Две недели назад нам позвонил пресс-секретарь ВМФ Игорь Дыгало и сказал, что моряки поддерживают нашу идею выпустить марку «Курск». Он даже обещал прислать в редакцию официальное письмо с подписью главкома ВМФ Куроедова.
       Нам также позвонили из «Центромарки» и сказали, что наша идея рассматривается на уровне министра связи РФ. Что есть определенные сложности. Что больше всего чиновники боятся выпустить благотворительную марку, которая не найдет спроса у населения, останется нераскупленной, как было, по их словам, уже не раз.
       Возможно, чиновники правильно боятся, потому что печальных примеров, когда деньги идут не на благотворительные цели, а в чей-то карман, предостаточно. Мы же предлагаем государству принять участие в общественной инициативе, а не приватизировать идею благотворительности. Возможно, это будет тот редкий случай, когда государство докажет, что может быть предельно честным. Поэтому мы предлагаем государству свою помощь и продолжаем акцию «Наша марка».
       Мы предлагаем вниманию читателей письмо, которое поступило в редакцию.
  
       «После случая с открытым письмом Ирины Лячиной у меня возникли опасения за Вашу акцию «Наша марка «Курск». Потому что все подозрения — на что пойдут деньги, выделенные на помощь родственникам погибших моряков,— оправдались. На книжки, на открытки и прочую ерунду. Только не на реальную помощь.
       Меня поражает тот факт, что в комиссии девять чиновников и ни одного родственника, кроме Лячиной. Люди могут разочароваться и озлобиться и перестанут воспринимать прекрасные идеи, на которые на самом деле не способны чиновники. А журналисты оказываются способны.
       Цель Вашей акции, как мне кажется, вовсе не деньги. Марка — это знак, это память и прежде всего — для наших детей и внуков. Это знак нашей с вами человечности, потому что мы-то людьми остались. Но одни вы эту идею не поднимете, потому что марка, даже почтово-благотворительная, — ценная бумага. Ее может выпустить только государство, и государство же может ее распространить по всем почтамтам России.
       Государство скажет Вам, что это не выгодно: когда было землетрясение в Армении, тоже выпустили марку. Тиражом 500 000, только ее не раскупили. Но тогда ведь и вагоны с теплой одеждой, которую люди посылали в Армению, грабили. А сегодня со всей России собрали столько же денег, сколько государство выделило на помощь родственникам погибших подводников. Так по крайней мере сказала Валентина Матвиенко. И в это я верю, потому что вы правильно написали: трагедия «Курска» изменила наше общество «до узнаваемости».
       А три рубля (сколько может стоить почтово-благотворительная марка) за память для моей внучки, за свидетельство о моей гражданственности — это не самые большие деньги. Дело вовсе не в них.
       Спасибо!»