Сюжеты

СУД СУДУ РОЗНЬ. МЕЖНАЦИОНАЛЬНАЯ

Этот материал вышел в № 15 от 28 Февраля 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Российских нацистов и расистов охраняет закон? СПРАВКА «НОВОЙ ГАЗЕТЫ» По сведениям Московской городской прокуратуры, за 11 месяцев 1999 года по статье 282 «Разжигание межнациональной розни» было заведено 19 дел. Только пять из них переданы...


Российских нацистов и расистов охраняет закон?
  
       СПРАВКА «НОВОЙ ГАЗЕТЫ»
       По сведениям Московской городской прокуратуры, за 11 месяцев 1999 года по статье 282 «Разжигание межнациональной розни» было заведено 19 дел. Только пять из них переданы в суд. Три дела прекращены вовсе, семь — объединены с другими делами, а остальные пока находятся в производстве.

       
       ДЕЛО № 1
       Прошло более года с тех пор, как генерал-депутат Макашов на митинге, посвященном трагическим событиям 1993 года, «приказал всем жидам долго жить», а «десяти жидам» из личного списка пообещал летальный исход. В тот день не были забыты и ненавистники коммунизма — Макашов окрестил Егора Гайдара «жопой с ушами», а Новодворскую — «жабой».
       Российская пресса тогда обиделась на то, что ее обозвали сионистской: в течение трех недель она просвещала население, кто же у нас на самом деле еврей, а кто полукровка.
       Международная общественность отнеслась к этим заявлениям с пониманием. Израильский министр торговли Натан Щаранский, например, заявил, что Израиль уже готов принять 90 тысяч евреев из России.
       Правовую оценку выступление получило только 13 октября 1998 года, когда после выступлений Макашова в Самаре против него было возбуждено уголовное дело. Но, что странно, заведено оно было не по статье 282 УК — «Разжигание межнациональной розни», а за призывы к насильственному свержению конституционного строя (?).
       Но Макашов продолжал свои выступления. В среднем раз в месяц. А его высказывания принимали все более и более радикальный характер.
       Все дело в том, что наш Уголовный кодекс не делает различий между словом и действием. Во многих западных странах существуют законы, запрещающие конкретные высказывания, у нас же осуждаются только те слова, которые должны вызывать нетерпимость к другим нациям. Впрочем, что такое нетерпимость — не расшифровывается.
       Антисемитские заявления генерала вызвали небольшой переполох в КПРФ. С одной стороны, Геннадий Зюганов заявил, что «КПРФ — партия интернациональная» и «высказывания отдельных членов фракции КПРФ не являются официальной позицией партии», с другой — старался не произносить это в телекамеры, чтобы не отпугнуть часть радикально настроенного электората.
       После февральских выступлений Макашова в Новочеркасске, где он сказал, что «ДПА (Движение в поддержку армии. — Ред.) еще можно назвать ДПЖ — Движение против жидов», Минюст под давлением Кремля взялся за дело и начал проверку КПРФ. Это не принесло никаких результатов.
       29 декабря тринадцать академиков РАН выступили в газете «Известия» с заявлением: «Поведение наших парламентариев беспрецедентно. Политические маргиналы есть во многих странах, но в парламентах своих стран они встречают отпор, а не поддержку. Ведь парламент — лицо страны. <...> Если этот процесс не будет остановлен, Россия опять сползет в пагубную для всех изоляцию от мира».
       Тем временем «дело Макашова» худо-бедно расследовалось: весной 1999 года была проведена экспертиза высказываний ведущими специалистами Института русского языка РАН. Вот отрывок из заключения:
       «Макашов вполне осознает оскорбительную сущность своих высказываний, содержащих слово «жид». Словари указывают на то, что слово «жид» стилистически окрашено, то есть не относится к лексике нейтральной. Слово «жид» в значении «еврей» — грубое, бранное и презрительное. Таким образом, слово «жид», несомненно, унижает национальное достоинство евреев, так же как унижает национальное достоинство кавказских народов словосочетание «лица кавказской национальности» или слово «нацмен» по отношению к малым народам России. В наши дни нейтральное значение слова «жид» окончательно утрачено, а бранное употребление приобрело агрессивную окраску под влиянием социально-политических факторов, способствовавших распространению антисемитизма в СССР. В высказываниях Макашова есть угрозы в отношении лиц еврейской национальности».
       Но к лету о деле стали забывать: оно стало затягиваться, пресса перестала уделять генералу внимание. Никто и не заметил, как уголовное разбирательство завершилось, а дело было закрыто «за отсутствием состава преступления».
       Общественность об этом узнала случайно. Председатель Союза евреев-инвалидов и ветеранов Великой Отечественной войны Герой Советского Союза Моисей Марьяновский написал эмоциональное письмо от имени еврейской общественности тогда еще прокурору Москвы Сергею Герасимову с просьбой ускорить расследование дела. Ответ пришел только через месяц, и не от прокурора Москвы, а от прокурора рангом пониже — Владимира Замышляева:
       «Уголовное дело, возбужденное в отношении А. Макашова по ст. 282 ч. 1 УК РФ, расследовано в полном объеме, и 24.06.1999 по делу вынесено постановление о его прекращении».
       И 4 октября 1999 года Макашов решил повторить свой «подвиг», почти в точности повторив старые высказывания. Выступления были показаны по РТР и НТВ, но реакции со стороны государства на этот раз так и не последовало.
       
       ДЕЛО № 2
       В своих устремлениях генерал не одинок. Летом 1999 года Никита Кривчун напал на директора Еврейского культурного центра Леопольда Каймовского, избил его и ранил ножом. Еще осенью прошлого года директор находился в реабилитационном центре в крайне тяжелом состоянии (он не может ходить). Дело на Кривчуна было заведено по статье 111 — «Умышленное нанесение тяжкого вреда здоровью», хотя о том, что преступление было совершено на почве национальной нетерпимости, открыто говорит даже сам преступник. Суд над ним должен состояться вот-вот, все остальное — тайна следствия, как сообщил нам ведущий это дело следователь Руслан Анисимов.
       Сотрудники Еврейского культурного центра попытались провести свое расследование. Пообщавшись с одноклассниками Кривчуна, они узнали много интересного.
       Весной 1998 года Кривчун пытался вступить в националистическую организацию «Русский север», но его не приняли. Тогда, видимо, решив доказать свою преданность организации, он и напал на Каймовского.
       
       ДЕЛО № 3, 4, 5...
       Зимой 1998 года в Госкомпечати была аннулирована регистрация антисемитской газеты «Штурмовик», а 27 октября — вынесен приговор ее главному редактору Константину Касимовскому. Приговор формальный: два года условно и амнистия в зале суда.
       Суд — всегда театр. Время от времени Московский городской суд устраивает настоящее представление. Так произошло на процессе Виктора Корчагина. Он, конечно, не настолько известен, как Макашов, но в определенных кругах успел прославиться как академик, пишущий антисемитскую литературу. Правда, он не говорит, какая академия приняла решение о присвоении ему высшей ученой степени. Обвинительный приговор звучал так: «Три года запрета на творческую деятельность». И опять амнистия. В честь Дня Победы, заметьте... (Издеваются, что ли?)
       Под амнистию попал и Семен Токмаков, избивший чернокожего охранника американского посольства. Его осудили на два года, но после нескольких месяцев освободили. И опять же — приговор был оглашен по статье 111 «за нанесение ущерба здоровью», хотя сам Токмаков в открытую заявляет, что совершил преступление из-за цвета кожи жертвы. Он не отказывается от своих взглядов и кричит в телекамеры: «Галилей перед смертью тоже сказал: и все-таки она вертится!»
       Почему же ни одно уголовное дело не доводится до логического конца? Как говорит Ефим Голберг, председатель Еврейского культурно-просветительского общества: «Все дело в том, что существует методическая рекомендация для прокуроров, расследующих дела по статье 282, введенная в действие заместителем генпрокурора Александром Розановым 19 мая 1998 года. Эта методическая рекомендация противоречит статье 78 Уголовно-процессуального кодекса, которая запрещает ставить на экспертизу вопросы, носящие правовой характер».
       Несмотря на это, главный вопрос экспертизе, которую проводят по статье 282, ставится так: имеются ли основания считать, что выступление возбуждало национальную (расовую, религиозную) вражду; унизило достоинство граждан данной национальности; пропагандировало исключительность, превосходство граждан определенной национальности; пропагандировало неполноценность граждан отдельной национальности? Но все это — оценка доказательств, то есть прерогатива суда, поскольку вопрос состоит из дословного перечисления составов преступления по статье 282 УК.
       Но составители рекомендации все-таки вспоминают об УПК и дополняют: «Эксперт не должен и не может давать правовую оценку действиям виновного. Действия виновного оценивают следователь, прокурор и суд». И получается замкнутый круг: эксперт должен ответить на вопрос, на который он не имеет права отвечать.
       Из-за этого у прокуратуры появляется возможность или затягивать расследование как можно дольше, или же без особых усилий закрыть «неудобное» дело вообще. А разве можно назвать удобным дело, тесно связанное с Госдумой?
       То, что в глазах мировой общественности Россия становится бездумной и бесконтрольной страной, а ее граждане неандертальцами, им все равно. Хотя народу, наверное, тоже наплевать, есть Макашов или нет. Антисемитизму в России уже более ста лет, и если бы кого-то это по-настоящему возмущало, никто бы не стал надеяться на суд, а антисемитизм просто вывели бы за рамки общественной морали.
       Не читать, не печатать, не пропагандировать — не потому что накажут, а потому что самим противно.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera