Сюжеты

ГРАФИНЯ АПРАКСИНА, ОНА ЖЕ – ДАЛЬ

Этот материал вышел в № 43 от 22 Июня 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Они познакомились 19 августа 1969 года, когда она праздновала в ресторане свой тридцать второй день рождения. Это было в Нарве, на съемках «Короля Лира». Поженились почти что сразу. В 1973 году, опять же в день ее рождения, на съемках в...


       
       Они познакомились 19 августа 1969 года, когда она праздновала в ресторане свой тридцать второй день рождения. Это было в Нарве, на съемках «Короля Лира». Поженились почти что сразу.
       В 1973 году, опять же в день ее рождения, на съемках в Таллине «Варианта «Омега» он подарил ей ведро роз. Ровно тридцать шесть штук. И там же, в Таллине, представляя ее Ролану Быкову, сказал гордо и значительно: «Лиза Эйхенбаум, она же — графиня Апраксина, она же теперь — Даль».
       Она не собиралась менять свою девичью фамилию, но он в загсе так строго на нее посмотрел и так засиял, как ребенок, когда она согласилась взять его фамилию...
       «Новая газета» уже рассказывала об Олеге Дале, и последний раз — совсем недавно (№ 20(Д) от 25—28 мая 2000 г.). Среди читательских откликов на эту публикацию был и такой: «Единственно, чего не хватило, — фотографий жены Олега Даля и чуть-чуть побольше информации о ней». Я побывала еще раз у Елизаветы Алексеевны Даль, взяла фотографии, и мы поговорили о ней самой.
       Мне кажется, жизнь Лизы и без Олега Даля интересна. Хотя, конечно, это счастье, что Олег Даль в ее жизни был.
       Напомню любезному читателю, что Елизавета Алексеевна — внучка, а ее мама — Ольга Борисовна — дочь Бориса Михайловича Эйхенбаума, знаменитого литературоведа, историка литературы, ученого с мировым именем.
       8 августа с.г. исполнится год, как не стало Ольги Борисовны Эйхенбаум.
       А весной следующего года будет уже двадцать лет, как ушел из жизни Олег Иванович Даль.
       Джульетту Мазину как-то спросили: «Трудно ли быть женой гения?» Жена Федерико Феллини ответила: «Это лучше, чем быть женой дурака».
       Елизавета Алексеевна Даль была женой гения

       

  
       Однажды Ольга Борисовна Эйхенбаум сказала мне: «Олежечка был дитя, рожденное за месяц до войны. Этим все сказано. Моя Лизка пережила блокаду в Ленинграде. Я намного здоровее ее».
       Из своей блокадной жизни Лиза запомнила только ночные походы в бомбоубежище. Там собирались все дети, и можно было поиграть.
       В блокаду от голода умерли ее отец, Алексей Алексеевич Апраксин, и младшая сестра Таня.
       А весной сорок второго Лиза, дедушка и мама в надежде спастись начали выбираться из Ленинграда по Ладожскому озеру. Лед на озере таял, ломался, и Лиза спрашивала: «Мы еще едем или уже плывем?»
       Лиза росла девочкой крепкой, но очень плаксивой. В 10 лет ей устроили на даче роскошный день рождения. Пригласили много детей, мама испекла черничный пирог. А дед подарил книжку. И сделал надпись. (Дед любил надписывать книги и звал себя над-писателем.) Так вот, дед сделал ей на книжке надпись:
       «Лизавета в десять лет плачет утром и в обед.
       Что же будет в девяносто?
       Это будет ужас просто.
       А коль доживет до ста —
       Не пройти и без моста.
       Лизавета, Лизавета,
       помни будущее это».
       Лиза прочитала эту надпись и заревела. От обиды, что ее плаксой обозвали.
       Поступать Лиза решила в университет на мехмат. Там был конкурс 22 человека на место. Лиза все лето усердно готовилась. А писатель Юрий Герман пришел в гости к деду, посмотрел на красивую Лизу и сказал: «Таких математиков не бывает».
       В университет Лиза не прошла по конкурсу. Немного проучилась в пединституте, но стало невероятно скучно, и она сбежала оттуда. Мечтала о биологии или работать в зоопарке. А ее устроили в Зоологический музей. Хотела с живыми животными работать — пришлось с чучелами. Поступила в Лесотехническую академию, там был недобор. Когда ее спрашивали, кем будет, пожимала плечами: «Лешим, наверное...» Отучилась первый год и бросила. Потому что вышла замуж. За Лешу Квинихидзе. (Впоследствии он стал режиссером, снял, например, «Соломенную шляпку».) Леша устроил Лизу работать монтажером на «Ленфильм».
       С Квинихидзе брак был недолгий. Поженились они в 18 лет. И вели себя, как дети. Ссорились-мирились по сто раз на дню. А через четыре года расстались. Леша женился на знаменитой балерине Наталье Макаровой, а Лиза вообще решила замуж больше никогда не выходить.
       Когда Олег Даль впервые попал в ее ленинградский дом, он сказал: «У вашей квартиры есть лицо». И пристально разглядывал всякие баночки на полочках, рисунки на стенах.
       Странно, едва они в Нарве познакомились, Лиза сказала Далю: «Приходи ко мне в Ленинграде, я покажу тебе, что такое счастье». И потом сама себе удивлялась: почему она так сказала? откуда у нее вдруг появилась уверенность, что она в силах создать для него настоящее семейное, домашнее счастье? и что она этим может с ним поделиться?!.
       Однако так все и случилось. Даль пришел к ней, и они были вместе до самой его смерти.
       
       Когда Даль и Лиза поженились, стали менять ленинградскую квартиру на Москву. Меняли долго — два года. Нашли вариант на улице Новаторов («Олечка говорила: на выселках»), хрущевку, двухкомнатную. До театра Далю надо было добираться полтора часа. Такси стоило 5 рэ. А получал Олег в театре 160 рэ. От кино денег в особо крупных размерах тоже не было. Даль в кино снимался не для того, чтобы зарабатывать деньги. И больше отказывался, чем соглашался. Так вот: деньги на такси не всегда были, а автобусом Даль терпеть не мог ездить, его узнавали, приставали с расспросами, алкаши предлагали выпить.
       Квартира была крохотная, слышимость жуткая, внизу бабка возмущалась: ваши котята топают и мешают мне спать... Однако Даль не унывал. «Мы жили там вчетвером, — вспоминает Лиза. — Олег, я, мама и чувство юмора».
       Как-то Лиза вышла на минутку в магазин, а вернувшись, застала такую картину: Олег и мама лежат на полу и разной краской красят батарею. Батарея горячая, краска испаряется и пахнет, а маляры хохочут до слез и заставляют Лизу восхищаться их мастерством: батарея — всех цветов радуги, это ж — красиво, это ж — авангард! А на розовой двери их спальни Даль нарисовал голую бабу в райском саду. Лиза стыдливо зарисовала ей подробности. Потом, когда переезжали на Смоленский бульвар, люди, которые вселялись в их квартиру на улице Новаторов, разглядывая батарею и дверь, удивлялись: кто тут жил? детсад какой-то...
       С белым домом на Смоленском бульваре тоже всё было странно. Когда-то Даль с актером Игорем Васильевым проезжал мимо этого дома — он еще строился — и сказал: я буду здесь жить, это будет мой дом.
       Сказал — и забыл. Вспомнил лишь через десять лет, когда пришел сюда со смотровым ордером.
       Даль был счастлив в этой квартире. Три комнаты, огромный холл, а к окну подойдешь — много неба и видны крыши. «Это не квартира, — говорил Даль, — Это — сон». Еще на Новаторов он признался как-то Лизе: «Я мечтаю о такой квартире, чтобы, когда мне позвонят по телефону, ты могла бы, не кривя душой, сказать: «Я сейчас посмотрю, дома он или нет».
       Потом они сделали из холла ему кабинет. И счастье стало запредельным. Он мог, когда хотел, оставаться наедине с собой. Читал, писал, рисовал, слушал музыку.
       Теперь он говорил Елизавете Алексеевне серьезно и церемонно: «Сударыня! Вы на сегодня свободны. Я ночью буду писать. А засну потом на диванчике, в кабинете». Ольга Борисовна восклицала: «Олежечка! Но диванчик-то узенький». «Я тоже узенький», — успокаивал Даль тещу.
       На Смоленский бульвар Олег привез и свою маму. Обе мамы, и мама Олега, и мама Лизы, не работали, обе были пенсионерками. И Лиза не работала. Так хотел Олег. Он говорил: «Когда ты служишь мне, ты приносишь больше пользы кинематографии, чем сидя за монтажным столом. Там тебя могут заменить».
       И Лиза стала Олегу служить. И никогда не жалела об этом.
       Жена одного актера как-то запальчиво сказала Лизе: «Конечно, он тебя любит! А чего ж не любить... Ты ему каждый день с утра до вечера говоришь, что он — гений». Лиза рассмеялась. Она если и говорила Далю, что он — гений, то лишь в шутку, всерьез он ей этого не позволил бы...
       Майя Кристалинская, с которой Даль ее однажды в Доме кинематографистов познакомил, посмотрев внимательно на Лизу, сказала: «Вы, наверное, очень счастливая». Лиза задумалась и после паузы сказала: «Да». Но с тех пор на этот вопрос отвечала, не задумываясь.
       Елизавета Алексеевна говорит мне: очень важно знать, что ты счастлива именно в тот момент, когда ты действительно счастлива; не после, не потом, когда все пройдет и ты вдруг спохватишься и начнешь убиваться: ах, я, оказывается, была счастлива тогда и не знала, не догадывалась об этом; нет, надо знать о своем счастье в момент его рождения, в момент существования.
       Вначале она эгоистично обижалась, когда он, даже будучи трезвым, приходил домой в бешенстве и срывал зло на ней. Потом поняла, что это к ней не относится, что ему просто надо разрядиться. Она училась терпеть. И — научилась. А промолчав, не взбрыкнув, тут же, через пять минут, получала от него такую немую благодарность за то, что на себя все приняла, проглотила и улыбнулась, нисколько не обидевшись...
       Она почувствовала главное: ему это очень помогает — знать, что он может прийти домой такой, какой он есть, и его поймут. Ему не надо было тратить дополнительные силы на то, чтобы притворяться, играть, актерствовать еще и дома.
       
       Лиза познакомила Даля со Шкловским, с Андронниковым, Кавериным. Даль был одинок в актерской среде. А этих великих стариков обожал. И они его нежно любили.
       Шкловский называл Даля «человеком совершенного движения».
       Андронников, послушав стихи Лермонтова в исполнении Даля, сказал: «Он владеет секретом Яхонтова — секретом медленного чтения».
       А Каверин признался: «Я был глубоко потрясен, узнав о его безвременной кончине. Я надеялся, что со временем мы станем друзьями».
       
       Первая телеграмма, которую она получила от него (еще не были женаты): «Разрешите вас поцеловать».
       Потом были чудо-письма. Он любил писать ей с гастролей. Мог написать вдруг: «Ты мне снишься веселая и в сарафане».
       Или вот — от 27.9.70 г. Из Москвы — в Ленинград:
       «Утром сего дня, бредя по желтым листьям, покрывающим похолодевшую землю, подумал о тебе с прекрасной тоской.
       С прекрасной потому, что она была светлой.
       На душе у меня хорошо и покойно, потому что в мыслях моих ты.
       Настроение мое тихое и благостное. Делюсь им с тобой щедро, как осень.
       Тихонько и нежно обнимаю тебя и еле-еле касаюсь твоего лица, целую и дышу твоими глазами.
       Не знаю, что такое любовь. Не знаю, как понимать сие обозначение некоего чувства или смысла его.
       Но, кажется мне, чувствую я что-то необычайное, как ребенок, который ждет пробуждения после новогодней ночи. В воздухе пахнет мандаринами, елкой, плюшевыми зайцами, и хочется как можно дольше не открывать глаза...»
       
       В феврале 80-го Даль сказал: «Сначала уйдет Высоцкий, а потом я».
       Высоцкого не стало в июле 80-го. Даль умер 3 марта 1981 года.
       А за месяц до этого Лиза проснулась и обнаружила его сидящим перед телевизором. Он смотрел с утра пораньше мультики. Так серьезно, сосредоточенно смотрел, что она испугалась. Подошла, обняла его. Он поднял голову и тихо-тихо сказал: «Мне так жаль вас троих». Имея в виду ее и двух мам. «Почему, Олежка? — спросила Лиза. — Мы счастливы с тобой». — «Со мной... А без меня?»
       «После всего» приятельница сказала Лизе: «Теперь он тебе все время будет чудиться. Ты выйдешь из дома, и вдруг чья-то походка, чей-то поворот головы, чьи-то черты лица напомнят его».
       Но никто, никогда, нигде и ничем не напомнил ей его.
       «Еще до знакомства с Олегом, когда я только смотрела его в кино, он поражал меня какой-то нездешностью. Таким нездешним и остался».
       Он действительно так ни на кого не похож, что до сих пор невольно задумываешься: а земного ли он происхождения?
       Хочется верить, что земного. Иначе — обидно за человечество.
       
       P.S.
       Боюсь, у меня опять получилось не только о Лизе, а больше — об Олеге и Лизе, или даже Олега слишком много... Хотя, нет, Олега Даля не может быть много. Для нее.

       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera