Сюжеты

А ЕСЛИ ПО-РУССКИ, ЧЕПУХА

Этот материал вышел в № 13 от 21 Февраля 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Мы живем в час торжества прогресса. Прогресса невежества и знахарства. Не в одной медицине. И в физике, и в других науках тоже. Некогда респектабельное издание, славившееся еще лет десять назад своей школой научной журналистики, нынче...


       
       Мы живем в час торжества прогресса. Прогресса невежества и знахарства. Не в одной медицине. И в физике, и в других науках тоже. Некогда респектабельное издание, славившееся еще лет десять назад своей школой научной журналистики, нынче утверждает, что античастицы суть доказательство существования Того Света. И оно же провозглашает рождение «новой физики», доказавшей, что душа человека пребывает не то в печенке, не то в селезенке, не то вообще где-то в окрестностях шеи.
       Из газеты в газету под разными фамилиями кочует тип нового русского научного журналиста, который уже давно определен Станиславом Ежи Лецем: «Это был человек прогрессивно-религиозный. Он соглашался, что люди произошли от обезьян, но от тех, что из Ноева ковчега».
       Убеждать авторов всех этих «новых физик» и чудодейственных противораковых препаратов в том, что они исповедуют рениксу или, попростонародному, чепуху, — занятие бесполезное. Они ведь все — непризнанные гении, которых травит официальная наука. Хотя на самом деле сегодня именно антинаука широким фронтом атакует, травит полунищих ученых.
       Люди сметки и люди хватки
       Победили людей ума:
       Положили на обе лопатки,
       Наложили сверху дерьма.
       (Борис Слуцкий)

       Такие люди всегда были, есть и будут. Бог с ними! Тревожно другое. Спрос, которым пользуется ныне все оккультное, темное, развращающее и гасящее разум. Неограниченные возможности, которые предоставляют власти тьмы под видом якобы научных сенсаций отечественные книгоиздатели и СМИ.
       Довод при этом железобетонный, непробиваемый: у нас свобода, мы печатаем то, что интересно читателю. Мол, реальный россиянин именно таков: его заставляли учить Эйнштейна, читать Толстого и Данте, а он на самом деле рвался на волю, в пампасы, к детективам, к откровениям знахарей и к откровенной, срывающей все и всяческие маски и покровы порнухе. Ему морочили голову научной пропагандой. А он мечтал о пропаганде антинаучной. И именно это выбирает, когда обрел свободу выбора.
       В том-то и дело, что не он выбирает, — его выбирают. Всеми силами и новейшими информационными средствами подталкивают на наклонную плоскость, сползать по которой куда свободнее и легче, чем карабкаться к вершинам достоверного знания.
       Последние рубежи достоверной научной популяризации героически удерживают журналы «Наука и жизнь», «Химия и жизнь», «Знание — сила», несколько специализирующихся на науке газет, да три-четыре общеполитических издания, сохраняющие у себя научные страницы. А ведь еще совсем недавно отделы науки в газетах были такими же престижными, как нынче отделы рекламы, — сегодня они повсеместно за редким исключением закрыты. И одновременно объемы печатной антинаучной пропаганды обрели ныне такие устрашающие размеры, что некоторые академики, всю жизнь боровшиеся за право личности свободно, бесцензурно высказывать свои взгляды, начинают поговаривать о возвращении научной цензуры.
       Сейчас все кому не лень недобрым словом поминают политическую, главлитовскую цензуру, последним рецидивом которой было сокрытие правды о Чернобыле уже в перестроечные, гласные времена. Но мало кто помнит, что была еще и научная цензура. На первые публикации о новых открытиях, изобретениях, технологиях требовались акты экспертизы. Их подписывали руководители институтов, республиканских и союзной АН.
       Акты экспертизы были палкой о двух концах. С одной стороны, они не раз обращались против альтернативных идей, неудобных оппонентов, засекречивали на всякий случай то, что гостайной не являлось. С другой — это был в какой-то мере и заслон против проникновения невежества на печатные страницы. Вот об этой стороне научной цензуры и тоскуют академики. Хорошо при этом понимая, что в эпоху Интернета это тоска по невозвратному.
       Заслон мракобесию, рядящемуся в якобы академические тоги, может быть выстроен в иной, отнюдь не запретительно-разрешительной плоскости. В головах, в сознании, в компетентности самих журналистов и издателей, в их умении и желании советоваться с наукой.
       Поэт еще прошлого века заметил по аналогичному с нашим поводу:
       Эпоха гласности настала,
       Во всем прогресс, но между тем
       Блажен, кто рассуждает мало
       И кто не думает совсем.

       Вот чего больше всего не хватает нашей младенческой свободе и отсутствие чего все время обращает ее в вакханалию невежества и в предвыборных разборках, и в сенсационной шумихе на обочинах науки. Не хватает желания размышлять и трудного умения думать. Куда легче оставаться блаженной.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera