Сюжеты

ЕСЛИ БОГ НЕ ДАЛ ЛИЦА, МОЛИТЕСЬ НА ОСВЕЩЕНИЕ

Этот материал вышел в № 49 от 13 Июля 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Горький опыт проклятого «демократического» прошлого учит, что чтение подобных документов — совершенно бессмысленное занятие. Мелкие детали говорят куда больше, чем тексты. Ну, например, известие, что правительству поручено подумать над...


       Горький опыт проклятого «демократического» прошлого учит, что чтение подобных документов — совершенно бессмысленное занятие. Мелкие детали говорят куда больше, чем тексты. Ну, например, известие, что правительству поручено подумать над созданием «информационного инструмента», который займется разъяснением внутренней и внешней политики государства, свидетельствует о том, что некто влиятельный выбивает для себя очередное ведомство «в кормление». Ходят упорные слухи, что координировать улучшение образа России в целом и ее руководства в частности будет Михаил Лесин...
       Даже у самых непримиримых между собой российских политиков есть одна общая черта — они поручают пропаганду себя людям, именно для такой работы профессионально непригодным. Не успел Сергей Лисовский провалить собственную избирательную кампанию в Госдуму, как тут же был поставлен руководить лужковским ТВЦ именно на период выборов. Или посмотрите, какой ужасный имидж создал Михаил Лесин своему Минпечати: министр был назван недавно врагом российской прессы номер один. А сам он, ведущий российский специалист по PR, до сих пор не в силах убедить общественность, что, став госчиновником, утратил всякие деловые связи с созданной им некогда компанией «Видео-Интернешнл», почти монополистом на рынке продаж телерекламы. Дело не в том, справедливы эти обвинения или нет. Дело в том, что если ты и себя-то не можешь толком обслужить по этой части, то куда уж на целое государство замахиваться.
       Да что там говорить. Последние мазки на эпическое полотно Доктрины информационной безопасности государства накладывались аккурат в тот самый момент, когда это самое государство не могло толком объяснить, ни с какой целью проводились обыски в офисе «Медиа-МОСТа», ни почему был задержан и помещен под стражу Владимир Гусинский. А уж приурочить арест любимца иностранцев к зарубежной поездке президента иначе как самострелом не назовешь...
       И все же готовы помочь тем, кому предстоит взять в руки «информационный инструмент». Вот еще статья уже знакомого читателям «Новой газеты» Патрика Кокбурна, который ведет у нас в журнале рубрику «Как мной манипулировать». В ней квинтэссенция международного и отечественного опыта «информационного обеспечения деятельности» целых государств и отдельных лиц.
       
       P.S.
       Я получил предложение от Союза журналистов России войти в жюри акции «Враги российской прессы». К письму прилагалось положение об акции: врагами «могут быть названы государственные чиновники или другие лица, повлиявшие на ограничение свободы печати, оказавшие отрицательное влияние на развитие свободы слова и свободы печати в России. Это могут быть как высшие руководители государства, так и члены правительства, депутаты Государственной Думы, члены Совета Федерации, губернаторы, президенты или другие руководители субъектов Российской Федерации, депутаты республиканских, краевых, областных, городских или районных законодательных собраний, лидеры политических партий и движений». Тщетно вчитывался я в текст, ища логичного продолжения вроде: «...а также журналисты, редакторы, владельцы СМИ, отдельные органы массовой информации и информационные холдинги». Не найдя, вежливо отказался от предложенной чести.
       Врагами прессы июня журналисты назвали министра печати Михаила Лесина, генерального прокурора Владимира Устинова, президента Владимира Путина, саратовского и тамбовского губернаторов Дмитрия Аяцкова и Олега Бетина, а также президента Башкортостана Муртазу Рахимова. Всего же в отборочном списке 20 человек. Этим 20 государственным мужам теперь впору самим собраться и определить шесть врагов российской прессы (какая роскошная идея для начала реализации Доктрины информационной безопасности!)
       Алексей ПАНИКИН, главный редактор журнала «Среdа»
       
ЕСЛИ БОГ НЕ ДАЛ ЛИЦА, МОЛИТЕСЬ НА ОСВЕЩЕНИЕ
       

 
       Мой отец всегда приходил в восторг, когда пошлые журналистские штампы находили подтверждение в жизни. Он говорил: это все равно как попасть в снежную лавину в Швейцарских Альпах и быть спасенным сенбернаром с фляжкой бренди на шее.
       Такие моменты случались с ним на удивление часто. Однажды он брал интервью у Аль Капоне для лондонской «Таймс», и его несказанно порадовало, что из-за спины известного гангстера на него все время был нацелен автомат. Путешествуя по Балканам на Восточном экспрессе, он познакомился с женщиной, которую вскоре арестовали как шпионку. В одном замке в Ирландии по комнатам бегала свинья. Любой министр, с которым отец когда-либо встречался, тут же начинал лгать...

       
       Монотип и стерео
       Журналистские стереотипы восприятия Советского Союза были столь же просты, иногда они соответствовали действительности, однако вряд ли удовлетворяли тех читателей, которые задавались вопросом: «Чем определяется советская политика?» Сегодня, когда Россия ведет кровавую войну в Чечне, а президентом стал бывший офицер КГБ, старые стереотипы возвращаются.
       В 1980-х гг. приезжавшие в Москву иностранные журналисты готовили свои материалы, основываясь на впечатлениях от гостиницы, в которой останавливались. Если они жили в «Национале», то писали о коррупции. Если это был «Интурист», то речь шла о тараканах. В любом случае по гостиничному номеру или буфету они судили обо всем Советском Союзе. Один журналист даже умудрился написать о стране целую статью исключительно на основе впечатлений от посещения французского ресторана на речном теплоходе на Москве-реке.
       
       Грейте руки на холодной войне
       1990-е гг. были довольно трудным периодом для журналистов, работавших в странах бывшего СССР. С падением коммунистического режима возникла потребность в хороших новостях о борьбе молодых реформаторов с косной бюрократией. Сегодня старые стереотипы вновь в ходу. Выясняется, что все-таки русские всегда были плохими. Теперь, когда нет возможности сваливать все беды на коммунистов, это придает несколько расистский оттенок отношению Запада к России
       Возьмем, к примеру, русскую мафию. Ее жестокость и влияние трудно переоценить. Однако один специалист, занимающийся проверкой потенциальных деловых партнеров, как российских, так и зарубежных, для работы в Москве, сказал мне, что он отклоняет значительно большее количество предложений от бизнесменов из Западной Европы и США, чем из России по причине их сомнительного или преступного прошлого. Тем не менее для журналиста, работающего здесь, практически «дохлый номер» пробить материал о том, что преступность в России не только экспортируется, но и импортируется.
       Россия всегда была как будто создана для роли главного международного злодея. Согласно западным СМИ, основные злодеи 90-х гг. — это президент Ирака Саддам Хуссейн и лидер сербов Слободан Милошевич. Но им всегда чего-то не хватало. Истинный источник зла должен обладать реальными возможностями, чтобы представлять реальную угрозу. Несмотря на попытки донести до сознания аудитории, что Саддам Хуссейн способен взорвать мир, все же Ирак и Сербия не слишком убедительно выглядят на карте мира, чтобы заставить дрожать читателя или зрителя в Йоркшире или Айове. Это частично объясняет освещение событий в Чечне. Дело не только в том, что российское вторжение было и остается чрезвычайно жестоким. Чуть ли не со вздохом облегчения редакторы во всем мире вернулись к незатейливым стереотипам времен холодной войны.
       
       О выгоде задних мест
       Могут ли русские со своей стороны что-нибудь предпринять? Это, должно быть, проще, чем во времена Советского Союза, когда антисоветскую пропаганду вели непосредственно правительства США и Великобритании. Сегодня в Лондоне и Вашингтоне уже обеспокоены воинственностью собственных СМИ. Когда несколько месяцев назад премьер-министр Великобритании Тони Блэр встречался в Петербурге с Владимиром Путиным, тогда еще и. о. президента, он скорее имитировал критику, чем реально критиковал. Пресс-секретарь Блэра Алистэр Кэмпбелл вполне серьезно убеждал журналистов, что России угрожает террористическая агрессия со стороны Чечни.
       Существует четкая разница в освещении событий в России американскими и западноевропейскими СМИ. Американские телесети продемонстрировали практическое отсутствие интереса к Чечне. Си-эн-эн освещала события из Моздока, с российской военной базы в Осетии, сохраняя при этом нейтральную позицию. «Нью-Йорк Таймс» также не проявляла особого интереса к чеченской теме. СМИ Западной Европы в меньшей степени подвержены влиянию своих правительств и поэтому настроены более агрессивно.
       Надо признать, что во многом Россия заслужила критику. Во многом, но не во всем. Может ли что-нибудь уменьшить поток негативной информации о России?
       
       Поцелуй в образ
       Успешнее всех над своим образом в зарубежных СМИ работают малые страны: Ирландия и Израиль. В США обе страны имеют внушительное лобби. Любая негативная статья или телепередача вызывает мгновенную контратаку со стороны читателей или зрителей. Правительства обеих стран щедро вкладываются в «связи с общественностью». В Израиле, например, освободили иностранных журналистов от уплаты налогов, сделав таким образом свою страну самым привлекательным местом для размещения корпунктов в Ближневосточном регионе. Ирландское правительство, устав от бесконечной критики со стороны отечественной интеллигенции, приняло закон, отменяющий налоги на ее заработки. Критика почти сразу прекратилась.
       В эпоху Горбачева его сторонники весьма удачно манипулировали иностранной прессой. Я помню, как побывал в редакции журнала «Огонек». Тогдашний главный редактор встретил меня в фойе и проводил в свой кабинет. Обстановка в нем была спартанская — практически никакой мебели, за исключением письменного стола. Мы беседовали, как вдруг он открыл ящик стола и чему-то сильно удивился. Он открыл другой ящик и еще больше удивился. Затем он вскочил: «Я очень извиняюсь, но мы ошиблись кабинетом». Мы пошли в другую комнату — такую же «голую» — и там продолжили разговор.
       Я был растроган: вот, думалось, перестройка и гласность в действии. Я впервые встретил здесь редактора нового типа, который настолько безразличен к атрибутам власти, что даже не знает, как выглядит его офис. Я написал о нем хорошую статью. Через несколько недель я говорил с другим иностранным журналистом, который только что взял интервью у того же редактора. Он сказал, что встреча была интересной, и вот что его особенно поразило — в середине беседы редактор обнаружил, что это не его кабинет, показав таким образом, что он — человек скромный и в корне отличается от советских редакторов старой школы с их огромными кабинетами и множеством секретарш...
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera