Сюжеты

ПЕТР, ТРЕТЬИМ БУДЕШЬ?

Этот материал вышел в № 29 от 24 Апреля 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

«Всем известно, что к учреждению тайных розыскных канцелярий, сколько разных имен им ни было, побудили <...> тогдашних времен обстоятельства и не исправленные еще в народе нравы. С того времени от часу меньше становилось надобности в...


       
       «Всем известно, что к учреждению тайных розыскных канцелярий, сколько разных имен им ни было, побудили <...> тогдашних времен обстоятельства и не исправленные еще в народе нравы. С того времени от часу меньше становилось надобности в помянутых канцеляриях; но как Тайная канцелярия всегда оставалась в своей силе, то злым, подлым и бездельным людям подавался способ или ложными затеями протягивать вдаль заслуженные ими казни и наказания, или же злостными клеветами обносить своих начальников или неприятелей. Вышеупомянутая Тайная розыскных дел канцелярия уничтожается отныне навсегда...»
       
       Это цитата не из какой-то неизвестной социальной утопии, обращенной в прошлое из, скажем, сталинских или вдруг нынешних времен. Это строки из Манифеста, изданного 21 февраля 1762 года императором Петром III и не упраздненного во все время его краткого царствования (до 28 июня 1762 года). То есть больше четырех месяцев Тайная канцелярия — Третье отделение — ЧК — ГПУ — НКВД — МГБ — КГБ — ФСК — ФСБ (что еще забыл?), «сколько разных имен им ни было», пребывали в послепетровской России вне закона! Донос почитался низостью, а милосердие призвано было занять место судьи. Вот оттуда же: «...можно и надлежит кротостью исследования, а не кровопролитием прямую истину разделять от клеветы и коварства, и смотреть, не найдутся ли способы самим милосердием злонравных привести в раскаяние и показать им путь к своему исправлению...»
       Да-да, милосердием — в раскаяние! Насколько подробно гуманен был в своих помышлениях император Петр III, прочно забытый вскоре вверенным ему на полгода народом российским! Но почему так: если гуманен, так непременно и власть удержать не может?
       ...Действительно, слаб был племянник Елизаветы — в солдатики все играл, выпить любил, не только законной супруге Екатерине (вскорости Великой) изменял с фавориткой Е. Р. Воронцовой, но и любезную сердцу Елизавету Романовну по-детски обманывал: я, мол, всю ночь с Волковым государственный указ сочинять буду (о чем Волкова и предупредил — чтоб какой-нибудь указ изготовил), а сам — в загул... Но в слабости ли дело? Вот и сама Екатерина по женской части едва ли не всех превзошла в слабости, да и вольнодумцев Вольтера и Дидро читала и почитала — еще более опасная для самодержца слабость... Может, вся разгадка в наличии или отсутствии инстинкта власти?
       Собственно, об этом и пьеса, и спектакль Андрея Максимова «Сон императрицы», поставленный самолично им в театре «Модернъ». Недаром автор вкладывает в уста Петра фразу о том, что все государственные перевороты в России удаются — стоит только захотеть (а «переворачивать удобнее ночью»).
       И когда Екатерина по-настоящему захотела, она стала императрицей. Но неужели несочетаемы с властью — по крайней мере в России — многие добрые человеческие качества? И милосердие, и презрение к доносам из их числа?
       Когда в «Сне императрицы» Петр III (Сергей Пинегин) пишет свое отречение, которое буквально спит и видит Екатерина (Илзе Лиепа), он не раз просит ее: «Только ты не убивай меня, матушка!» И третий участник спектакля, играющий «остальных» — и фаворита Орлова, и весь русский народ сразу (Олег Царев), — отвечает Петру: «Это уж как получится...» Цинизм? Да. Но ведь не злонамеренность!
       Все хотят добра — кто себе, кто заодно и России. «Но почему, — говорит у Максимова «антидержавник» Петр III, — когда начинают бороться за государственные интересы, обязательно одни подлости выходят?»
       Пожалуй, это и есть главное, что хотел сказать драматург. И ради этого он, успешный телевизионный журналист, ежевечерний гость многих домов, безусловно, не обделенный публичностью, сам, вложив собственные средства, поставил спектакль в маленьком зале небольшого московского театра.
       Вероятно, максимовское драматургическое высказывание несколько затянуто (хотя спектакль идет недолго — час сорок минут). Поставь пьесу другой режиссер, который не был бы так привязан к авторскому тексту, спектакль от этого скорее всего только выиграл бы. Но с другой стороны... С таким упоением играет способный, кажется, на любое преображение Сергей Пинегин, так пластична и выразительна в каждом жесте Илзе Лиепа, что, пожалуй, было бы обидно видеть их на сцене даже минут на пятнадцать—двадцать меньше. А еще «держит» и долго после спектакля не отпускает музыка Сергея Шустицкого.
       Художественный руководитель театра «Модернъ» Светлана Врагова дала возможность актерам труппы и начинающему режиссеру экспериментировать в своем театре. Честь и хвала!
       А когда собираются несколько талантливых людей, объединенных общим делом — если это, конечно, не государственный переворот, — обязательно получается что-то симпатичное.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera