Сюжеты

СКРИПКА И НЕМНОЖКО НЕРВНО

Этот материал вышел в № 9 от 07 Февраля 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Госоркестр начинает забастовку О конфликте между коллективом Госоркестра и его главным дирижером мы уже писали («Новая газета» № 48, 1999 г.). Сейчас Государственный оркестр взбунтовался и требует от своего учредителя — Министерства...


Госоркестр начинает забастовку
       
       О конфликте между коллективом Госоркестра и его главным дирижером мы уже писали («Новая газета» № 48, 1999 г.). Сейчас Государственный оркестр взбунтовался и требует от своего учредителя — Министерства культуры России — снять с работы главного дирижера и художественного руководителя — самого Светланова. За систематические... даже неудобно произносить... прогулы. Министерство упирается, входя в положение Евгения Федоровича: как тут не нарушать трудовую дисциплину, если работаешь одновременно в нескольких странах
       
       Невозможно не считаться с очевидным фактом: Государственный академический симфонический оркестр скоро год, как покинут его главным дирижером. Суд любой страны согласился бы на требование брошенной de facto стороны признать развод de jure. К тому же давно пора прекратить бессмысленное противостояние да заняться «изготовлением» музыки, потому что ею-то оркестр занимается между делом (а дело — борьба), не имея ни руководителя, ни серьезных гастрольных планов. Удачные эпизодические выступления Госоркестра скорее подтверждают нежелание коллектива стать вторым «персимфансом» — оркестром без дирижера. Пусть тот далекий опыт останется послереволюционным экспериментом.
       «Самоходный» оркестр не в состоянии исполнять самые сложные произведения симфонического репертуара без властной руки дирижера. У Евгения Федоровича руки как раз такие, которые нужны ГАСО, то есть «государственные». А вот душа его — за тридевять земель, в тридесятом царстве: работает Светланов на шведскую да голландскую короны.
       А слово «тридевять» давайте запомним: выраженное в цифрах (39), оно стало для оркестра неким печальным символом.
       Недавно в одном из телеинтервью министр культуры Владимир Егоров сказал приблизительно следующее: артисты Госоркестра, вместо того чтобы размахивать статьями КЗОТа, лучше бы свой профессиональный уровень повышали. Тут уж разобиделись все музыканты ГАСО, не только два народных и двадцать два заслуженных. Дружно вспомнили соловья из известной басни Крылова, который улетел за тридевять земель от критики некоего меломана. Оркестр подал иск в суд на министра культуры с требованием компенсации за «ущерб деловой репутации», выраженной именно в такой сумме — 39 полновесных рублей.
       И снова музыкальная общественность повергнута в шок — впервые в практике отечественного искусства симфонический оркестр объявил забастовку. Бессрочную, до принятия позитивных для оркестра решений. Это что же: музыканты собираются выходить на сцену и сидеть молча или играть на морозе под окнами Министерства культуры?
       Юрист Юрий Дерванов считает, что забастовка — это жест отчаяния. Главное — не нанести вреда творческим задачам оркестра. Поэтому она начнется 9 февраля и... будет приостановлена. Затем в любой момент возобновлена. Необходимое условие — соблюдение федеральных законов: о забастовке будет объявлено за десять дней до ее начала, возобновление — за три дня.
       Создается впечатление, что для Евгения Светланова скандал и шум вокруг его имени ничего не несут в себе, кроме рекламы и возможности лишний раз поплакаться в жилетку западным импресарио и выступить этаким «диссидентом новой волны». Компания, которая развернулась в прессе, с названиями статей: «Опера нищих: солист Светланов», «Покиньте пульт, маэстро!», «Маэстро взял фальшивую ноту», «Буду я еще по всяким Пырловкам ездить!» — на руку Светланову в контексте версии о «травле». Этим, наверное, объясняется и его стремление предельно обострить ситуацию: он давно уже предупредил министра культуры Владимира Егорова, что заявления об уходе тот не дождется.
       До сих пор что-то толкает отнюдь не обиженных советским государством деятелей культуры примерять одежды если не Солженицына, то Юрия Любимова. Но стать еще одним диссидентом Светланову не удастся. Евгений Федорович от государства никогда не страдал, а был всячески обласкан и награжден (по выражению тогдашнего министра культуры) «скрипкой Страдивариуса» — Госоркестром.
       Три с половиной десятилетия «скрипка» отменно звучала в руках Светланова. Теперь «скрипка» взбунтовалась и не хочет старого маэстро. Оркестр нуждается в новом дыхании и новых демократических параметрах взаимоотношений с главным дирижером, закрепленных новым уставом. Претензии Государственного академического оркестра: усугубляющийся с каждым днем финансовый и организационный коллапс, развал некогда мощного творческого организма, полное и длительное забвение художественным руководителем и главным дирижером своих обязанностей государственного чиновника высокого ранга.
       Министерство культуры, которое должно было бы не заводить дело в тупик, теперь наконец приняло решение... вернуть все на круги своя, то есть воссоединить оркестр с дирижером против их воли: оркестр в этом признается словесно — дирижер подтверждает своими поступками. Министр культуры решил довести свое решение до сведения оркестра в присутствии Евгения Светланова. Встреча их ожидала более чем прохладная. Выступивший от имени оркестра его профсоюзный лидер Андрей Мещеринов просто сказал: «Уйдите, Евгений Федорович, мы не хотим с вами работать».
       Похоже, музыканты не верят в искренность намерений дирижера перенести центр тяжести своих творческих интересов на Госоркестр. Светланов и Егоров вынуждены были покинуть Большой зал Московской консерватории и повторить попытку уже на территории министерства несколькими днями позже. В присутствии нескольких представителей оркестра был зачитан приказ министра об изменениях, внесенных в устав оркестра. В нем вместо директора оркестра вводятся должности двух помощников, зарплату которых главный дирижер имеет право устанавливать свободно и выплачивать из общего фонда заработной платы. Госоркестр как всякое бюджетное государственное учреждение еле-еле сводит концы с концами.
       Министерство проигнорировало требование коллектива включить в состав комиссии по изменению устава представителей оркестра несмотря на то, что коллективы госучреждений по закону имеют преимущественное право на участие в разработке устава.
       Одно только перечисление инстанций, занятых сейчас «делом Госоркестра», выглядит внушительно: два суда — Пресненский и Таганский с тремя исками, Министерство культуры, Московская регистрационная палата, Внешюрколлегия, газеты, радио, телевидение... Письма отосланы даже премьер-министру и патриарху Алексию.
       12 января Генеральная прокуратура приняла к рассмотрению протест коллектива против приказа Министерства культуры.
       В тот же день состоялась встреча, в некотором роде историческая. Профсоюзных лидеров Госоркестра пригласили наконец в горком профсоюзов работников культуры, который неожиданно предложил свои услуги в роли посредника (?) между Госоркестром и его работодателем — Министерством культуры.
       Начальник правового отдела горкома профсоюзов г-н Войтин до сих пор считал позицию коллектива бесперспективной. Теперь он заявил, что борьба оркестра за «самоопределение» — это «правое дело».
       Артисты недоумевают: что изменилось за это время — буква закона или курс доллара? И почему нужны посредники? «Министерство — наш учредитель, — говорят музыканты, — а оркестр — государственное учреждение, то есть «имущество», с которым необходимо общаться напрямую, без всякого прощупывания почвы».
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera