Сюжеты

ЖЕЗЛ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ

Этот материал вышел в № 13 от 21 Февраля 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Наш корреспондент патрулировал улицы Москвы вместе с элитным подразделением ДПС Экипаж элитного патруля отдельного батальона ДПС напоминает команду штурмовика. Два человека — один за рулем, второй на соседнем сиденье «Шевроле Кавалера», у...


Наш корреспондент патрулировал улицы Москвы вместе с элитным подразделением ДПС
   
       Экипаж элитного патруля отдельного батальона ДПС напоминает команду штурмовика. Два человека — один за рулем, второй на соседнем сиденье «Шевроле Кавалера», у клавиатуры современного ноутбука. Один отвечает за исход возможной погони, второй исполняет обязанности штурмана — отвечает за связь с «центром». Пассажиров не берут. Единственное исключение сделали для корреспондента «Новой газеты»
       
       20.00. Первый выезд и первое задержание. На передних сиденьях новенького «Шевроле» два сержанта — Андрей и Алексей.
       Экипаж «Авроры-82» вышел из себя, когда двигавшаяся впереди «Газель» дважды проехала на красный свет.
       — Знаешь, я бы его не остановил, — оправдывался Андрей, — но ехать на красный перед носом ДПС — это уже наглость.
       — Во-во, — подтвердил Алексей, — водители совсем охамели. Знаешь, есть несколько категорий водителей. Например, хорошие. С такими поговоришь — и на сердце легчает, и настроение улучшается. Ну и ты в свою очередь им определенные уступки делаешь. Часто даже не штрафуешь.
       Есть плохие водители. Начитаются всякого — и давай права качать. Есть тут одна парочка. Муж — адвокат, жена — прокурор. Представляешь! Более скандальных людей в жизни не встречал. Ну, естественно, доказываешь — и потом его по всей строгости. А на душе гадко становится.
       Есть водители-дети. Это те самые, у которых «большие» родители. Они, как из машины вылезают, сразу начинают пальцы гнуть: «А ты знаешь, кто у меня па-апа?»
       Есть — свои. Это сотрудники оперативных служб и правоохранительных органов. Тем прощается многое.
       Ну а с преступниками у нас особый разговор...
       21.00. Пикет на Ленинградском шоссе. Холодно. Скучно.
       — Как ты смотришь на то, чтобы покушать в милицейской столовой? — поинтересовался Алексей.
       — Очень даже радостно смотрю.
       И поехали мы, мигая люстрой, в ближайшее отделение милиции. Там обнаружилась весьма привлекательная маленькая столовая. Четыре стола, три официантки, прилавок-витрина.
       Кормят милицию хорошо. Меню — как в неплохом ресторане. Дешево и почти вкусно. За четыре полных ужина Андрей и Алексей, решившие угостить журналистов, выложили всего 114 рэ.
       Сытно покушав, экипаж «Авроры-82» направился на место своей обычной дислокации. К Центральному ботаническому саду. На полпути из постоянно бубнящей рации нам сообщили, что на некоем участке под кодовым названием 043 задержан человек, находящийся в федеральном розыске.
       — Представь себе, — поражался Алексей, — на том пикете проходит одна машина в час. Не больше. Но за месяц это уже третий «федерал».
       Минут через пятнадцать подъехали к точке 043. Пикет оказался маленьким ветхим скворечником вроде советской палатки «Мороженое». Возле него важно расхаживали довольные постовые. Увидев диктофон, они заулыбались, но быстренько ретировались. На растерзание остался один, по-видимому, самый довольный.
       — Меня зовут Сокол Павел Васильевич. Я рядовой инспектор ДПС. Ребята очень просили не снимать сам пикет. А про все расскажу вам я. Дело было так. Остановили машину. Собрали документы у всех пассажиров. Проверили по федеральной компьютерной базе. Бац — розыск. Кстати, останавливаем машины мы независимо от национальности пассажиров, — подчеркнул постовой, акцентировав мысль очередной разгрызенной семечкой. — Все равно осмотрим и проверим. Сейчас это очень просто. Если хочешь поговорить с федералом, то он вон там в «клетке» сидит.
       В поисках задержанного пришлось тщательно обыскать весь пикет-мороженое. Там его не оказалось. Задержанный нашелся сам. Из темноты с улицы донеслось: «Извините, вы не меня ищете?»
       Клетка представляла собой деревянный сарайчик, у которого вместо одной из стен — тоненькая решетка. Внутри сарайчика ежился от холода задержанный федерал. Лет двадцати пяти.
       — За что вас задержали?
       — Меня вообще-то разыскивает Армения. Мне у них служить в армии не хочется. Потому что я гражданин России. Армения из-за своей недоразвитости разыскивает не своего гражданина. Поэтому я на милицию не в обиде. Холодно только. И не переживаю я особо. Все равно через пять минут домой пойду.
       На прощание Павел Сокол, сделав страшное лицо, пожелал Алексею: «Удачной охоты Каа».
       23.30.
       — «Аврора-82», «Аврора-82», задержан угонщик, везите корреспондента, — зашипела рация.
       23.45. Место задержания. Где-то в районе станции метро «Войковская».
       — А у нас ошибочка вышла, — виновато произнес псевдоловец угонщиков, — нет здесь преступников. Разобрались. Машину парень купил честно. Его вроде как продавец надул.
       Достаю диктофон, иду знакомиться с патрулем.
       — Что говорить-то надо, ты скажи, — заговорщицки прошептал ловец.
       — Представьтесь, пожалуйста.
       — И все? Да ради бога. Меня зовут Михаил. Вот этот человек — ловец указал на высокого господина с бородкой и длинном плаще, — ни в чем не виноват.
       — А как вы попали в этот батальон ДПС?
       — Как, как... Объявление прочитал в газете. Вообще-то до этого я в торговле работал.
       Около полуночи. 55-й километр Рублевского шоссе.
       ДТП. Шикарный белый «Мерседес» налетел на панелевоз. Несмотря на страшное столкновение, водитель «Мерседеса» особо не пострадал. Он расхаживал вокруг своей уже не машины и злобно матерился, пытаясь глазами поймать шофера панелевоза. Последний отсиживался в своей кабине.
       — Что произошло? — поинтересовался Алексей.
       — «Догнал» я панелевоз, не видишь, что ли? Причем панелевоз этот ... стоял посреди трассы.
       — Кто стоял? Кто стоял? — это подошел осмелевший от вида патрульной машины водитель панелевоза. — Ни фига я не стоял...
       — Иди аварийку ставь, — проорал Алексей, — сейчас тебя еще парочка машин «догонит»...
       00.30. Движемся к Ботаническому саду — месту дислокации «Авроры-82».
       — Вас жены в патруль, наверное, как на войну собирают?
       — Не-а, — ответил за двоих Алексей, — привыкли.
       — Вот я, когда бизнесом занимался, — вспомнил Андрей, — вот тогда точно на работу, как на войну, собирался. А сейчас если и убьют, то табличку повесят. Погиб, дескать, при выполнении боевого задания, как герой.
       — Сплюнь, — предостерег Алексей.
       — А что, действительно убить могут?
       — Теперь ты сплюнь, — рассердился Алексей. — У нас тут недавно в одном из патрулей восемь дырок в «Шевроле» угонщики из «калашникова» сделали.
       — Сам-то оружие применял?
       — Один раз. Десять выстрелов сделал из автомата. Машину задерживал. Слава богу, водителя не зацепил.
       — Тяжело, небось, стрелять по людям?
       — Как сказать. Есть такое состояние, как раж. Вот если в него войти, тогда все равно. Главное — задержать. Потом, когда отойдешь, думаешь: «На черта этот человек мне сдался. Лучше бы он ехал и ехал себе».
       01.00. Прибыли на место дислокации.
       Андрей и Алексей, словно дирижеры, махали полосатыми жезлами. Машины, как дрессированные крокодилы, послушно останавливались. Водители молча протягивали документы. Экипаж молча их «пробивал». «Вот это и называется у нас текучкой», — пояснил Алексей. Становилось скучновато.
       01.50. Обстановку несколько оживил милицейский «уазик». Из него вышел сотрудник с автоматом и бронежилетом и встал как вкопанный около колонны, где и совершил преступление против нравственности. Через несколько минут автор этих строк тоже почувствовал непреодолимое желание совершить маленькое преступление против нравственности. Но при милиционере делать это как-то неловко. Решил спросить разрешения.
       — Ты че — стажер?
       — Не, корреспондент.
       — Корреспондент, говоришь... Ну иди, только за колонну спрячься.
       — А что вы здесь охраняете?
       — Как что? Академиков. (Это в два часа ночи-то!) И растения всякие важные.
       После такого исчерпывающего ответа ничего другого не оставалось, как идти совершать нравственное преступление.
       02.03. Покинул место преступления. Вернулся к «Авроре-82».
       Только мы налили чаю в крышку от термоса и задумались о прекрасном и вечном — о деньгах, как притихшая было рация оживилась.
       — «Аврора-82», ты пацанчика отвез?
       — Какого пацанчика?
       — Ну корреспондента этого. (Как здесь не обидеться? — Р. Д.)
       — Нет. Не отвез.
       — Тогда дуй на Дубнинскую. Там наши угонщика задержали.
       — О'кей, будем через пять минут.
       — Через пять минут не надо, — предостерег Андрей. — Не хочу чай на штанах наблюдать.
       Через пять минут. Въезжаем в ворота УВД. Там опять несколько жутко довольных патрульных. Увидев корреспондента, сразу указали на молодого улыбающегося гиганта в форме патрульного ДПС: «Вот этот поймал». Гигант засмущался, но мужественно ответил на все вопросы:
       — Меня зовут Алексей. Задержали мы просто — палку поднял, он и остановился. У него документов не было, замок зажигания вырван. Секретка на руле сорвана, дверного замка нет. Если хочешь, посмотри.
       Белый «Опель» действительно выглядел как жертва угонщика-профана. Внутри — как будто граната взорвалась.
       — За все время первый раз с такой наглостью сталкиваюсь. Главное, не признаётся.
       Задержанный оказался вредным типом и разговаривать отказался.
       02.45. Ботанический сад. Патруль продолжает проверять автомобили и их водителей. Интересуюсь у Алексея:
       — Как ты думаешь, у кого должны быть спецсигналы?
       — Мигалки должны быть только у оперативных служб. И все. Не знаю, есть ли на президентской машине спецсигнал, только он ему совершенно не нужен. У него всегда есть машина сопровождения ГИБДД, причем не одна. А что касается депутатов, то им вообще никакой спецсигнал не нужен. Они же народные избранники — вот пусть и общаются с народом. В метро или автобусе, например.
       — А ты побаиваешься тормозить машины с мигалками?
       — С чего ты взял? — улыбнулся Алексей. — Если хочешь, могу остановить любую машину со спецсигналами, кроме тех, у которых есть федеральный триколор. Выбирай.
       К огромному сожалению, ни одного «членовоза» за все наше ночное дежурство мы не обнаружили.
       03.15. Стало совсем холодно. Греюсь в «Кавалере». К машине подошел Андрей. «Пробил» по базе очередной паспорт.
       — О-па. Федерал. Пошли брать.
       Андрей поправил автомат, махнул рукой Алексею, и они вдвоем направились к старенькому «Москвичу».
       — Всем выйти из машины! Руки — на капот!
       От волнения автор этих строк едва сам не поднял руки вверх. Из машины вышли два корейца и с явной охотой выполняли все указания патрульных.
       Одного корейца после тщательного обыска отпустили. Второго в наручниках посадили в машину. Свободный кореец крутился возле патрульных и всячески намекал на вознаграждение за «понимание».
       — Иди отсюда, — грозно предостерег Алексей, — посмотри на монитор. А теперь в паспорт своего друга. Он? Он! Вот сюда посмотри. Читай: «Скрывается от следствия». Все в порядке. Так что вали отсюда, — закончил Андрей.
       Из рации донеслось: «Ты хорошо проверил? А то будет, как в прошлый раз».
       — А сто било в плослый рас? — обрадованно поинтересовался свободный кореец.
       — Не важно, — отрубил Андрей. И, наклонившись ко мне, смущенно произнес: — Тогда отчество не совпало...
       03.30. Отделение милиции. Ведем корейца Кима.
       Господин Ким осторожно возмущается. Выведенный из себя Андрей пододвинул к корейцу свой ноутбук и показал всю операцию пробивания с начала.
       — Смотри сюда. В федеральном розыске находятся 208 Кимов. Ни фига себе... Так вот, а с твоим отчеством, именем, датой-местом — один. Значит, это ты.
       — Кимов много... — многозначительно заметил Ким.
       04.00. «Аврора-82» вновь на своем посту. Машин все меньше и меньше. Город дремлет. Водители становятся все более вредными. Один долго и настойчиво объяснял, что он работает в пресс-службе ГИБДД, и дела просто так не оставит.
       — Заметь, давит на правоохранительные органы, — подчеркнул Алексей.
       Другой, задержанный абсолютно без всяких документов на машину, пытался уговорить Алексея «пойти навстречу». Мотивируя, что все мы — участники дорожного движения.
       — Сейчас взятку давать будет, — пояснил Алексей.
       Кстати, о взятках. Говорят, что гаишники (извините — гибдэдэшники) и патрульные ДПС — самые большие лихоимцы. Не согласен. Во-первых, самые большие взяточники вовсе не гибдэдэшники и дэпээсники, а люди, о которых опять начинают говорить на кухне шепотом. Во-вторых, деньги от недобросовестных водителей при мне «Аврора-82» не принимала.
       Вообще-то был один растроганный добротой патруля водитель, попытавшийся подарить Алексею сотню. Но эта попытка была пресечена одной фразой патрульного:
       — Я работаю за финики.
       
       06.00. Экипаж «Авроры-82», намотавший за дежурство триста километров, поймавший одного «федерала» и совершивший еще массу полезного, завез автора этих строк домой.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera