Сюжеты

«НОВЫЕ БРЕМЕНСКИЕ» ГЛАЗАМИ СТАРЫХ РУССКИХ

Этот материал вышел в № 37 от 29 Мая 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

24 мая в «Ролане» состоялась долгожданная премьера анимационного фильма, продолжившего «Бременских музыкантов» тридцать лет спустя «Новые Бременские». Авторы сценария — Василий Ливанов и Юрий Энтин. Музыка Геннадия Гладкова, песни на стихи...


24 мая в «Ролане» состоялась долгожданная премьера анимационного фильма, продолжившего «Бременских музыкантов» тридцать лет спустя
       
       «Новые Бременские». Авторы сценария — Василий Ливанов и Юрий Энтин. Музыка Геннадия Гладкова, песни на стихи Юрия Энтина. Режиссер-постановщик — Александр Горленко.
       Поют: Король — Михаил Боярский, Принцесса — Елена Кузьмина, Трубадур — Филипп Киркоров, Атаманша — Надежда Бабкина, Сыщик — Алекс Шоу, Трубадур-младший — Антон Бизеев.
       Бременские музыканты — Сергей Пенкин, Геннадий Гладков и группа «Доктор Ватсон». Продолжительность фильма — 52 минуты и 19 песен

       
       В этой цветной, летней, холмистой, тщательно прорисованной стране все состарились. Осел, Пес, Кот и Петух. Охрана и Глупый Король. Сам Трубадур... И даже одетая с интеллигентным минимализмом наших замотанных мам Прекрасная Принцесса.
       Весел и остер только взгляд камеры (заслуга режиссера и художников-постановщиков Надежды Михайловой, Юрия Батанина). Город — готический, красночерепичный, с флюгерами, высокими окнами, стильными трубочистами в цилиндрах и лавкой экзотических товаров «Бублики». На дворцовых башенных часах с фигурами — семь утра. Распахиваются дверцы башни, выезжают Деревянный Полихромный Король и Яйцо Диетическое на подставочке. Монарх торжественно бьет ложечкой по яйцу. Бамм... В Бремене начался день. И стрелки часов имеют вид золотых ложечек.
       Камера щедра на мелкие выдумки (не менее полезные для детских глаз, чем тонкая работа для детских пальцев): скачут, хулиганя, в кадре полновесные бременские талеры, тщательно и озорно соблюден мотив Яйца Диетического во всем декоре дворца.
       Когда-то Э. Н. Успенский (не соавтор, но давний доброжелатель и трубадур проекта «Новые Бременские») сказал замечательно:
       — Чем культура отличается от фигни?! Тонкой мимикой душевных движений!
       У картинки «Новых Бременских» тонкая мимика. Пожалуй, получше, чем у фильма 1969 года с пластинкой за 90 коп., с конвертом в три краски, с немыслимыми клешами Трубадура. Впрочем, что напоминать? Я была тихая девочка с избыточным весом, и меня, чесс' слово, больше грел музей Тропинина, но... как они уезжали из кадра, подпрыгивая на крыше своего фургона, становясь точкой на дороге!
       Из окон нового района г. Москвы жарили «Голубые гитары» с нестройным детским подтягиванием, пылом и разбродом: нам дворцов заманчивые своды не заменят никогда свободы... И так — тридцать лет. Есть ли среди родных осин человек, не умеющий с удовольствием напеть: «Если близко воробей, мы готовим пушку»?
       ...Так вот: в этой широкоэкранной стране все состарились. Въехали в желанную свободу со всего размаха. Пушек никто не готовит: пушки тоже состарились. Других нет. А Атаманша с Разбойниками выстроили за городской стеной стеклянную пирамиду «БББ», заказали этому «БББ» рекламный слоган «Ба-анк «Бяки-Буки» работает всю ночь!». И нашли беспроигрышный способ взять Глупого Короля и Принцессу с Трубадуром за горло.
       В первой трети ленты зрителя гнетет потеря озорства, мажора, драйва, вольной щедрости старых «Бременских». Исполнители — хороши. Но, по мне, не просится в хиты ни одна песня... Актуальный сюжетный ход встречи Короля и Атаманши лучше задуман, чем выполнен. Заслуженные работники культуры Осел, Пес, Кот и Петух обходятся с молодежью, как ветераны Первой Конной. У них дрожат лапы, у Короля — руки. Принцесса, чей гражданский выбор так отвечал чаяниям свободолюбивых октябрят 1970-х, съежившись в запустении тронного зала, поет:
       Я была неправа, неправа, неправа,
       Убежав из дворца от отца...
       Неужели останусь я с этой виной,
       Я страшнее не знала минут,
       Неужели разбойники нашей
       страной
       Завтра вечером править начнут?
       Тут самое прелестное, что разбойники собираются править на легитимных основаниях. Или — надо воевать. Хилые Охранники, таща пушку на веревке, как козу, выходят в город с полковым маршем:
       ...Мы — верные Отечества сыны!
       (Крупный план — заплата на солдатской заднице.)
       ...Но до сих пор пока еще бедны!
       А у разбойников огромные
       деньжищи,
       Поэтому мы ме-едленно их ищем.
       Не на-адо только паники,
       Уже-е встают Охранники...
       В городе Бремене внезапно распахиваются окна. Старый генерал, и молочница, и булочник, и придворный, и трубочист, и симпатичная бюргерша с курносым сыном машут платками вслед своей армии. Бременские музыканты, ковыляя, опираясь на палки, падая, тоже идут в бой. На штыки мосинских трехлинеек Охраны летят цветы из окон. Сверкают готические башни города. Смотреть взрослому невозможно от жалости... Это — лучшие кадры.
       И, конечно, Охрана бежит при первом выстреле из банка «Бяки-Буки»: у них там много чего есть, включая БТР-сфинкс в виде полуобнаженной Атаманши.
       ...Ядра королевской пушки катятся под горку, как козьи катышки. Взрываясь по халатности, бьют по своим. Перебинтованная Охрана стережет двери дворца, где Король с Трубадуром ведут военный совет под жалобную песню «Силы нету — нужен ум...».
       И так невыносима констатация всего устами этой команды с заветной и заезженной пластинки 1969 года, что думаешь:
       — Следующий сюжетный ход — Охрана их продаст Атаманше.
       Но — нет. Это же сказка. В сказке так не бывает. Наши снова победят. А мальчишка-наследник, Трубадур-младший, вокруг которого вертится весь сюжет, уедет из Бремена, от обветшалого дедовского дворца, от облезлого фургона интеллигентных родителей. Мальчишка уедет со своей, новой песней.
       ...Если холод тебя пробрал
       до костей,
       А из дома нет добрых вестей, —
       Не сдавайся, не сдавайся,
       не сдавайся,
       Ни за что не сдавайся, не робей...
       Улыбайся, улыбайся, улыбайся...
       Говорят, эта песня станет хитом у детей и подростков.
       Она безмерно уступает в мажоре и напоре прежней Його-го-го! Йохо! Ей-ей! Наша крыша — небо голубое... И хотя даже понятие «крыша» в эти годы полярно изменило смысл, но печален для взрослого зрителя образ страны, в которой у одних, дорогих сердцу Котов и Псов, на экране подгибаются от старости лапы, а другие — еще дети, и сами беззащитны.
       Одного такого я видела на выходе из кинозала «Ролан». Он стоял, обняв стильную никелированную плевательницу, и бубнил самозабвенно: «Не сдавайся, не сдавайся, не сдавайся», и тряс за лапу кого-то плюшевого, взятого с собой на премьеру. Правда, этому жителю города Бремена было от силы года три. Он доставал носом как раз до плевательницы, и явно в кино освоил новое длинное слово.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera