Сюжеты

ЗАДУМАЙТЕСЬ: МЫ ПРИВЫКЛИ К ВОЙНЕ

Этот материал вышел в № 56 от 07 Августа 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Россия уже год живет войной. Второй — за последнее десятилетие. В августе прошлого года российским военным удалось почти за месяц освободить Дагестан от боевиков. Это принесло «вдохновение». Пошли дальше — в Чечню: сначала под благовидным...


       
       Россия уже год живет войной. Второй — за последнее десятилетие.
       В августе прошлого года российским военным удалось почти за месяц освободить Дагестан от боевиков. Это принесло «вдохновение». Пошли дальше — в Чечню: сначала под благовидным предлогом «установления санитарного кордона». Но когда в ноябре этот кордон дошел до Грозного, а мировая общественность добилась оглашения цифры потерь, всем стало ясно — это война.
       И война эта не будет быстрой. А «патриотизм» электората пойдет на убыль. Впрочем, тогда уже, в конце декабря 1999 года, он уже был никому и не нужен. Выборы состоялись. Потом были выборы президента, за несколько недель до которых погибли 84 псковских десантника. Кстати, вы заметили, что до голосования населения за Путина военные чиновники очень неохотно говорили о количестве потерь среди солдат, зато чуть ли не каждый день сообщали, сколько десятков боевиков было убито?
       «Новая газета» всегда была против решения политических вопросов силовыми методами. Сегодня мы хотим подвести некий итог: что мы потеряли и что получили.
       Результаты недавнего опроса Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ): «Если взвесить все достижения и потери в ходе операции в Чечне в 1999—2000 годах, как вы думаете, ее стоит признать?..» Только 14% опрошенных согласились признать ее удачной. 79% признали совершенно безуспешной. Кроме того, 41% опрошенных советуют начать мирные переговоры.

       
       Мы решили провести свой опрос и задали посетителям нашего Интернет-сайта два вопроса. Первый звучал так: «Что принесла России и вам лично война в Чечне?». Ответы на него мы оставили без комментариев.
       Война в Чечне принесла мне…
       
       …Страх на нее отправиться.
       …Любимого Президента.
       …Отвратительное чувство собственной незначительности, беззащитности себя и близких. А что, если «зачистка» завтра случится в нашем дворе? Шансов выжить немного.
       …России — позор. Мне — стыд за Родину.
       …У меня на этой войне побывал лучший друг. А что делает война с молодыми ребятами? В России действительно нет ни одного реабилитационного центра для таких людей. А Россия? Просто в очередной раз доказала, что человеческая жизнь в нашем государстве ничего не стоит. Все мы — рабы чужих интересов. По идее мы все свободные, а по сущности — рабы. От этого еще больнее…
       …Мой дом разрушен уже вторично, моя семья разбросана по всей стране, большинство моих друзей убиты — вот что принесла мне эта война.
       …Усиление страха перед центральной властью — народу; мне — укрепила веру в необходимость объявления Калининградской области Балтийской республикой.
       …Вторая война меня окончательно убедила, что в этой стране жить убийственно!
       …Безопасность, надежду, радость.
       …Подъем национального самосознания и чувство уверенности в завтрашнем дне.
       …Подтолкнула к эмиграции — у меня двое мальчишек.
       …Стойкую неприязнь к действиям Путина.
       …Смерть друга.
       …Война в Чечне в который уже раз подтвердила трагическую истину — за всеми войнами стоят большие деньги и борьба за власть среди немногих, живущих по своим понятиям, не совпадающим с общепринятыми правилами и нормами.
       
       Второй вопрос был проще: «Верите ли вы официальным данным о числе погибших в Чечне военнослужащих?»
       И как ни странно: 565 человек (92%) данным военных не верят. И только 44 человека (7%) соглашаются с ними.
       
       Эти же самые вопросы мы задали людям, которые непосредственно столкнулись с чеченской проблемой как ученые или государственные чиновники
       
       Игорь РОДИОНОВ, министр обороны РФ, 1996–1997 гг.
       1. Эта война дала России прежде всего море крови. Посеяла в сознании людей вражду, ненависть и страх. Сколько жертв, сколько обездоленных и покалеченных людей. Это — преступление режима Ельцина. И одна из главных причин нынешнего чеченского конфликта в том, что из Чечни после Хасавюртовских соглашений были выведены все силовые структуры.
       2. Что касается цифр потерь, я, как человек, прослуживший не один год на высших постах в Вооруженных силах, вообще не доверяю информации, исходящей из Министерства обороны и Генштаба.
       
       Сергей ФИЛАТОВ, руководитель администрации президента РФ, 1993–1996 гг.
       1. Что дала? Еще одну головную боль. И на долгие годы. После окончания первой чеченской надо было приложить все силы, чтобы между Россией и Чечней никогда больше не возникало подобных кровавых конфликтов. Но коли уж возник конфликт, то, наверное, не случайно. Кто-то сильно был заинтересован в его разжигании.
       2. Я думаю, как на всякой войне, количество погибших с нашей стороны официальной статистикой занижается, а противником завышается. И настоящие цифры потерь мы узнаем еще не скоро.
       
       Олег СЫСУЕВ, вице-премьер 1997–1998 гг.
       1. Мы получили гробы наших ребят. На долгие годы ненависть 10—12-летних чеченских пацанов. Культ силы и отвращение всего мирового сообщества.
       2. У меня нет оснований ставить под сомнение статистику потерь, но когда я слышу о погибших, я все время думаю, что моему сыну скоро 18 лет.
       
       Георгий САТАРОВ, помощник президента РФ, 1994–1997 гг.
       1. Вторая чеченская война дала России Путина.
       2. Официальным данным о погибших верю, потому что другой информацией не располагаю.
       

       1. Вторая чеченская война — новый цикл насилия на Северном Кавказе. Часто получается так, что конфликт вроде бы исчерпан, но по прошествии нескольких лет насилие возобновляется. С Чечней — довольно схожая ситуация. Прошло три года, и война продолжилась с новой силой. Из этого следует только то, что в России не предпринимается ровным счетом ничего, чтобы это насилие прекратить.
       2. Вторая чеченская кампания — это новые жертвы, разрушения и, безусловно, новые рекруты. Война создает потенциальный материал для насилия в любой форме и любом проявлении — от террористических актов до бытовых преступлений.
       Погибших на этой войне наверняка намного больше, чем нам говорят. Это и русские, проживавшие в Чечне, и люди, погибшие под бомбежками.
       Что же касается официальной статистики потерь федеральных войск, то, вероятнее всего, эта цифра тоже занижается. Но у меня нет оснований утверждать, что цифры официальной статистики занижены очень сильно.
       

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera