Сюжеты

ТОЛСТОЙ-ЮРТ. ВОЙНА И МИР

Этот материал вышел в № 54 от 31 Июля 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

За опоздание на 15 минут — расстрел В апреле в администрацию президента Путина пришло письмо. «Обращаются к Вам Ваши избиратели — жители села Толстой-Юрт Грозненского района Чеченской Республики. Наше село находится в Надтеречной зоне. Все...


За опоздание на 15 минут — расстрел
       
       В апреле в администрацию президента Путина пришло письмо.
       «Обращаются к Вам Ваши избиратели — жители села Толстой-Юрт Грозненского района Чеченской Республики. Наше село находится в Надтеречной зоне. Все правобережье Терека — исконно живущие плоскостные чеченцы, ориентированные на Россию, не мыслят свое существование вне ее пределов. С 1994 года по настоящее время из нашего села не было сделано даже холостого выстрела в сторону федералов...»
       Селение Толстой-Юрт — родина Руслана Хасбулатова. Считалось местом спокойным. Относительно, разумеется, ибо нигде в Чечне нет мира. Однако ни в первую чеченскую войну, ни во вторую боевых действий здесь не велось. Для охраны села от бандитов жители сформировали ополчение. Потом в Толстой-Юрте появились комендатура и Временный отдел внутренних дел района. Для демонстрации «стабильности в регионе» сюда часто возили представителей федеральных властей. Был Рушайло, был Кошман, тогда еще полпред.
       Сейчас здесь находится отряд саратовской милиции.
       «Сельчане с одобрением отнеслись к решению о размещении силовых органов района в нашем селе. Однако беспредел, чинимый органами федеральной власти, повлек за собой глубокое разочарование жителей села...»
       Как и по всей территории Чечни, здесь был введен комендантский час. Только в Урус-Мартане он начинался в десять, в Шелковском районе — в одиннадцать вечера. В Толстой-Юрте же особое время наступало в восемь часов. Как рассказывают местные жители, в дома их загоняли федералы на бэтээре. Некоторых милиционеры задерживали. Могли взять за то, что человек бородат и потому похож на боевика. За то, что нет паспорта. Или за то, что сидит возле своего дома, а не в нем. Задержанных штрафовали: по пятьсот рублей с каждого. С машины — тысячу. Потом выяснилось, что деньги берут на основании распоряжения префекта района Бауддина Урусбиева.
       Когда темнело, по селу проходили машины — цистерны с нефтью. «Шум стоит... Везут нефть в сторону Аргуна, в сторону Червленной. Только вам никто этого не скажет. Потому что людям ведь там жить... Нет, с нефтью связываться опасно. За это уже стреляют. Вся эта война связана с нефтью с 1995 года еще...» (Из рассказа местного жителя)
       «Проводимые федералами постоянные проверки, аресты под разными предлогами, избиение граждан… вызывают у людей чувство горечи, обиды и возмущения... Мы очень сожалеем, что комендант генерал-майор Лондарский Е. А. не пресекает такое негативное отношение своих подчиненных к мирному населению...»
       Лондарский Е. А., тогдашний комендант Толстой-Юрта, был не просто начальником — богом. То есть все знали, что он есть, но почти никто его не видел. Те же, кому посчастливилось лицезреть Лондарского, рассказали: «Никого не слушает, орет, как собака. Вопит, что ему тридцать семь лет, а он уже генерал». Разумеется, как и положено богу, комендант все знал: и про бэтээр, и про поборы, и особенно про нефть.
       «Мы ни в коем случае не хотим придавать многочисленным фактам произвола и беззакония со стороны федеральных структур политической окраски. Это было бы на руку нашим общим недругам. Но трагедия, случившаяся в нашем селе 2.04.2000 года, привела нас в шоковое состояние. Геноцид мирного населения заставил нас взяться за перо...»
       Житель села Толстой-Юрта 27-летний Саид-Магомед Хасуев был убит саратовскими милиционерами. Два его товарища ранены.
       В последнее время Саид работал шофером, водил колонну машин МЧС. Под обстрелами доставлял продовольствие в разрушенный Грозный. Соседи говорили, что парень порядочный — никакой не террорист, не бандит. Наоборот, вместе со всеми сражался в ополчении против боевиков. Односельчанам помогал: когда было туго, делился мукой, сахаром. Если кому что подвозил, денег брал мало — только чтобы окупить «горючку». За время работы в МЧС водителю задолжали 25 тысяч рублей. Саид потому и жениться не мог: не было денег поправить дом, обзавестись хозяйством, заплатить калым за невесту...
       В тот день, 2 апреля, Саид с друзьями возвращался домой на легковой машине. Было четверть девятого вечера. До дома оставалось всего полкилометра, когда из «уазика», стоявшего на повороте, выскочили четыре милиционера и расстреляли машину.
       «Я не видел, чтобы они вверх стреляли или предупредительные выстрелы, — рассказал один из очевидцев, — этого не было. Просто прямо в лоб, сначала пули попали в землю, потом в машину. Первая реакция, какая была на выстрелы, — разбежаться. Я сам нагнулся... А потом толпа сельчан собралась. Подходим, а федералы кричат, что сейчас стрелять будут. Потом милиционеры стали подъезжать. Минут двадцать никого не подпускали».
       Расстрелянную машину окружили милицейскими «козлами» и «таблетками». Саид-Магомед скончался на месте. Его первого вынули из машины. Увидели, что мертв, и проволокой оттащили в сторону. Потом раненых. «Их пинали. Один кричал, что он сотрудник, они его документы посмотрели, матом-перематом чеченское ГБ... Отволокли их на несколько метров от «шестерки». Они лежали там часа полтора. Один из раненых кричал, что ему больно, чтобы «скорую» вызвали, принесли обезболивающее, — ноль внимания». Саид-Саллах, родной брат убитого, попросил разрешения подойти и помочь раненым. Сказал, что состоит в ополчении, что помогал федеральным войскам защищать село от боевиков. Его не пустили. «Скорую» так никто и не вызвал.
       Потом начались фокусы. В соседней коммерческой палатке был погашен свет. Между палаткой и расстрелянной «шестеркой» вогнали милицейский «уазик». А через пару минут убитый Саид-Магомед был обвинен в незаконном хранении оружия: «Исламбек видел, как они оружие вытаскивали. Сразу из кармана — раз — и гранату вытащили. А потом в машину залезли и принесли гранатомет. Ни обыска, ничего не делали, как будто знали, где что лежит».
       Милицейским свидетелем пришлось стать жителю села, задержанному чуть раньше. Когда односельчане спрашивали его о происшедшем, тот молчал. Потом признался, что федералы ему угрожали. Так и сказали: «Или подписывай показания или будешь лежать рядом с этим трупом». В руки убитого вложили оружие и сфотографировали. У них все ходы записаны.
       Когда «шестерку» вернули владельцам, Хасуев-старший обнаружил в ней 64 пулевых отверстия. Это не считая пробитых колес. Значит, было расстреляно более двух автоматных рожков. Долго стреляли. А потом кто-то из милиционеров сменил рожок и снова открыл огонь. В свое оправдание они написали, что «Жигули» никак не останавливались. Вранье стало очевидным, когда подняли капот: были пробиты бензопровод и тормозной шланг. Любой шофер скажет, что такая машина не прошла бы и десяти метров. Федералы не перестали стрелять, даже когда «шестерка» встала...
       «Подобные факты дискредитируют политику федеральных органов власти по отношению к мирному населению, гражданам России. Мы, достаточно испытавшие произвол бандитов, считаем федеральные силы своими освободителями, хотя их действия не всегда адекватны нашим чаяниям...»
       После этого случая генерал-майора Лондарского перевели в другое место. Поговаривали, в Москву, в тепло. (Новый комендант, Есхезов, проработал всего две недели. Вместе с начальником местного отделения МЧС они начали раскапывать захоронение возле Толстой-Юрта — могилу с телами расстрелянных федералами мирных жителей. Обоих сразу же сняли. За излишнее рвение при исполнении служебных обязанностей. Но это, как говорится, совсем другая история...)
       «Уважаемый Владимир Владимирович… убедительно просим Вас взять под контроль наше письмо, в законодательном порядке призвать убийцу к ответу. Мы убеждены, что под Вашим руководством весь российский братский народ поможет нам перейти к нормальной мирной жизни.
       С уважением жители села Толстой-Юрт».
       Прилагаются 453 подписи.
       В конце мая из Генеральной прокуратуры пришел ответ на это коллективное письмо. Там была изложена официальная версия происшедшего: «На требования сотрудников милиции остановиться водитель не подчинился и направил свою автомашину на сотрудников милиции, чем создал реальную угрозу для жизни и здоровья сотрудников милиции и жителей поселка. После чего сотрудниками милиции было применено оружие для остановки транспортного средства. Автомашина после проведенных по ней выстрелов из автоматического оружия, проехав еще около 150 метров, остановилась... При осмотре автомашины в салоне обнаружили 2 гранаты РГН с запалами и одну гранату в кармане куртки убитого Хасуева С.-М. Ш. ...Было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 222 ч.1 УК РФ «Незаконное приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств». (Стилистика оригинала сохранена.)
       Старший брат Саида все видел и знает, как было на самом деле.
       Там были еще десятки свидетелей.
       Мирные жители мирного селения Толстой-Юрт.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera