Выставка рисунков Александра Ливанова в редакции журнала «Наше наследие»
       
       При нынешнем устройстве творческой жизни нелегко отделить искусство от сопроводительных деклараций. Мол, «художник хотел сказать, что...»
       Александр Ливанов таких объяснений не любит. Он из числа тех авторов, которые ставят в тупик юных арт-критиков. Уж больно затейлив диапазон его интересов: от «фигуративного» рисования в камерных жанрах натюрморта или пейзажа до вполне отвлеченных композиций в технике фотоколлажа и даже беспредметной живописи.
       Потомственный график (в каждой домашней библиотеке, если она отсчитывает «стаж» с послевоенных лет, есть книги в оформлении Андрея Ливанова или Александры Билль, родителей художника, верных школе Владимира Фаворского), Ливанов считает себя «опоздавшим шестидесятником». Выпускник ВГИКа начала хрущевской оттепели, он не бросился сколачивать имя на ниве «другого искусства». Правда, тем же началом 60-х датировано и возникновение экспериментальной литографской мастерской на Верхней Масловке. Молодые художники — среди них был и Ливанов — получили тогда возможность поисков новой художественной формы, их сюжеты и темы вырастали из движения на бумаге отвлеченных геометрических форм и цветовых пятен.
       «Все работы, выполненные в студии, фиксировались в журнале, оставался контрольный оттиск, — вспоминает Ливанов. — Раз в месяц приходил строгий товарищ «из органов», внимательно сличал записи с наличием работ, интересовался тематикой и записывал свое резюме. Строжайше запрещалось наличие какого-либо текста в изображении. Перед всенародными выборами мастерскую, как имевшую отношение к печати, опломбировывали дня за три до начала голосования».
       И сама студия, и значительная часть ее архива погибли в начале 90-х, в момент передела собственности многочисленных творческих союзов.
       Как и прежде, Ливанов сегодня не слишком следит за тем, чтобы оказаться в нужное время в нужном месте. Отсюда — некоторая режиссерская непоследовательность по отношению к самому себе: только что его графика демонстрировалась на весьма и весьма современной «Арт-Москве» — и вдруг новая выставка в редакции журнала «Наше наследие».
       Если говорить о вкладе российских графиков в художественную культуру завершающегося столетия, одним из первых стоит назвать именно карандашный рисунок. В европейской практике его даже не принято отделять от пастели или работы цветными мелками — у нас ряд первоклассных имен открывают Михаил Врубель и Дмитрий Митрохин. В этом смысле экспозиция Ливанова «Рисунки разных лет» оказывается в русле традиции. Здесь только рисунки, выполненные простыми или цветными карандашами (нужно иметь известное мужество, чтобы браться за столь «архаический» материал в эпоху повсеместного компьютерного рисования). Сюжеты обыденны, иногда вроде бы даже ничтожны: разбитый стакан, посуда, забытая на столе, несколько электрических лампочек. А еще машины на автобазе, деревянная скульптура XVIII века (по странному совпадению Пермская картинная галерея, представляющая в эти дни свою скульптурную коллекцию в Инженерном корпусе Третьяковки, привезла в Москву «кое-кого» из «персонажей» ливановских рисунков), архитектура провинциальных среднерусских городов, портреты...
       Словом, все то, что уж никак не назовешь «актуальным», но что так соразмерно жизни реального человека.