделал возможным это не для всех приятное открытие и привлек внимание к тюрьме.

Много лет российские правозащитники (попрекаемые «отрабатыванием денег западных фондов») добивались и добились принятия Федерального закона «Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания» от 10 июня 2008 года (№76). На основании этого закона в регионах образованы общественные наблюдательные комиссии, их членам Общественная палата РФ выдала соответствующие мандаты. И если бы не этот закон, никто бы никаких правозащитников в «Бутырку» и в «Матросскую Тишину» не пустил и не стал бы с ними разговаривать. В случае со смертью Магнитского правозащитникам также чинились препятствия, их собеседники: медперсонал, соседи Магнитского по камере и другие — вряд ли были полностью искренни при беседах в присутствии представителя УФСИН, но даже и в этих условиях расследование ОНК оказалось эффективным, и его результаты игнорировать уже нельзя.

Позитив мы видим в небесполезности усилий гражданского общества, пусть их КПД еще крайне низок. Можно чего-то добиться даже через такое декоративное образование, как Общественная палата: многие люди, назначаемые туда, сами по себе совсем не декоративны, и они что-то делают. И вот результат: убить любого человека в СИЗО пока еще не трудно, но скрыть это уже немного труднее. Вот бы еще так же продвинуться в сфере общественного контроля на следствии и в суде.

 Ведь убийство Магнитского (а к нему причастен не только следователь, но и судья, который, игнорируя аргументы о критическом состоянии здоровья, продлял срок содержания под стражей) позволяет оценить как бы с изнанки излюбленный аргумент сотрудников правоохранительных органов и судей о «тайне следствия» и невозможности общественного контроля в этой области. Конечно, для борьбы с преступностью тайна следствия и другие профессиональные юридические «тайны» важны, но они часто скрывают как раз преступления самих «правоохранительных органов». А страшнее их для общества ничего нет.

Магнитского заставили замолчать. Хотелось бы в том числе, чтобы в страшную цену, которую он заплатил, было включено полноценное расследование той аферы по хищению 5,4 млрд рублей из бюджета с использованием «правоохранительных органов» в 2007 году, о чем его заставили замолчать с помощью убийства.